Только боль

Лэнс очнулся в теплой кровати, которая пахла лавандой и чем-то…знакомым. Парень резко поднялся с подушки, вспомнив о вчерашнем событии. Он пришел к Лотору на вечеринку, затем его спаили, заставили проглотить таблетку, а дальше все было в тумане. Он прекрасно помнил странные ощущение на своем теле, и тут же разлепил глаза, боясь того, что сейчас он в спальне Лотора. Осмотревшись, МакКлейн расслабленно вздохнул, увидев перед собой до боли знакомые обои. Он спал в комнате Кита. Лэнс посмотрел в окно. Уже точно где-то часов одиннадцать, а его семья, наверно, очень беспокоиться о нем. Кубинец отодвинул от себя одеяло, как в комнату ворвался брюнет с лохматой шевелюрой на голове. Его сонные глаза говорили о бессоннице. А футболка наизнанку очень впечатлила Лэнса. Когане резко подошел к нему, опустившись на колени перед его ногами и положил руки на колени шатена. — Лэнс, как ты себя чувствуешь? — смуглый паренек опрокинул голову назад, раздраженно мыча. — Хреново, маллет, — хрипло сказал Лэнс, хватаясь за голову. МакКлейн почувствовал легкую боль в коленях из-за того, что Кит сжал свои пальцы. Он отпустил свою ладонь на голову брюнета, поглаживая темные волосы, то сжимая их, то проводя пальцами. Кит посмотрел в его глаза. — Я так виноват, Лэнс…- казалось, что Когане вот-вот расплачется, — Если бы не я, с тобой бы такое не произошло. Мне так жаль! — Кит! Китти… — шатен положил свои ладони ему на лицо, поглаживая бледную кожу большими пальцами, — Если бы я не согласился туда пойти, то тебе бы не пришлось сейчас винить себя по пустому месту. Кит резко поднялся с пола и забрался ногой на кровать, чтобы крепко обнять смуглого парня. Лэнс снова мог почувствовать себя нужным и защищенным. Кит рядом. Он здесь. Обнимает его. Когане проводил ладонью по спине шатена вверх-вниз, вдыхая солоноватый запах его смуглой кожи. Но потом брюнет резко отпрянул от юноши, схватив того за плечи. — Что ты там делал? — МакКлейн в удивлении раскрыл глаза, смотря на хмурое лицо парня. Его нос смешно дергался от злости, что Лэнс не смог сдержать улыбки. — И чего ты лыбишься, как дурачок? Я задал тебе вопрос! — Воу, воу! Спокойно, горячий парень! Дай мне минутку, чтобы придти в себя, — Лэнс выставил перед собой руки, виновато смотря прямо ему в глаза. Кит отстранился и встал во весь рост, сложив руки на груди. Он не против подождать. Через минуту, как МакКлейн понял, что ему не отделаться от объяснений, все же выложил всю историю. Когане внимательно слушал, где-то хмурился ещё больше, а на других словах расслабился в лице и сделал сочувственный вид. Когда Лэнс завершил свой рассказ, сказав, что не помнит, что произошло после того, как Лотор потащил его по лестнице, Кит положил свою ладонь ему на плечо. — Теперь ты в безопасности, — кубинец обвел руки вокруг его пояса, лицом упершись в живот. Он не хочет отпускать Кита. Больше никогда. Когда Лэнс все же решил оторвать свою пятую точку от кровати, то сразу же поплелся в ванную. Кит стряпал на кухне им завтрак, прислушиваясь к шагам гостя. Кажется, тот…запел в душе. Когане, смотря на белую массу в миске, улыбнулся. Несмотря на то, что с ним случилось, МакКлейн всегда был на позитиве. Странно, что это проявилось только сейчас… Брюнет сосредоточился на приготовлении блинчиков, переворачивая один за другим. В последний раз он ел блины с отцом. В тот самый последний день. Отец всегда готовил для своего сына по утрам блинчики, пожелая удачного дня. Теперь Кит готовит их Лэнсу. В животе приятно колит от голода, а в сердце разливается тепло, проходящее по венам. Ничто так не делало его таким счастливым, как отцовская забота. Теперь, когда его нет, он счастлив, что может заботиться о прекрасном загорелом парнишке, который не перестает петь в душе Джастина Бибера. Как же прекрасно начинается утро для него. Больше никогда он не оставит Лэнса. Потому что любит. И не отпустит. Звуки затихли, Кит понял, что скоро спустится шатен, а блины как раз вовремя были готовы. Он присел за стол и стал дожидаться Лэнса, чтобы приступить к поглощению завтрака. Когда МакКлейн подошел к дверному проему, то Кит чуть не подавился воздухом, увидев в чем был одет кубинец. На Лэнсе надеты вещи Когане, как красная футболка, которая была немного великовата на нем, и джинсовые бриджи. Кит раскраснелся. Потому что его вещи так небрежно висели на нем, что это выглядело очень мило и…сексуально? Брюнет не смог сдержать глупой улыбки, задерживая свой взгляд на алых ушах МакКлейна. Видимо, Лэнс тоже чувствует себя неловко. — Ты же не против, что я надел твои вещи? — Лэнс на цыпочках подошел к столу, присаживаясь напротив Кита, — Просто моя одежда потная и… мне неприятно после такого ее носить. Нестиранной… — Нет проблем, — Когане поднял руки вверх, после указав на блины. Кубинец жадно брал руками несколько блинчиков. Кит не мог не отвлекаться на него, взяв баночку с сиропом. Только вот Лэнс не подозревал, что Когане весь завтрак смотрел на него. После этого, Лэнс всей тушей упал на диван, положив руку себе на лицо, и прикрыл глаза. Кит, конечно же, стал убирать все со стола и мыть посуду. Пока Когане занимался делом, Лэнсу было очень грустно, а мысли смешались в дурацкий ком. Вчера его чуть не изнасиловали, а сейчас он валяется в чужом доме на чужом диване, одетый в чужую одежду. Нет, Кит не чужой ему, но и как-то… неправильно это все? Он должен идти домой и забыть обо всем. То, что хотел сделать Лотор — навсегда отпечаталось в его памяти. Пусть он плохо помнит, что было, это нельзя просто проигнорировать. Картинки то и дело, что всплывали перед глазами. Либо серая пелена мучала его от страха, что же тот успел сделать. Лэнс поднял футболку вверх, проводя своей ладонью по смуглой коже. Пальцы медленно и плавно двигались вверх, сворачивая то на права, то на лево, поглаживая бока и живот. Это не помогло ничего вспомнить. МакКлейн оглядел свои шрамы, как в голове всплыл голос, который сказал: «Какой ужас!», явно говоря о его ранах. Лэнс почувствовал дрожь. Лотор сказал, что его порезы ужасны. МакКлейну стало очень противно вспоминать об этом козле, что желчь застыла во рту. Нахмурившись, кубинец отпустил футболку, обняв себя руками, и прижал к себе ноги. Шатен не заметил, как Кит, закончив с посудой, присел рядом с ним и обнял его, притянув ближе к себе. Он прижал его голову к своему плечу, поглаживая спину и бедро. Лэнс тоже обнял брюнета, вдыхая запах тела Кита. Они молча сидели на диване, прикрыв глаза и отдавшись потоку легкости и тепла чужого тела. МакКлейн поднял свои глаза, посмотрев на расслабленное лицо парня, щекой пройдясь по его шеи, ластясь, как кот. Кит открыл глаза, удивившись, что творит он. Брюнет усмехнулся, рукой погладив кубинца лопатку. Лэнс терся носом за его ушком, громко хватая воздух, который, кажется, нагрелся и стало очень жарко. Кит почувствовал приятные ощущения внутри живота. Напряжение между их телами начало нарастать. Лэнс стал аккуратно целовать мочку, а волосы брюнета стали щекотать его скулу. Кит понял намек и не стал халтурить. Пока МакКлейн игрался с его уже покрасневшим ухом, юноша ладонью подкрался под футболку шатена, чувствуя на чужой коже неровные бугорки и царапины. Лэнс напрягся. — Кит, прости меня, — он отвернулся от него, отстранившись, и спрятал лицо в ладони. Когане ошеломительно посмотрел на кубинца. — Ничего страшного. Я понимаю. После того ублюдка тебе, наверно, очень страшно и… отвратительно? — Нет! Твои прикосновения не отвратительны! Наоборот… — Лэнс держал свой лоб, пытаясь сформулировать свои слова, чтобы правильно передать мысль, — Просто, я не могу поверить, что ты пришел за мной. Ты спас меня! И несмотря на то, что я такой «грязный», ты все равно обнимаешь меня. — Но ты не «грязный». Пусть Лотор трогал тебя там, где я не успел, что очень меня злит, это не значит, что ты такой. Да когда я увидел его на тебе, я был в ЯРОСТИ! Я готов был убить его и переломать все кости этому ублюдку! — Кит отрывисто задышал, сделав паузу. Он подполз ближе к шатену и заглянул в синие глаза, — Ты ведь мой, Лэнс. Я не хочу делить тебя с кем-то! — Какие мы собственники, — кубинец засмеялся, прикоснувшись лбом к его лбу, — Ты мой герой, Кит… Позже Лэнс позвонил своей маме, объяснил ей все, расставил по полочкам. Сказал, что хочет остаться у Кита, позже примет наказание, как домашний арест. Кажется, что жизнь у него стала налаживаться, и все идет своим привычным чередом. Мир Лэнса встал на свое место. Однако, чего-то не хватало. Или кого-то… МакКлейн подошел к Киту, который лежал на диване, вытянув ноги на нем. Кубинец запрыгнул на него, сев на бедра попой. Он улыбнулся и стал руками поглаживать его пресс и торс. Когане положил свои руки на его талию, смотря прямо на его лучезарную улыбку. Шатен наклонился к нему, укладываясь на него грудью. Кит почувствовал жар внизу живота, наблюдая за парнем, который выгибался на нем, изворачивался всей тушей. Лэнс такой красивый, сидящий на нем. Киту кажется, что сейчас тот замурлыкает, прося большего. МакКлейн положил свой подбородок на его ключицу, тяжело дыша. Слишком интимно. Слишком пошло. У брюнета промелькнула мысль, что они даже не разу не целовались. А сейчас вытворяют такое, заводя друг друга. Какой же Лэнс паршивец, соблазняя его, когда у Кита и так сила воли на пределе. Когда рука Когане соскользнула на правую ягодицу шатена, то Лэнс тут же охнул от неожиданности. Кит услышав этот звук, раскраснелся, но руку убирать не решался. И как тут сдержаться от извращенных мыслей, когда на тебе стонущий МакКлейн? Когане мысленно молится, чтобы Лэнс прекратил, иначе тот пусть пеняет на себя. И как раз вовремя, шатен поднялся и сделал серьезное лицо. — Что вы делали после того, как я убежал? — Киту показалось, что он ослышался вопроса, который эхом раздавался в ушах. — Не понял, — Кит привстал, упершись локтями о диван. — Пидж и Ханк, — шатен сложил руки на груди, грустно посмотрев вниз, — Они что-нибудь говорили обо мне? — Ох, — Кит не думал, что об этом начнет спрашивать сам Лэнс. Все же это он должен был начать тот самый разговор, — Они очень сильно переживают за тебя. И хотят твоего прощения. — Вот как… — кубинец повернул голову в бок, чтобы не смотреть в глаза брюнета. Когане схватил за локоть шатена, притянув к себе, чтобы крепко обнять. Они легли обратно на диван, а Лэнс, надув губы, слушал стук маллетовского сердца. Оно билось очень быстро, что парень думал, как оно взорвется через пару мгновений. — Они…очень любят тебя, Лэнс, — шептал Кит, носом зарываясь в короткие волосы, — И сожалеют, что так вышло. Ханк и Пидж хотят помириться с тобой. Лэнс, ты ведь скучаешь по ним. — Скучаю, но это трудно…простить. — Ты же простил меня, — Лэнс поднял голову, держа ее на уровне лица брюнета. Он нахмурился и фыркнул перед его носом. — Лэнс, пойми, не все будет так, как ты этого хочешь. И всем свойственно ошибаться. Они твои друзья! Сделай шаг на встречу им, и ты увидишь, как все снова встанет на места, — Кит потянулся к его лицу, коснувшись губами его губ. Лэнс удивленно уставился на закрытые глаза Кита, который не спешил разрывать их первый поцелуй. Он был таким мягким, сладким и нежным. Обычное касание, которые превратилось в нечто большее. Которое скрепило их бьющиеся сердца. Кит на последок тихонько укусил нижнюю губу, оставив после себя несколько капель слюнок, которые позже слизал Лэнс. — Доверься мне, — Кит с надеждой в глазах посмотрел на красные и пухлые губы после поцелуя, а Лэнс же в растерянности смотрел на него. Отойдя от ступора, прильнул к его губам, ухватив ещё один поцелуй.