Go!Go!Zeppeli.

Второй отрывок гонки — пустыня Аризона… Кто умрёт на этом отрывке гонки ради победы, ведь перед началом второго отрывка, кто-то явно дал понять что теперь началась не просто гонка за деньгами, началась гонка на смерть… Джонни и Джайро решили объединиться на этом отрезке гонки. Джайро предложил что он будет первым, а Джонни финиширует за ним, вторым. Ведь 1200 км. пустыни совсем не легко пересечь. И вот уже всадники на лошадях долгое время бегут этой дистанцией. Вот уже настала ночь… Лошади ужасно устали и каждый пытался экономить жалкие капли воды, ведь неизвестно кто получить следующую воду, неизвестно ли кто-то заблудиться и не доберется до следующего водоёма во время, или же не доберется он вовсе, поэтому воду приходилось беречь. Каждый пытался развести огонь, несмотря на то что их окружал песок, и день был ужасно жарким, ночью всё равно было прохладно, температура по сравнению с днём резко упала. Именно из-за такого перепада температуры, эта прохлада чувствовалась ещё больше после жутко жаркого дня… Вот и Джонни с Джайро, как только стало садиться солнце разбили лагерь, чтобы передохнуть и ненароком не покалечить лошадь в темноте. Джостар учился силе которая и привела его на гонку, ведь изначально он следовал за Цеппели желая узнать секрет вращения его стальных шаров. У Джостара даже стало немножко выходить вращать пробку, на которой он тренировался… Но им не дали толком и отдохнуть, на них напали. После этого их гонка превратилась в сражение. Тогда-то и появился у Джонни стенд- Tusk, который помогал ему в этому и всех последующих сражениях… Но перед этим Джостару и Цеппели всё же удалось немного передохнуть. Джонни оперся на камень рядом с лошадью, ведь если лошадь будет слишком далеко, он толком и не сможет сдвинуться с места. И вот он уже мимо воли стал засыпать, а вечно стоящий на ногах Джайро решил присесть. Он присел именно рядом со своим так называемым попутчиком и одновременно соперником, в этой гонке: — Джонни, ты ведь попал на эту гонку, желая узнать о силе вращения, и как я понимаю научиться ей. Но сейчас, ты уже не откажешься от победы, ты же желаешь победить? — Спросил Джайро, который своими словами и не дал уснуть Джонни. — Как и все остальные участники гонки. — Тогда мы тоже соперники, это забавно мы соперники и вот так сейчас сидим рядом и просто разговариваем. — Да, может быть, мы перед самим финишем будем сражаться за победу, а наши лошади будут стараться бежать так быстро как только могут. Но пока это время не настало, может всё сложиться совсем по другому. — А ты хочешь остаться перед финишем один на один со мной? — Да, если не будет лишних соперников, тогда у меня будет больше шансов на победу. — И когда это ты начал меня недооценивать. С этими словами будто обиженный Джайро желая чем-то напакостить Джонни, снял его шапку. От чего Джостар почему-то стал тихо хихикать: — Ей, что смешного, ты что не хочешь вернуть свою шапку. — Та нет, просто смешно от того что мои слова тебя задели. -Вот же, ведёшь себя как ребёнок, раньше ты мне казался более серьёзным. И вот между ними вновь зацарила тишина. Но эту тишину прервал голос Джонни:  — А что после гонки? Что ты собираешься делать? -Не лезь в мою жизнь, я знаю что я буду делать, но тебе это не касается. Уже второй раз за вечер лезешь не в своё дело. — … — видно было что эти слова чем-то расстроили Джонни, и верно ведь он хотел услышать то, что они продолжат общение и за пределами гонки, он думал что нашёл друга. Но из-за ответа Джайро, теперь между ними была только напряженная обстановка. Всего лишь секунду спустя, Джонни решил развеять это напряжение, что возникло между ними: — Джайро, мне с самого начала было интересно зачем ты сделал себе такую улыбку? На что Цеппели вновь улыбнулся, а затем заговорил: — Там же всё ясно написано. Джонни не совсем понял ответа, ведь для него это были лишь глупые слова поддержки самому себе, и решил для себя что это ему необходимо для собственной уверенности или же просто для как можно больше крутого внешнего вида, что-то на подобии аксесуара. И вот Джостар задал новый и очень глупый вопрос, после которого обязательно будут последствия: — А всё же интересно какие ощущения у девушек с какими ты целуются, вот и правда интересно как они ощущают эти буквы своим языком? — Хочешь узнать, так попробуй. — Ответил Цеппели так уверенно будто ждал именно этих слов от Джонни. И таким уверенным и быстрым ответом он удивил собеседника, но всё же тот быстро пришёл в себя: — Я же парень.  — Если это тебя волнует так почему интересуется. — И вот только сейчас шапка снятая где-то полчаса назад, вернулась на голову Джонни, он надел её аккуратно еле пальцами задевая волосы: «Мягкие» — тихо прошептал он и немного отодвинулся. — Не то чтобы волнует… — тихо и неуверенно заговорил Джостар: — я просто хотел… я… ам… Я просто не хотел чтобы между нами была напряженная обстановка, вот и задал тебе те вопросы. Но из всех слов Джайро услышал лишь те, которые хотел слышать. — Значит тебя не волнует то что я парень. — Что? Что ты хочешь этим сказать, неужели ты тогда был серьезен, неужели…- Но Джонни не дали договорить, его губ коснулись чужие губы, это были губы Джайро. Который задел подбородок пальцами отодвигая его вниз, буд-то приказывая открыть рот. И Джонни совсем не сопротивлялся, хоть и сам не понимал почему, ведь он даже раньше толком то и не целоваться. Поэтому инициатива была полностью за Джайро, который жадно целовал послушного мальчишку, но вскоре он ослабил свой напор, и сделал это специально, ведь он хотел заставить Джонни действовать. И тот всё же поддался искушению, и когда язык Джостара наконец-то попал в рот к Цеппели, он стал им пытаться задевать зубы, желая узнать какими на ощущение будут буквы на зубах Джайро, который был доволен такими действиями Джонни. Теперь действовали уже двое, если же действия Джонни были неаккуратными и немного неуклюжими, то Джайро дейстовал таки наоборот, он жадно ухватывался своими губами за его и блуждал по хозяйски в его рту, целовался он совсем не нежно, а в точности наоборот грубо и дерзко, буд-то говоря мальчишке что тот его собственность, ну не знал же он, что Джонни раньше так не целовался, за свои 19 лет он разве что целовался просто прижимая на доли секунды свои губы к чужым. А сейчас их поцелуй был таким страстным что воздух уже закончился и до конца не отрываясь друг от друга они пытались вдохнуть хотя бы немного воздуха, по щеке Джонни уже стекла тонкая струйка то ли его собственная то ли слюни Джайро, но наверное эта струйка слюны уже не принадлежала кому-то конкретному из них двоих. И вдруг Цеппели разорвал поцелуй, сделал он это лишь для того чтобы задать единый вопрос: — Ну и как, что чувствует себя девушка, целуясь со мной. Но Джонни, который уже еле дышал от того поцелуя, проигнорировал его слова, ухватился за спину Джайро и притянул его обратно к своим губам. И после нескольких долгих, несдержанных и страстных поцелуев, Джайро вновь задал вопрос, подобный предыдущему, но уже без какой-либо то насмешки: — Так что понравилось? : — после этих слов он поднялся и вновь стал смотреть куда-то в даль. А Джонни тяжело дыша молчал, слушая тишину, что Джайро воспринял как положительный ответ, и вот они вновь оба молчали, вокруг всё затихло, но эту тишину прервали слова Цеппели: — Мы не одни. Тогда на них и напали, а после сражения в ближайшие дни, да и вовремя сражениями между парнями было всё как раньше… Они общались как обычные друзья…