Префекты

       Школа чародейства и волшебства Хогвартс, Волдеморт повержен, ученики возвращаются в школу.

***

       Гермиона Грейнджер, префект факультета Гриффиндор, так и не смогла наладить отношения с Роном, и в последствии было принято обоюдное решение остаться друзьями. При помощи директора Макгонагалл ей удалось вернуть память своим родителям, и жизнь, кажется, начинает налаживаться…        Драко Малфой, Слизеринский префект, сильно подмочивший свою репутацию во время битвы за Хогвартс. Ведь это именно он скрыл от Волдеморта то, что Гарри Поттер жив… его отец был заточен в азкабан, мать была оправдана судом Визенгамота (чему, несомненно, поспособствовал Гарри), и была выпущена на свободу, правда, с некоторыми ограничениями, но это не важно…        Жизнь в Хогвартсе налаживается, все ужасы войны позабыты… директор Макгонагалл успешно руководит школой, Аберфорт Дамблдор стал новым преподавателем Защиты от темных искусств, а коридоры замка обзавелись новой скульптурой, изображающей Альбуса Дамблдора и Северуса Снейпа, стоящих плечом к плечу в боевой стойке. На основании серебряными буквами было написано: «Двум самым великим волшебникам».        Невзирая на ужасы пережитой войны, все ученики остались почти такими же. Отовсюду слышен смех, кто-то жалуется на большое количество домашней работы, где-то играет веселая музыка от «всевозможных вредилок Уизли»… Однако, даже несмотря на то, что после всего случившегося система ценностей в магическом мире была пересмотрена, между учениками некоторых факультетов сохранились напряженные отношения: Львы и змеи. Красно-золотые и зеленые. Сыны Годрика и ученики Салазара. Во время приемов пищи, или же совместных уроков, напряжение между учениками этих факультетов можно было сектумсемпрой резать. Ну да ладно, самое время вернуться к нашим героям…        Обед. За змеиным столом, поодаль от всех, сидит угрюмый префект. За это лето он немного вытянулся, волосы из-за беготни по судам, стрессу и прочим причинам потеряли свой блеск, и теперь всегда находились в взъерошенном состояние. После событий войны он растерял свою репутацию среди сокурсников, и теперь, когда его стали чуть ли не презирать за «дружбу с Поттером», он стал белой вороной среди своих… Сидеть и ковырять вилкой в пудинге ему надоело, поэтому, сделав хороший глоток тыквенного сока, он встал из-за стола и направился к дверям большого зала, хотя обед только-только начался. Миновав створ дверей, Драко засмотрелся на статую покойного крестного, и именно в этот момент в него кто-то врезался…  — Малфой!!! Смотри куда идешь! Ооо, этот надменный, тоненький голосок, он узнает его из тысячи…  — Грейнджер… — процедил он сквозь зубы, смотря как она собирает разлетевшиеся по полу пергаменты — чего ты вечно путаешься под ногами?!       Обладательница карих глаз посмотрела на него, вставая с пола, сжав при этом губы.  — Нет, ну это нормально?! Сам в меня врезался, а я еще и виновата оказывается! — вокруг этих двоих уже собралась толпа зевак, в ожидании того, кто первым сорвется и достанет палочку…  — Кстати, Малфой, а почему это тебя не было на собрании префектов, а? Хотя ладно, я не хочу слушать твои оправдания, вот, здесь все что тебе надо знать — сказал Гермиона, протягивая слизеринцу свиток. Тот, в свою очередь, брезгливо взяв пергамент, одарив гриффиндорку надменным взглядом, и поспешил удалиться. Даже не раскрытый свиток был тут же отправлен в карман мантии, а взгляд устремился на одни из рыцарских доспехов, в начищенных латах которых можно было разглядеть Гермиону… а поглядеть там было на что: девушка была почти на голову ниже блондина, милые черты лица, аккуратный носик, чуть пухленькие губки, полная грудь, талия, не сказать, что щепка, но и не полная, округлые бедра, стройные ноги… Тряхнув головой, Драко отогнал ненужные мысли и продолжил путь по направлению к своей спальне. С виду могло показаться, что эти двое ненавидят друг друга, однако, только показаться…        Спальни префектов находились в одной из башен Хогвартса, на двух разных этажах, на нижнем — Пуффендуй и Рейвенкло, на верхнем — Гриффиндор и Слизерин. После подъема по винтовой лестнице, перед нами предстает небольшая площадка, что-то на подобии лестничной клетки, и две двери, соответственно, в две спальни. Спальни же, в свою очередь, представляли из себя небольшие комнатушки с большой кроватью с балдахином, выкрашенным в цвет факультета, несколькими тумбочками, шкафами и письменным столом. Также, было окошко, из которого открывался прекрасный вид на запретный лес…       Итак, вечер. Отбой прозвенел минут 20 назад, однако одной из привилегий префектов было разрешение на бодрствование и перемещение по замку почти в любое время суток. Именно поэтому наш блондин сейчас сидит за своим столом, в свете магического огонька в банке, и пишет очередной доклад профессору Слизнорту. Тишина. На удивление, даже перо почти не скрипит о поверхность пергамента. Положив оное на стол, Драко устало откинулся на спинку стула, вытягивая руки над головой, разминая затекшую спину. Три коротких удара в дверь. Малфой встает со стула, подходит к двери, открывает щеколду и чуть приоткрывает ее (дверь): на пороге стоит Гермиона в легкой ночной сорочке светло голубого цвета, чуть ниже ягодиц, и прижимает к груди какой-то толстенный фолиант.  — Можно? На губах Драко впервые за день появилась легкая улыбка…  — Тебе всегда можно — сказал блондин, пропуская девушку вперед, и, оглядевшись, закрывает дверь.       Девушка, как только перешла порог, сразу направилась к столу, однако на полпути почувствовала чужие руки у себя на животе. Драко подошел сзади, обняв ее за талию, и уткнулся носом ей в макушку, вдыхая аромат шампуня с ягодами.  — Прости меня…  — За что? — удивленно спрашивает Гермиона  — Сегодня в коридоре я снес тебя, и даже не помог…  — Да что ты, мы ведь уже выяснили, что так надо, ведь ты сам говорил, что если в школе узнают, в кого влюбился слизеринский принц, то тебе в этот же день устроят темную — с ноткой юмора проговорила Гермиона.  — О, Герми, как же мне повезло с тобой… я говорил, что люблю тебя? — вслед за этими словами последовал поцелуй в макушку  — Да, говорил — Миона поворачивается в объятиях Малфоя, откладывая книгу на рядом стоящую тумбу — но я не против услышать это еще раз — притягивает Драко за шею и коротко целует в губы.  — Подожди, кто ты и что ты сделал с Малфоем? — отстранившись и едва сдерживая смех спросила Гермиона.  — А что не так? — удивление в голосе.  — Да то, что ты стоишь передо мной в джинсах и свитере, Драко Малфой, слизеринский принц, и в магловской одежде? — на лице Гриффиндорки растянулась лучезарная улыбка.  — О, а я уж думал, не заметишь… Ну просто я вдруг понял, что не такая уж она плохая, эта магловская одежда…  — Эээ, нет, Малфой! Я то тебя знаю! Признавайся, она ведь тебе понравилась? — улыбка Гермионы уже простиралась от уха до уха.  — Ну ладно, ладно, раскусила! Да мне нравятся магловские вещи, довольна?  — Еще как — очередной поцелуй, на этот раз в уголок губ.  — Подожди, у меня появилась идея — Драко нехотя отошел от своей девушки и начал усердно что-то искать в своем шкафу — а, вот она!  — Ты что, стянул мантию невидимку у Гарри?! Да как ты мог! — девушка уже начала замахиваться своими маленькими кулачками на блондина, но тот успел вовремя отскочить назад.  — Эй, тихо, спокойно, мантия Гарри до сих пор у него, эта досталась мне в наследство от отца. Она конечно не такая, как у Поттера, но свою прямую функцию выполнить сможет.  — И что ты задумал?  — А вот сейчас и узнаешь — проговорил драко, накрывая себя и Миону мантией.  — А куда мы идем, и зачем нам мантия, мы же префекты!  — Ну во первых, помимо нас есть еще префекты, старик Филч и куча профессоров, и мне не хотелось бы чтобы нас застали вместе, а во вторых мы уже пришли — двое остановились около двери в ванну префектов.  — Ванна? Но я там уже сегодня была…  — А я еще нет.  — Ну так иди, зачем ты меня с собой потащил?  — А с тобой интереснее — Драко скинул мантию, зайдя в ванну.       Малфой открутил все краны, достал из специального шкафа пару больших махровых полотенец, положил их на бортик бассейна и начал раздеваться.  — А ты чего стоишь? — спросил он, отставляя в сторону свои туфли — эй, Герми, ты чего? — девушка стояла на одном месте, глаза были чуть расширенным, а на щечках проступал румянец — Ну что случилось? — Малфой, в одних расстегнутых джинсах подошел к девушке — тебя никто не обидит — с этими словами он начал аккуратно расстегивать пуговицы ее сорочки   — М-малфой! Подожди! Я… Я… Ты не мог бы отвернуться?  — Оо, ты такая милая, когда смущаешься, особенно эти щечки — Малфой развернулся лицом к двери. Миона в это время скинула сорочку, за ней же последовали простые хлопковые трусики в полосочку. Затем, выйдя из тапочек и пройдя по теплому кафелю, девушка опустилась в бассейн.  — Все! Я закончила! — Драко развернулся, одним движением стянул джинсы и плавки, и нырнул во все тот же бассейн. Девушка все это время упорно прятала глаза и румянец в душистой пене. Вынырнув из воды, Малфой убрал мокрые волосы назад, и, подойдя к бортику, сел на ступеньку, так, что вода была ему по ключицы. Гермиона, хоть и стояла по шею в воде, все равно прикрыла грудь руками, а краснота с щек уже начала заполнять все лицо, и даже шею…  — Гермиона! Ну что ты там стоишь! Иди сюда — потупив взгляд и закусив губы она подошла к парню и села на ступеньку рядом, машинально отодвинувшись чуть дальше.  — Мерлин, да что с тобой не так, все тебе объяснять надо… — с этими словами Малфой обхватил ее за талию, и, под аккомпанемент из короткого взвизга, пересадил ее к себе на колени — так то лучше — Теперь ее можно смело сравнивать с персонажами японских комиксов из-за величины глаз, а спина может соперничать по ровности даже со строительным уровнем.  — Эй, Грейнджер, расслабься, выдохни наконец то — говоря это, Драко легонько поглаживал ее бедро, в то время как вторая его рука покоилась на талии девушки. Удивительно, но слова сработали, из спины сразу же исчезло напряжение, а голова удобно устроилась на плече парня.  — Ну вот видишь, никто тебя не съел, а ты боялась.  — Я не боялась, просто… я немного стесняюсь…  — Мерлин, Грейнджер, ты же моя девушка, тебе не надо меня стесняться, а особенно своего прекрасного тела — рука с талии переместилась на грудь и легонько сжала ее, вторая крепко обхватила ягодицу девушки. После этих действий девушка немного встрепенулась, и жалобно посмотрела на Малфоя:  — Мы же не будем здесь… нууу… ты понял…  — Сейчас, момент — Драко оторвал руку от ее груди, выгнулся дугой в попытке дотянуться до палочки, лежащей в кармане джинс, и в два движения запер входную дверь и наложил на нее заглушающее заклинание — так то лучше — Гермиона притворно-демонстративно закатила глаза, а он тем временем очередным заклинанием расправил на полу полотенце, вышел из воды, держа драгоценную ношу на руках, и положил ее на это полотенце, нависая сверху.  — Драко, ты что делаешь? Может все-таки не надо, а?  — Я чуть чуть… — и захватил ее губы в настойчивый поцелуй…  — Н-нну л-ладно, только аккуратно, пожалуйста… — дрожащим после долгого поцелуя голосом проговорила девушка.       Ловкие губы начали свой путь, от чужих губ, на скулы, щеки, шею, оставив аккуратную метку на ключице, к груди, поочередно к каждой розовой вершинке, по плоскому животику до тазовых косточек. Гермиона при этом издавала тихие, почти что мурлыкающие стоны, комкая руками невинное полотенце. Одним мазком пройдясь языком от коленки почти до промежности, и повторив это с другой стороны, парень, наконец, кончиком языка дотронулся до клитора девушки. Через нее будто прошел разряд тока, заставив выгнуться в позвоночнике и встать на мостик, однако руки парня, держащие ее за бедра, быстро вернули девушку на место. Короткими мазками исследуя сокровенное место, парень обвел половые губки и притронулся к девственному входу. Увидев, что костяшки ее пальцев побелели от напряжения, а из прокушенной губы выступает капелька крови, Малфой спросил:  — Грейнджер, ты можешь хоть раз вести себя так, как хочешь, а не так как надо?! — Сразу после этих слов ее глаза раскрылись, руки крепко сжали груди, защемляя соски между большими и указательными пальцами, а из горла вырвался первый крик, именно крик, удовольствия…       Довольный своей работой Драко вернулся к прелестям девушки, входя языком внутрь, облизывая стенки и потирая указательным пальцем клитор. Долго такой пытки девушка терпеть не могла, и вскоре испытала свой первый, настоящий оргазм, и распласталась на полу, раскинув руки в стороны и тяжело дыша.  — Детка, а ты кончила! Не знал, что ты у нас такая чувствительная!  — Давай… Уже… До конца… — пытаясь отдышаться, говорила Миона  — Ты уверена? Точно?  — …да…       Глубокий поцелуй. Ощущение чего-то теплого и твердого у входа. Толчок. Вспышка боли. Трепетный взгляд серых глаз. Несколько секунд покоя и пошли движения. Медленные, размашистые, проникая все глубже и глубже, постепенно увеличивая темп. Стоны, переходящие в крики. Из-за перевозбуждения Драко не смог долго продержаться, поэтому, чувствуя приближение оргазма, он схватил сосок гермионы зубами и резко потянул вверх. Синхронный оргазм… протяжный грудной стон и приглушенный рык. Выходит, семя небольшой струйкой вытекает из девушки, приобретая розоватый оттенок, смешиваясь с кровью. Драко шепчет какое-то заклятие, неизвестное даже Гермионе (как позже выясниться — контрацептивное).  — Ты как?  — Прекрасно… словно взлетела на небеса, к звездам… (Опускаем часть с наведением марафета и обратной дорогой)       Глубокая ночь. Два префекта спят, закутавшись в одно одеяло. И пусть для всех они-непримиримые враги, для них важно лишь то, что они есть друг у друга.