don't let me die

Выхожу на улицу, направляясь в сторону школы. Интересно, чего он потребует от меня? Неужели я не могу спокойно жить, почему у меня происходит нечто подобное? Сейчас отдал бы пол жизни, чтобы жить без страха за себя и друга. Я и так пессимист больше некуда, а это буквально добивает меня, давя на расшатанную нервную систему. Иногда задумываюсь, а может бросить всё это? Нету жизни - нет проблем. Но слишком горько умирать, понимая, что я не пережил так много всего. Просто будет жаль терять всё, что у меня есть. Как ни как нашёлся человек которому я нужен и от этого легче. Ведь кто знает, вдруг следующей жизни нет? А если она есть и будет только хуже? Почему я вообще жалуюсь? Я не инвалид, я могу видеть, дышать, чувствовать, двигаться. Я не считаю себя страшным, нет ну бывает такое чувство, но у кого его нет, это подростковая закомплексованность. У меня вполне хорошая жизнь, пока что... Всё может измениться в один момент. Из далека виднеется школьный забор и задумываюсь "А может не стоит?", но моя совесть не позволяет не пойти. Если с Гюном что-нибудь случится, не прощу этого себе. Пытаюсь разглядеть учителя Ли, но не вижу его, скорее всего опаздывает. Подхожу уже к школе, ожидая Минхёка. На своих плечах чувствую чужие руки, сердце замирает и я инстинктивно резко оборачиваюсь. - Ты всё-таки пришёл, - с лёгкой улыбкой на лице произносит Хёк, заставляя тело покрыться мурашками, а концы пальцев ощутить лёгкий холодок, - Я думал, испугаешься, - закусывает губу, проницательно смотря, чуть ли не сжигая глазами, - Особенно после того что произошло. Не каждый бы решился на это. - Для чего я тут?, - мне хотелось не затягивать разговор, а просто быстро разобраться на месте. - Я собираюсь домой, а ты идёшь со мной, - кидает краткий взгляд на машину, мысленно приказывая сесть в неё. - Нет, не пойду, - пытаюсь быть стойким и держаться. - Да что ты. Ты забыл, что я писал тебе?, - хватает за запястье, грубо и сильно как тогда в тот день, - Не испытывай моё терпение, - и потянул в нужную ему сторону. Естественно равновесие я не удерживаю и подаюсь вперёд, - Мы на школьном дворе и если я начну кричать и вырываться, мне помогут, - пытаюсь выдернуть руку из крепкой хватки, что оказывается бесполезно. - Только попробуй, и от твоего дружка ничего не останется, - проговаривает сквозь зубы. И я понимаю, он начинает злиться, что не очень хорошо. Как по мне, шутить Хёк не собирается. - Вы не можете шантажировать меня этим всё время. - Могу, - смотрит в мои, полные ненависти и безысходности глаза, - Да, я ещё та тварь, - чувствует мою растерянность от чего уголки губ его приподнимаются. - Зачем вы хотите, чтобы я пошёл к вам домой? Что вы собираетесь делать? - Много чего, узнаешь, - звучит достаточно жутко и пугающе. Не очень мотивирует ехать к нему на самом-то деле, - Не стой как вкопанный, идём, - повторно дёргает за руку, но на этот раз я уже иду за ним, усаживаясь в машину, - Ну чего ты? Выше нос, не умрёшь. - Не очень обнадёживает, - голос немного дрожит. Нет, я обещал себе держаться, всё будет хорошо, я дал слово Чангюну. - Не бойся так, - проговаривает, заводя мотор, при этом косо смотря на меня, - Я говорил, что ты мне нравишься. Это значит я не хочу причинить тебе вред. На эту реплику не отвечаю, просто печально глядя в окно, и наблюдаю за жизнью вне машины. Ехать становится морально тяжело из-за давящей и неловкой тишины. Но разговаривать с Минхёком ещё хуже, поэтому лучше наслаждаться этим молчанием, пока можно. Неожиданно для самого себя я почувствовал каплю воды на своих штанах, понимаю, это мои слёзы. Моё психическое состояние уже настолько расшатано, что не замечаю как начинаю рыдать. Минхёк, услышав сзади всхлипы оборачивается и сразу же возвращает взгляд на дорогу, - Слезами делу не поможешь, просто смирись и успокойся, - протягивает салфетку, - Не бойся, всё хорошо. Конечно всё хорошо! Это не его жестокий маньяк везёт к себе домой, хотя сделать "много чего", - Всё не хорошо, - принимаю салфетку, вытирая горячие солёные слезы, - Всё просто ужасно, - истерика не прекращается, становится только хуже. Машина останавливается и Минхёк вынимает ключ зажигания, выходит, открывая мне дверь, - Я должен ждать тебя?, - недобрый взгляд не предвещал ничего хорошего. Выхожу, закрываю дверь, думая " Так, у меня есть шанс". Пускаюсь в бег, но не пробежав и трёх метров меня ловят " Ну попытаться стоило", - А ты отчаянный, - сжимает запястье, настолько сильно, что поверх старых синяков появятся новые. - Пусти меня!, - и вправду очень "отчаянно" пытаюсь вырваться, но безрезультатно. - Кихён, это бесполезно, как ты ещё не по...Айщ!, - мне какими-то чудом удаётся укусить его, за что в ответ получаю тяжёлый удар в солнечное сплетение. Всё кружится, Минхёк для большего эффекта сжал больное сломанное ребро. По организму разлилась ужасная боль. Из-за того, что он закрыл свободной рукой мне рот, вышло лишь болезненное мычание. От этих ощущений всё парализовало и тело безжизненно обмякло в длинных Минхёковских руках, - Ещё одна такая выходка, будет больнее. Сейчас его слова тяжело воспринимать, да и вообще что-либо. Берёт меня на руки, держа путь к дому. Заходим в подъезд и двери лифта сразу же открываются. В груди безумно сильно колит, колит до такой степени, что кажется, будто там не трещина, а перелом ребра, причём не одного, - Ах, Учитель, мне так больно, - утыкаюсь лицом в его грудь, пачкая ткань слезами. - Я знаю, меньше выпендриваться надо, - выходит на нужном этаже и аккуратно опускает меня, чтобы открыть дверь, - Сейчас потерпи, дам обезболивающее. Сзади подталкивает в уже открытую квартиру и я чуть-ли не падаю из-за отсутствия сил. Как только Мин понимает, что в таком состоянии у меня ничего не получится, помогает снять обувь и куртку, аккуратно повесив её. В такие моменты хочется побыть этой курткой, грубо говоря просто повеситься. Меня ведут в спальню, кладя на кровать, - Секунду, - убегает и возвращается с небольшой таблеткой и стаканом в руках, - Выпей. - Я не принимаю таблетки от незнакомцев, - демонстративно отворачиваюсь. - Мы с тобой знакомы это во-первых, а во вторых тебе же будет хуже, а это хоть как-то облегчит боль. - Почему я должен верить вам? - Не хочешь не пей, только потом не жалуйся, что тебе очень плохо, - ставит всё это на прикроватную тумбочку, следом опускает руки на мою грудную клетку, - Сильно болит? - А ты как думаешь?, - огрызаюсь, стискивая зубы от ненависти. - "Вы"! Хорошо я дам тебе отдохнуть, поспи немного, вечером поговорим, - укрывает одеялом и уходит в другую комнату. Я бы как обычно начал думать, что делать и как спастись. Но силы буквально покидают меня и молниеносно отключаюсь