Моя прекрасная няня

— У меня больше нет родителей! — вдруг откуда-то послышался голос. Все посмотрели в ту сторону. Девушка спокойно стояла и смотрела на всех присутствующих. Ей так и хотелось заплакать, но она держалась. Отец не гордился бы дочерью, если бы увидел ее слезы. — А.поч.ког…зач…- Лиза не могла произнести нормально одно слово. Ей, вдруг, стало жалко девушку. Вся ненависть к ней улетучилась, будто и не было её никогда. Она видела глаза Сменкиной и слезы на них. Но плакать девушка не собиралась, все-таки бывшая пацанка. Все же Лиза смогла собрать все свои силы и спросила. — Почему? — Это случилось давно, — ответила брюнетка. Она не хотела это кому-нибудь рассказывать, но, может, ей полегчает от этого. — Когда мне было 4, а моему брату 7 наши родители развелись. Меня забрал отец, а Вика, так звали брата в сокращении от Виктор, забрала мама. Тогда я потеряла маму. Она умерла для меня. И я постоянно видела маленьких детей на улице с мамами. Я им очень сильно завидовала. Они сидели и играли с куклами, а рядом сидели их мамы и смеялись с ними. Я не знала, что такое материнская любовь, а эти дети знали. Я любила говорить, что у меня нет матери не для того, чтобы меня жалели, а чтобы не вспоминать ее, не говорить о неё и, вообще, вычеркнуть ее. Кира немного помолчала, но поняв, что никто ничего не скажет, продолжила. — Все нормальные девочки играли в куклы, в дочки-матери, а я училась защищаться. Хоть в недавнем случае это мне не помогло, — у нее вырвался смешок и она грустными глазами посмотрела на Арта, а потом сразу опустила взгляд. Ей не хотелось, чтобы он считал ее слабачкой. И вообще смотреть сейчас ему в глаза. — Вскоре, мы с братом начали ходить в одну школу. Он на три класса был старше и учился с Артемом. Он нас и познакомил. Я тогда была в 4, а они в 7. В тот момент я обрела настоящих друзей, которые ничего не говорили про то, что я пацанка. Другие дети сторонились меня, а они нет. Так и началась наша дружба. Но в 7 классе…мой отец…умер…- тут обладательница фиолетовой пряди не выдержала и начала плакать. Но сквозь слезы пыталась дорассказать начатое. — Он…был для меня…всем… Я…не знаю…жизни…без него… В тот."всхлип» день…я стала сиротой «всхлип»…Мама перевела меня…в другую школу «всхлип»…и сделала из меня леди…"всхлип»…а теперь я здесь. И она об этом знает, но ничего против не имеет. Вот такая история. Кира успокоилась, но взгляд у нее оставался таким же холодным и пустым. Она не понимала, что делает в этом мире. Ведь она совершенно одна. Родителей давно похоронила: Маму в своем сердце, а отца в земле. Брюнетка даже не заметила, что сидит на одной из ступенек лестницы. Все гости и жители этого дома сидели молча. Никто не старался произнести и слова. Все переваривали информацию. Даже девочки, которые стояли выше Киры на несколько ступенек, просто стояли и молчали. Это пауза длилась очень долго. — Кир, — прервал молчание обратился к девушке Мещеряков-старший. — Почему ты не рассказывала мне этого раньше? — Не хотела тебя загружать своими проблемами, — спокойно ответила кареглазка и не даже обратила внимание на то, что парень сел с ней рядом и причем очень близко. — Это личные мои проблемы. Не понимаю, зачем я вам все это рассказала! — Тебе надо было выговориться, — ответила Маша, спустившись на несколько ступенек. Кира обернулась и посмотрел на девочек. — Так тебе будет легче. — Вы тоже все слышали? — спросила Кира и, получив одобрительный кивок, продолжила.- Вы. наверное, думаете, что я никудышная, да? Истеричка? Глупая? А правильно! Я такая и есть! — Кира, что ты? — К ней подошла Дуня и села на коленки. — Мы тебя очень любим. Ты самая лучшая! И мы будем рады, если ты начнешь встречаться с моим братом. Все же видят, что вы с Артом друг друга любите! Парень и девушка моментально покраснели. — Дуня! — недовольно фыркнула на девушку Ксюша. — Ты что? Зачем ты их смущаешь. Видишь, как они покраснели?! — Я же не виновата, что они утверждают обратное! — Возмутилась дуня и надула губки. — Они сами виноваты. Не нужно было скрывать очевидное. Я просто помогла им. -Эм…- Кира не знала, что сказать, ведь Дуняша была права. Уже все поняли, что у нее есть к Арту чувства. Ведь это понятно. После стольких поцелуев. Но признавать ей этого не хотелось. Она взяла волю в кулак и смогла хоть что-то сказать. — Я…лучше пойду…мне надо…короче, у меня много дел. Только она хотела подняться, как её кто-то схватил за руку. Она обернулась. На нее смотрела пара зеленых глаз, в которых она каждый раз тонула. Кира прошлась по нему глазами. Она смотрела на его ровный нос, немного пухленькие щечки, которые хотелось подёргать. На скулы, которые отчетливо выделялись. И на губы…давно желанные и любимые. О, боже! Как она любила эти губы со вкусом мяты. Они были мягкие и сладкие. Кира держалась за перила, чтобы не наброситься, как голодный человек и не поцеловать его перед всеми. Арт был не лучше. Ему тоже очень хотелось поцеловать обладательницу красивых карих глаз. Он помнил все поцелуи с ней, по каким причинам они целовались и даже дату. Он помнил вкус её губ: сладкая клубника в сливках и шоколаде (что-то автор кушать захотел). Но он держаться не собирался. И даже присутствующие гости его ни капельки не смущали. Он поддался соблазну. Мещеряков отпустил руку девушки, ладонями взял ее лицо и страстно поцеловал её в губы. Кира сначала ничего не понимала, но потом начала отвечать. Сначала поцелуй был простой, но шатен провел языком по нижней губе, как-будто спрашивал разрешения. Кира приоткрыла рот и пропустила его язык. Их языки сплетались в диком танце. Одна рука Арта легла ей на талию, а второй он зарылся в ее волосы и аккуратно оттянул назад. Девушка поддалась и откинула голову назад. Зеленоглазому шатену было легче исследовать рот девушки. Кира же в свою очередь обняла его за шею. Никто не знает сколько прошло времени пока они так стояли. Но воздух предательски кончился и им пришлось отстраниться. Кира, вся красная, как рак, повернулась к гостям. Они смотрели на них. А потом резко начали хлопать. Наша «парочка» ничего не понимала и вопросительно смотрела на них. — А Дуня то права, — сказал Сергей. — Вы и вправду отличная пара. И зачем вам это скрывать. — он замолчал, но увидев, что они хотят возразить, продолжил. — И не нужно отговариваться. Скинуть все на «дружеский поцелуй» у вас не получится. Мы бы еще поверили, если вы не целовались по французски. Так что вас раскрыли. Будете признаваться или как? — Эм…- Кира не знала, что сказать. Признаваться Артему она не хотела, ведь понимала, что вскоре станет причиной его смерти. Девушка смотрела на них и ждала пока кто-нибудь скажет, что это шутка. Но никто ничего не говорил. — Знаешь, — обратилась к ней Лиза. — А я сначала тебя возненавидела из-за ревности, но поняла, что в Артемом отличная пара. Вы очень хорошо смотритесь друг с другом. И не мне лишать вас счастья. — Ребят, — начала брюнетка. Она хотела сказать, что не любит его, что просто так ответила на поцелуй или что-то в этом роде. Но язык не поворачивался сказать что-то подобное. Ее глаза бегали и смотрели в счастливые лица собравшихся. Они же не знают, что скоро девушка станет причиной смерти парня, которого она любит. Ей хотелось убежать отсюда раз и навсегда. Сброситься с крыши, прыгнуть под машину, но не видеть, как все эти радостные лица будут совсем скоро страдать. И из-за кого? Да из-за неё. Но решила хоть что-то сказать, чтобы уйти отсюда. — Я…я… — Я люблю тебя! — перебил её Арт. Она к нему повернулась, широко распахнув глаза. Он любит её?! Нет! Этого не может быть! Он любит её, а она скоро убьет его. Нет-нет. Не о такой жизни она мечтала. — А ты, Кира, — вывела е из легкого шока Мария. — Ты любишь нашего брата? — Я…я…- девушка не знала, что сказать. Но решила сказать то, что подсказывало сердце и то, что она на самом деле к нему чувствует. — Я…скажу то, что мне говорит сказать сердце. Я…прости Артем., но я не люблю тебя…и никогда не полюблю! С этими словами она побежала к себе в комнату. Все присутствующие, в том числе и сам Артем, не понимали, почему она так отреагировала. — Зачем она отвечала мне на поцелуи все это время, если не любит?! — Артема поглотила злость и ненависть. Он хотел перевернуть все вверх дном, но вовремя сдержался. — Она просто играла со мной, как с игрушкой! Поигралась и можно разбить сердце! А, ну конечно, боли же не почувствует никто! С этими словами он зашел к себе в комнату. Гости сидели и ничего не понимали. Некоторые были разочарованы, другие злились. — Ладно, — решила нарушить молчание Лиза. — Мы лучше пойдем, а то тут атмосфера…эээ…не очень. До свидание. — До свидание! — все дети повторили за Лизой. Они встали и пошли к вешалке, чтобы забрать свои куртки. Оделись и вышли. — Что только что произошло? — спросил Семенов, когда дверь закрылась. Он ничего не понимал. До этого, вроде, было все хорошо. — Что с Кирой? Она ведь никогда такой не была! — Нам самим интересно, — ответила Маша, которая тоже ничего не понимала. — Кира его же любит…любила. — Я не верю, — сказала Дуняша. На глазах у бедной девочки были слезы. Она еле сдерживалась, чтобы не начать плакать. — Дуня, ты чего? — нежно сказала Маша и обняла сестру. Малышка сильнее прижалась к девушке и заплакала. — К-кир-ра е-его н-не л-любит!!! — и еще сильнее начала плакать. — Все будет хорошо! — успокаивала ее Ксюша. — Ничего «хорошо» не будет! — сказал вдруг голос из-за спины. Девочки автоматически повернули туда головы.