***
—Он… меня… что? — ошарареный этим проишествием Дазай медленно сполз по стене.Тут он почувствовал, как его лицо заливается краской. — Он правда меня…было…что…я? — несвязным шепотом сказал Осаму, приложив руку ко лбу. Погружненный в свои мысли парень просидел так часа 2-3. Он никак не мог поверить, что у кого-то получилось его смутить, и что самое удивителное — ему это вроде бы даже понравилось! После такого потресения (…
— Я наконец ему признался! Да еще и поцеловал!!! — прижимая к лицу подушку орал Чуя. Со стороны его признание наверное выглядело смешно: рыжеволосый коротышка в странной шляпе встает на носочки и пытаеться прижать к стене парня под метр восемьдесят (1 метр и 81 сантиметр! Но Чу то с линейкой не бегал и не измерял рост нашего Дазайки) и чуть ли не подпрыгивает, чтобы его поцеловать. Сейчас, пытаясь это представить, ему почему-то становится очень смешно. —Ладно, хватит смеяться! — думает Чу и идет на кухню. Последний раз он ел вчера днем. Вечером ему пришлось поплавать в реке, вытаскивая от туда горе-суицидника. От мысли о том, что тот мог умереть сразу как-то пропадал апетит, а те две жалкие печеньки, которые он съел сегодня утром, вместе с разлитой кружкой чая, даже за завтрак не сойдут… Тут в прихожей скрипнула дверь.В животе похолодело. Гостей Накахара не ждал, так что-либо это кто-то из знакомых его жертв, либо… Вор? На людях он не должен показывать свою силу, да и напарника, который потом эту силу «отключит» рядом небыло, так что справляться с ним прийдется как все нормальные люди. — Бом-м-с! — кому-то неповезло, что в руках у Чуи оказалась чугунная сковородка… Хотя, как знать, как знать… может быть и…повезло))) Кто ж знал, что это будет Осаму?! — Чт? Ой, Дазай, это ты? Вдруг в комате раздался вскрик, — это от удивления Накахара выпустил из рук сковородку и та нечаянно упала на ногу Осаму.