Неожиданное соседство

Софа, несмотря на поздний час, решила набрать Виктора. Телефон молчал. Рабочий номер так же был проигнорирован. Что ж, наверное, пара находилась за городом вот они и не смогли приехать – утешала себя девушка. Всё же, люди совсем не молодые, и она просто напросто боялась даже допустить мысль о том, что кто-то из них мог находится сейчас в больнице. Софа легла спать поздно, надеясь, что кто-то всё-таки придёт, но очень быстро провалилась в сон, измотав силы на нервозность и переживания о своих друзьях. Её сильно расстраивало, что она так и не поинтересовалась, где они живут, но при первой же встречи обязательно спросит. Всё же, она уже привязалась к ним, как к родным и чувствовала то же от них. Всю следующую неделю Софа полностью абстрагировалась от плохих мыслей, стараясь думать оптимистично, ведь за прошлую неделю в газете не упоминали о растерзанных или съеденных людях, а значит, волк всё больше переходил на других диких животных. Это вселяло какую-то надежду, и по меньшей мере, это значило, что супруги не подверглись нападению зверя. Вот уже полторы недели, как не поступало вестей от Виктора и его жены. Софа стала откровенно скучать, ведь раньше таких длительных перерывов в общении не было, и как к этому отнестись, девушка не знала. Четверг, всего несколько уроков в первой смене, так что в полдень девушка уже сидела на кухне над тарелкой жиденького супа. Вдруг телефон зазвенел где-то рядом. Номер был не определён, но Софья решила всё же ответить, раньше она ни когда бы так не сделала, но теперь, когда постоянно звонили то ученики, то родители, приходилось всегда быть на связи. Девушка приняла вызов и облокотилась о столешницу. — Здравствуйте, это нотариальное агенство «ХМММ». С вами говорит старший юрист Максим. Могу я поговорить с Эрдман Софьей Робертовной? — Это я. - девушка совершенно не понимала, что происходит и только услышав своё имя убедилась, что это не банальная ошибка. — Ваши арендодатели, чета Ароных*, сегодня скончались в больнице, оставив вам в наследование коттедж, со всем его содержимым, конверт и половину дома, вторая половина должна быть продана, а вырученные деньги пожертвованы в фонд детского дома. Соболезную вашей утрате. Как скоро вы сможете подъехать для заполнения бумаг и передачи собственности? - голос на том конце говорил и говорил. Так буднично. Так ровно. Так отрешённо. Девушка не смогла ни чего ответить. Сейчас она не могла выдавить из себя и звука, молча сбросив вызов. Ком подкатил к горлу, стало нестерпимо больно и она просто сползла на пол, утыкаясь влажными глазами в колени. Ей было очень больно. Всё случившееся было очень похоже на розыгрыш. Очень тупой розыгрыш. Девушка плакала навзрыд, колотила руками о пол, и вдруг, услышала, как кто-то стучит в ответ. Софья не на шутку испугалась. Прислушавшись, всё ещё всхлипывая, девушка наконец поняла, откуда шёл звук. Кто-то метался по подвалу. Кто-то очень быстрый, но мощный старался ударится обо все стены, словно стремясь их проломить. Софа вскочила на ноги и (пусть и неправильно) перекрестилась, решив, что это у неё наваждение, вызванное нервным срывом, а может и сон. Да. Просто поверхностный сон, через который она слышит стук в свою комнату, перед тем как жена Виктора войдёт и позовёт её пить чай. А эти полторы неделю окажутся сном. Адвокат окажется сном. И тот разговор окажется сном. Эта мысль так успокоила, что девушка нашла в себе силы просто пойти в свою комнату. Звуки прекратились почти сразу же, как девушка встала с пола, но переодеваясь Софья продолжала прислушиваться, не начнётся ли это снова. Пришлось перезвонить адвокату, который объяснил, где они находятся и в какое время лучше всего прийти. Софья направилась по указанному адресу всё ещё надеясь, что придя туда её просто пошлют назад, а это всё окажется большой ошибкой. Выйдя через четыре часа от нотариуса с конвертом, связкой ключей и стопкой бумаг, большая часть которых говорила о том, что девушка согласна пожертвовать весь дом в пользу сирот, Эрдман всё ещё продолжала уверять себя, что это сон. “Во сне„ – девушка приобрела бутылку вина. “Во сне„ – пришла в размалеванный какой-то невротичкой коттедж. “Во сне„ – бросила бумаги на стол и поставила перед собой бутылку и стакан. Глаза вновь намокли. Девушка разрыдалась от пощёчины реальности. От неё хотелось сбежать, она ранила её слишком глубоко. Кратко написав в школу, что не сможет завтра выйти на работу, девушка убрала телефон максимально далеко и открыла вино. Весь вечер прошёл как в тумане, так что утром та проснулась так же сидя за столом. Она просто переутомилась. Это просто было для неё слишком. О реальности всего вчера случившегося напоминал чёртов конверт, лежащий почти у самого носа и холодный суп, с плавающими в нём мошками. На то, что бы собрать себя в кучу ушло около семи минут. В два раза больше - найти телефон. 11 пропущенных. Девушка быстро собирается, попутно вызывая такси. Кладбище находится на другом конце города, добираться приходится почти час. Ещё двадцать минут, и вот она стоит напротив свежего памятника. Пока это только два деревянных креста, гранитный ставить пока рано. Они заранее о себе позаботились, да и чудо, что похоронщики оказались совестливые. Софья была уверена, что слёз у неё не осталось. Так и вышло. Она смотрела на две небольшие насыпи и не понимала, как они могли её оставить. Как могли оставить коттедж, предназначенный для внучки. Как они, в конце концов, могли оставить девочку?! Может именно сейчас их внучка стоит там, у дома, не у коттеджа, и ждёт, когда выйдет бабушка и пригласит в дом, как дедушка обнимет её скажет как скучал по ней. Люди. В этой смерти были виноваты люди. То есть, один торчок, угнавший машину находясь под кайфом, влетевший на тротуар на большой скорости. Один выродак. Один поступок так внезапно и так фатально искалечивает две судьбы разом. Скорая подоспела быстро, кто-то из очевидцев вызвал её незамедлительно. Пару увезли, но было ясно – шансов нет. Для врачей осталось большим чудом, что оба выдержали операцию, но состояние внезапно начало ухудшаться и больных ввели в искусственную кому. В этом состоянии супруги находились ровно неделю, а потом… их сердца просто остановились в одночасье. Они не чувствовали боли, наверное, уснув, они смогли погрузится в мир, где их семья цела, они живут вместе с дочерью, затем и внучкой, которые всегда были рядом. Слабое утешение, но Софья просто не могла думать иначе. Сколько она пробыла здесь, девушка не знала, но ушла только почувствовав, что просто физически больше не может стоять. До центра города она дошла пешком, оттуда на метро и снова пешком. Дом… милый дом… На столе её всё так же издевательски насмехаясь дожидался конверт. Софья чувствовала, что не сможет вечно откладывать его в долгий ящик. Когда-то придётся вскрыть, прочесть, а может там что-то важное, что требует её внимания прямо сейчас. «Вечером» - пообещала себе девушка и, забрала конверт к себе в спальню, положив на прикроватную тумбочку, что бы прочесть перед сном, а сейчас… сейчас надо срочно чем-то занятая, что бы не зарыдать. Сейчас её слёзы уже ни чего не могли исправить. Сейчас ей остаётся только помнить. Помнить и верить, что их жизнь была более чем не напрасна...