Солнце и гром

Люси была похожа на солнце. Яркая, светлая, в меру наивная и просто самая прекрасная. Сидя за любимым столом на втором этаже и наблюдая за веселящейся заклинательницей, Лексус искренне восхищался ее миролюбием. Волшебник и сам не заметил, когда его отношение к Люси изменилось. Лексус не знал, в какой момент из раздражающей блондинки она превратилась в малозначащую волшебницу из гильдии, потом в интересную собеседницу, а следом и в объект теплой симпатии. Казалось, заклинательница просто приворожила его: как иначе объяснить столь несвойственные грозному громовому магу чувства. В какой-то момент Лексусу даже пришлось обратиться за помощью к Эвер. Главная фея всея гильдии тогда лишь понимающе улыбнулась и грустно покачала головой. Волшебница не смогла объяснить многое: всего лишь описала собственные эмоции, захватывающие ее сознание при появлении небезызвестного мага перевоплощений. Лексус недоверчиво хмыкал, но к словам верной соратницы прислушался. Тогда он стал все чаще смотреть на яркую заклинательницу, поражаясь тому, сколь многого не замечал. Теперь-то Лексус точно знал, что девушка хмурится и прикусывает кончик пальца, когда о чем-то задумывается; прищуривается, находя интересную информацию в заучной книге и забавно округляет глаза, стоит только Нацу с Хэппи в очередной раз учудить. А еще мужчине очень нравилось, когда Люси злилась. Она громко кричала, яростно сверкая своими карими глазами, когда Саламандр и его синий кот выдавали обидные шутки. Или напрочь игнорировала сокомандников, стоило тем разнести какой-нибудь город или подправить ландшафт на задании. А еще Люси могла холодно и сухо отвечать на любые вопросы, изощренно мстить и даже смотреть настолько красноречиво, что провинившиеся вмиг осознавали свои ошибки и немедленно просили прощения. Вот только на Лексуса заклинательница никогда не злилась. А ведь громовой волшебник желал этого чуть ли не больше, чем нежной улыбки или чувственного взгляда. Такая сильная эмоция как злость ассоциировалась у мужчины с привязанностью. Ведь если человек тебе безразличен, то и время на него тратить не стоит. Их первое совместное задание было странным и совершенно неинтересным. Да и произошло все совсем случайно: для запечатывания темного создания, терроризирующего мысли и сны жителей дальней деревушки на юге Фиора нужна была магия звездных духов. Люси согласилась помочь в тот же миг, как Лексус упомянул о том, что готов отдать ей треть награды. Мужчина готов был защищать заклинательницу, пока та будет призывать духов, очень надеясь на то, что ей хватит сил на нужное количество. Какого же было удивление громового мага, когда Люси без особых усилий открыла трое зодиакальных врат, да еще и прытко уворачивалась от множества атак змееобразного создания, нанося ответные удары. Тогда Лексус отдал временной напарнице половину награды. А еще через неделю предложил сходить на новое задание. Очевидно Люси была удивлена, но, наплевав на все претензии и недовольства Нацу, поспешно согласилась. И ведь на деле «слабая и бесполезная» блондинка оказалась незаменимой. Задание за заданием, совместные вечера в лесах и гостиницах, тяжелые бои и длительные прогулки сделали свое дело: Лексус чувствовал себя невероятно комфортно в компании заклинательницы. И Люси не единожды доказывала, что это взаимно. Громовой маг прикрыл глаза и внимательно прислушался к разговору, происходящему у барной стойки. Видимо Нацу в очередной раз не сдержал свою огненную душу, уничтожив приличную часть заповедного леса. Почти всю награду пришлось отдать разгневанному владельцу, и теперь Люси срочно надо было искать деньги, чтобы оплатить квартиру. Мужчина неторопливо поднялся со стула и, засунув руки в карманы, пошел звать свое солнце на новое задание.

***

Лексус был словно гром среди ясного неба. Мужественный, опасный и несомненно очень привлекательный. Рядом с ним Люси всегда чувствовала себя хрупкой девушкой, желающей оказаться под защитой сильного мужчины. И ведь заклинательница точно знала, когда за этим идеальным образом разглядела настоящего, еще более желанного Лексуса. Люси тогда, получив приличную награду после совместного задания с громовым магом, взяла небольшой отпуск, по совету Каны решив потратить его на поиски подходящего молодого человека. Уверенно отвергнув кандидатуры согильдийцев, щедро предложенных Мирой, заклинательница отправилась на волшебный курорт. Идеальный парень нашелся быстро: красивый волшебник с доброй душой и отточенными манерами. Люси с удовольствием обсуждала с ним прочитанные книги, гуляла по пляжу и обедала в дорогих тавернах. Вот только день сменялся днем, и к концу недели заклинательница уже едва ли не выла от дикой скуки, вызываемой такими однообразными, приторно-сладкими свиданиями. Ведь даже целовался волшебник всегда слишком медленно, ласково и скучно. Совершенно потерянная и смирившаяся со своим одиночеством Люси с невероятным облегчением вернулась в Магнолию. Оставив вещи в квартире, она едва ли не бежала в гильдию, остро нуждаясь в привычной суете и буйной обстановке. Жаждущая ярких впечатлений душа непостоянной заклинательницы возликовала, когда Люси, предвкушающая скорую встречу с друзьями, а потому совершенно невнимательная, влетела в чью-то широкую и очень твердую грудь. Потирая нос и собираясь максимально громко выместить все свое недовольство, заклинательница подняла голову вверх и встретилась с насмешливым взглядом знакомых синих глаз. И, словно гром среди ясного неба, в голову Люси пришло осознание, что именно такой непредсказуемый мужчина ей и нужен. Хорошие девочки ведь любят плохих мальчиков. С тех пор Лексус надолго засел в светлой голове заклинательницы, вызывая не только острый интерес, но и непреодолимое желание. С громовым магом было интересно: он многое видел и еще больше знал. Люси безумно нравилось засыпать под его тихие рассказы об опасных заданиях и землях, о которых девушка раньше только читала. А когда Лексус давал советы о более эргономичном потреблении магической силы, заклинательница и вовсе с трудом сдерживала глупую улыбку: чувствовать себя слабой рядом с ним оказалось удивительно приятно. Все с большим удовольствием Люси разглядывала новоявленного напарника, поражаясь многогранности его характера. Кто-бы мог подумать, что суровый громовой маг будет так мило обижаться на то, что заклинательница в одиночку съест последний мандарин — любимое лакомство Лексуса. А как чувственно мужчина читал стихи! Оказалось, он совершенно не умел играть в карты, а потому вынужден был подобным образом развлекать напарницу на протяжении целого часа. Но самым невероятным открытием все-таки стал его смех. Такой чистый, открытый и очень заразительный. Люси с глупой и совершенно счастливой улыбкой смотрела на веселящегося волшебника, ужасно похожего на необремененного проблемами беззаботного подростка. Тогда же заклинательница выяснила, что Лексус терял всякое самообладание, стоило его слегка пощекотать. Люси как раз жаловалась Мире на несдержанного Нацу и такую же неадекватную хозяйку квартиры, обещавшую насчитывать проценты, если девушка опять припозднится с оплатой, когда подруга внезапно замолчала и приветственно махнула рукой кому-то за спиной заклинательницы. — Темный маг и два миллиона драгоценных, — без долгих объяснений сказал Лексус, очевидно не собираясь спрашивать напарницу о ее согласии. Люси только развела руками и пообещала не опаздывать на поезд, уточнив только точное время отъезда. — Мы как раз успеваем на тот, что отходит в полпятого, — незамедлительно ответил громовой маг и на всякий случай добавил: — Через пятнадцать минут. Заклинательница недовольно глянула на Лексуса, но послушно слезла со стула, махнув Мире на прощание. Действительно — ее гром среди ясного неба.