Дьявольски люблю тебя

Нервы скребли виски, заставляя владельца головы изнывать от желания завыть. На сердце лежал тяжелый груз, не дающий вздохнуть спокойно. Тошно. Хочется снять с себя всё и убежать куда-нибудь. А если точнее, то в другую жизнь. Где всё будет ясно и понятно. Так, ведь, у нормальных людей? Хочется снять с себя кожу, чтобы хотя бы минуту не вспоминать о Максе, взглянув на один из множества синяков. Диана опустошена. Нет больше энергии, всё высосал, ничего не отдавая взамен. Всё внутри потускнело, покрасилось в блеклые тона, прям, как мешки под большими девичьими глазами. Воцарил холод. Кто-то бы назвал их отношения абьюзнными, но это слово слишком слабо для подобного. Словно детское шампанское, что поставили среди дорогого крепкого рома. Макс сидит за покером, играет. Скалится на противников. Он много получит с этой игры. Здесь сидят богатые, важные люди, что с самого начала обречены на проигрыш. Вроде... умные, иначе б не заработали своего состояния. Но почему-то, таким умникам, даже в голову не приходит, что их водят за нос. Макс поглощён игрой, хотя, скорее, в его случае, это можно назвать заработком. Хочет Диана или нет, но даже в довольно отстраненном состоянии, наловчившийся взгляд, легко замечает расслабление в позе брюнета. И не поддельное, дабы показать свою уверенность, как оно обычно бывает. А самое настоящее, как у обычных нормальных людей. Из этого, девушка может сделать только один логичный вывод - никто из играющих за столом, не является опасным, каждый из них чист и занимается легальными делами. Уголки пухлых губ отяжелели, опустившись вниз. Ей плохо. Это, наверное, её доля и стоило бы уже привыкнуть. Но сейчас, всё хуже, чем обычно. Раньше можно было разглядеть где-то хорошее, зацепиться за какие-то незначительные, но окрыляющие мелочи. Сейчас - ничего. Макс осточертел. Нет больше трепета в его присутствие. Только гусиная кожа, дрожь ужаса и пугающее ожидания дальнейшего. Нет больше боли и удовольствия - только боль. Нет кошмара и воздушности - только кошмар. Голубые глаза, вдруг, быстро забегали. Она не хочет этого. Это всё не для неё, не сейчас. Ей нужно беззаботное веселье, что было отдушиной. Посиделки с друзьями. Лёгкие беседы. Дурачиться в гостях у одной из подруг. Но... дилемма. В эти моменты, в те самые минуты когда всё это вертелось перед ней - ей не хотелось. Нутро тянулось к боли. Не раздражали мысли, только об одном человеке. Что терзал душу, даже в своё отсутствие. Неужели, Диане всегда будет плохо? Неужели не найдёт покоя, стабильности, равновесия. Неужели... не найдёт и не испытает счастья? А может, в этом и есть её счастье? Такое непонятное, нелюдимое, безумное... больное. Диана идёт к террасе. Надо вздохнуть. Воздух густым дымом забивался в лёгкие. Дышать всё тяжелее. Паника. Обычная паника. Срыв. Истерика. Бегающие из стороны в сторону глаза, налились слезами. Голова кружится, словно девушка только что спрыгнула с карусели. С силой толкает тяжелые двери плечом. Вырывается на улицу. Голоса приглушились, оставшись позади. Свежесть ударяет в нос, но не успокаивает. Не останавливается, бежит по террасе, отбивая каблуками по мраморному полу. Стремительно движется к широкой лестнице, что спускается к заднему двору. Хрупкий силуэт движется в сторону зелени. Тоненькие пальчики, подрагивая вытирают слезы. Сбитое дыхание, чёрные пятна в глазах. Холодно, но синеволосая не обращает внимание. Не видя пути, ныряет в высокие стриженные кусты. Шипит. Кожа сдирается об острые шипы. Колени пачкаются в земле, что ещё холодная и мокрая, после прошедшего ливня. Девушка оказалась на маленьком небольшом островке, в форме треугольника, что окружён высокой зарослью. От неожиданности произошедшего, паника отступает. Дыхание успокаивается, но слезы лишь сильнее стекают по щекам. Прижимает к себе колени. Отдаётся внутренним терзаниям. Даёт волю переживаниям, выплескивая всё в соленых слезах. Вздрагивает, чувствует мужскую ладонь на спине. - Не трогай...- слишком много оттенков в этой просьбе, а может приказе? Мольба, жалость, жёсткость, нежность, грубость, требовательность, плаксивость. Но ладонь никуда не убрали, от чего, синеволосая нехотя задрала голову, всматриваясь в мужской силуэт. И одновременно осознавая, что фигура Макса - крупнее, чем та, что сейчас перед ней. - Боже... что с тобой?- прозвучал обеспокоенный голос парня. - Уйди. Но брюнет, только уселся рядом, всматриваясь, сквозь полумрак, в лицо Дианы. - Диан, ответь, пожалуйста. Что с тобой? Синеволосая хмыкнула носом, стараясь успокоиться, прийти в относительно стабильное состояние. - Что случилось? Это из-за Макса? Диана часто моргает, вытирает слезы. Молчит. Ощущает как он заправляет выбившуюся прядь за её ухо, а затем укладывает большую ладонь на её ручку, делясь своим теплом, из-за чего у Дианы пробежали мурашки. Порыв прижаться к Гарри, было довольно сложно побороть. Выплакаться ему, почувствовать ласку, нежность, внимание. - Не хочешь говорить - не надо, я заставлять не буду. Я же не тиран,- усмехнулся брюнет и потянул девушку за собой, заставляя подняться,- тогда, просто пройдёмся, отвлечешься. Синеволосая, ни на что не обращая внимание, пошла за Гарри, словно он единственный лучик света. Фонари освещали каменную тропинку, что поблескивала на свету, из-за прошедшего дождя. При выдохе валил пар. Диана сжимается от холода. - Держи...- плечи ощутили довольно тёплую материю, что заботливо накинул на них свой пиджак Гарри. - Гарри,- его руки всё ещё покоятся на девичьих плечах, наслаждаясь редкой близостью,- нас могут увидеть. Держи дистанцию,- более твёрдо сказала девушка, с небольшим усилением отстраняясь от мужских рук. - Я, вот, не пойму...- слегка щурится, смотрит на неё,- это ты такая трусиха или он такой страшный? Диана издала горький смешок и скинув с себя одолженную вещь, всучив её обратно владельцу, пока тот стоял приоткрыв рот в непонятках, двинулась в сторону гостиницы. - Диана! - Как-то твоя «отвлекающая» прогулка, влияет на меня явно в противоположную сторону,- язвительно проговорила синеволосая. - Я очень извиняюсь. Я не какой-нибудь тиран, чтобы спрашивать то, что ты не хочешь. Диана слегка углубилась в сказанные парнем слова, секундно улетая в свои мысли и немного нахмурившись. - Ну Диан, пошли. Ещё раз прости... - Ладно. - Я отведу тебя в самый вкусный ресторан в городе! - В смысле? - сразу же застопорилась синеволосая, - то есть, нам надо будет выйти за территорию гостиницы? - Ну, да. Девушка кусает губы. - Что? Опасно? - Ага... давай в следующий раз? - О-ля-ля. Следующий раз? Вау! Это прогресс. Закатывает глаза. - Я бы не обращался бы с тобой так... я же не тиран. Ты заслуживаешь трепетного отношения, а не... - Замолчи. - Ладно, ладно, суровая леди. Он касается её руки, оплетая пальцами, обжигая, заставляя вздрогнуть. - Тебе больно?- останавливается. - Боль относительна. Гарри тяжело выдыхает. Было понятно, что парень нахмурился. Достаёт телефон, нажимая на пару кнопок, после чего в глаза врезался яркий свет. Не отпускает её кисть, рассматривает. - Ты замазала,- выносит вердикт брюнет,- и если присмотреться сквозь краску, то можно увидеть, что в прошлые наши встречи - их было меньше. Некое удивление. Испуг в её глазах. Но потом она сжимает кулаки, выдергивает руку. Стискивает зубы, кривя накрашенные губы. Гнев плескался в движениях и взгляде. - А знаешь, почему?! Потому что ты избалованный, ничего не понимающий и не воспринимающий ребёнок! - Что?- с непониманием и некой растерянностью в голосе. - С каждой нашей встречей, я ясно и понятно отталкивала тебя. Объясняя одно и тоже, что я для тебя недоступна! Что всё это плохо закончится. Но нет! Ты продолжаешь это делать, даже не понимая, что можешь натворить! - Ты хочешь сказать, что Макс видел нас один из разов? - Если так, то ты не представляешь, насколько мы легко отделались. Но если подобное он засечёт повторно...- перебита. - Ты слишком утрируешь,- фыркнул брюнет. Тишина. Повисла тишина. Только звуки редко проезжающих машин, отдаленные голоса... И всё это разрезает громкий девичий смех. Слишком многогранный. Гарри бессознательно, слегка отшатывается, в недоумении всматриваясь в синеволосую. - Ты не можешь себе представить, насколько недооцениваешь Макса. - Диана, успокойся... - Твой папочка ничего тебе не рассказывал про Макса? Разве? - Диана... - Разве не рассказывал про ужасных Монстров, что съедают непослушных детей? - Что за бред ты несёшь? - Я не могу! Не могу! Отстань, отстань от меня! Девушка стремительно отдаляется от Гарри, в сторону гостиницы. - Диана! Стой! Она уже не слышит. Или не хочет слышать. - Стой, прошу,- чувствует на себе мужские руки, что нагло останавливают, притягивают,- я не могу оставить тебя. Не могу отделаться от мысли о тебе, о том, что тебе причиняют боль. Не могу отстать от тебя, потому что нравишься мне. Всегда нравилась. Чему удивилась и сама Диана, так это тому, что желания послать парня, как она делала всегда и со всеми, кто позволял себе такую нежнятину в её сторону - отсутствовало. Наоборот, захотелось, вдруг, впитать это всё в себя. Было не противно, а приятно. *** Поздно. Скорее, раннее утро. Она так хорошо провела время с Гарри. Уютно и беззаботно, спокойно. Диана подходит к своему номеру. Мнёт подол чёрного платья. Покусывает губы. Касается дверной ручки, поднося карточку. Жмурится, когда раздаётся оповещающий об открытии звук. Сглатывает. Медлит. Решается. «Пусть он будет спать...» Конечно, конечно Макс не спит. На кровати никого нет. Из ванной, в основную комнату, вытекает лучик света. Не знает, зачем она приближает встречу с ним, сама направляясь к нему. Дыхание сдавливает лёгкие, осушает гланды. Касается пальцами дерева, слегка толкая вперёд. Сглатывает. Поднимает глаза на брюнета. Даже не обращает на неё внимания, продолжая своё занятие. Он бреется. Стоит полуобнажённый перед зеркалом и бреется... ножом. Диана проходится взглядом по сильному притягивающему телу. Покусывает губы. Стоит, не шевелится. Подбирает слова. Ищет, что сказать... но нужно ли? - Я не покидала территорию гостиницы,- получилось даже спокойней, чем она планировала. Макс бросил на неё такой взгляд, что захотелось сразу же упасть на колени и начать просить прощения. Сжав челюсти и тяжело выдохнув, он сделал последний штрих, после чего опустил лезвие под струю воды. - Ты же не натворила глупостей? - глаза в глаза, он полностью повернулся к девушке,- мм? Малышка? Дрожь. Дрожь проносится по телу, словно мелкие иголки врезаясь под кожу. Его тон - сносит крышу. Его взгляд - одаривает холодом. Его тело - обезоруживает. Нету во всем этом эстетики, когда вам до ужаса страшно. Когда вы знаете, на что способен человек. Вы не будете зациклены в такой момент на его внешности, если не считать огромных мускул. Но думать вы будете не об их привлекательности, а о силе, что таится в них, о боли, что они могут причинить. Если... конечно, вы не больны.... Но даже Диана, к своему удивлению, понимает, что не хочет. Он вымотал. Он даёт ей исключительно минорную гамму. У нормальных людей, это называется кризисом в отношениях, так? - Макс... да, без глупостей. Не хватает. Её просто не хватает на положительные слова в его сторону. Слишком много он у неё забрал, не отдавая в ответ, в последнее время. - Да? Тогда мне ещё интересней послушать о том, что ты делала. Мужской голос был ещё относительно спокоен, но постепенно нарастающий наезд и гнев, легко можно было уловить. - Я гуляла. - Шесть часов? В такой холод и только в платье? - Я... - Или ты что-то не хочешь мне говорить, малышка?- стоит так близко, нависает так тесно, что их кожа соприкасается,- ты прекрасно знаешь, как я не терплю вранья. - Я не вру,- сквозь зубы выдаёт синеволосая. - Тогда расскажи,- низкий голос, звучит словно гром над ухом,- в подробностях, о твоей шестичасовой ночной прогулке, в нулевую температуру в платье. Макс сжимает кулаки. Казалось, над его головой, скоро забьют молнии, как во многих мультиках. Девушка знает, что брюнет ещё в вменяемом состоянии, и сгладить всё можно довольно безболезненно. Прижавшись к напряженному телу и сказав пару нежных словечек, и это работает, если Макс не принципиален. Диана была уверена, почти на сто процентов, что парень ведётся на всё это не по глупости и незнанию, а потому что хочет. Засчитывая подобное, как извинения, и если содеянное не является чем-то «слишком», Макс их принимает, великодушно прощая. Но сейчас, ничего не лезло. Казалось, что если она пересилит себя и отдаст последние частички нежности - её просто стошнит. Злится на саму себя. - Мне надо было поразмыслить и...- шея заныла от хватки. - Не надо меня выводить, Ди. Диана знает слишком хорошо, что Макс контроллер и ему до мозга костей принципиально важно знать о ней: «где?», «когда?», «с кем?». Ненавидит ложь, когда ему требуется ответ. И чувствует её абсолютно всегда. Его пальцы обвили шею, мощное тело нависает над девушкой, болезненно и устрашающе припечатав к стенке. - Если собираешься врать, то лучше заткнись. Диана изучила брюнета, поэтому знает, что кулаки он применяет в её сторону слишком редко и то, если она доведёт его слишком сильно. Такое было однажды, один удар. Наверно, где-то в глубине, даже во время гнева, ему кажется, что он просто сломает её пополам. Диана точно не знает. Только то, что Макс не любит применять в её сторону кулак, предпочитая сжимать, впиваться в тонкую кожу до фиолетовых следов. Играть с девушкой острыми предметами, заставляя дрожать под собой ещё сильнее, оставляя кровавые царапины на её теле. Душить, кусать и ставить метки - это любимое занятие Макса по отношению к синеволосой.