Новый путь. Тени прошлого

Дэниэл очень ждал, когда сможет вернуться к занятиям в школе. Парень надеялся, что хоть там сможет выловить Эмму и поговорить по-человечески. А то глупо же получиться: лишиться подруги из-за мимолетного видения, которое даже к нему не имеет никакого отношения. Мальчик старательно убеждал себя, что все его сны и дежавю всего лишь последствие травмы, реакция на стресс. В них не было никакого смысла! Вот серьезно, какое ему дело до женщины, которая умерла еще до его рождения? Что она вообще забыла в его голове? Вот серьезно, что в его голове забыла женщина, умершая за три года до его рождения? Откуда он вообще знает об этих трех годах? Почему он ее помнит? Почему порой в зеркале мелькает не привычное отражение, а лицо мужчины с каштановыми волосами и пронзительным взором? Отчего каждую ночь Дэниэл просыпается от обжигающей боли во всем теле? И почему, черт возьми, он не может открыть эту дверцу! Парень с чувством вдарил по шкафчику в коридоре школы. - Май’ так! – выругался мальчик. - Ты чего это? – удивился подошедший Трей. По другую сторону в свой шкафчик лез Люк, искоса поглядывая на друзей. - Не могу открыть. – Дэниэл вновь набрал комбинацию. - Знаешь, вообще-то у тебя другой пароль? – нахмурил брови Трей. - А? - Какую комбинацию ты набираешь? – терпеливо спросил парень. - 678-952. Люк и Трей переглянулись. - У тебя код 733-342, - серьезно ответил Трей. - Не правда! - Не веришь? Смотри! – Трей набрал номер. Дверца послушна отворилась. – Ты слишком долго был дома! – он сочувственно похлопал друга по плечу. - Возможно, - пробормотал Дэниэл. Он не был в этом уверен. Он набирал код, который не подходил к его шкафчику. Но он точно помнил, что когда-то этот код был верным. Он открывал дверь…Может, другую? - А раньше у меня какой был? - У тебя всегда был этот. Дэниэл сглотнул. Трей не стал бы врать. А это значит, что цифры опять были из снов. - Май’ так! - Что? – не понял Люк. - Что такое «Май’ так! – поинтересовался Трей. - Я сказал «проклятье»! – возмутился Дэниэл - Но в твоих устах оно звучало иначе! Ну, чудно, опять оговорка! И очередной вопрос без ответа: как можно говорить на языке, которого просто не знаешь? - Проехали! – махнул рукой Дэниэл – Ребят, вы видели Эмму? - Я нет. - И я, - покачал головой Трей. – Хотя вчера пересекались и выглядела она расстроенной. Что между вами приключилось? - Я назвал ее другим именем. Просто тупо оговорился! - Дэниэл, ты – кобель, - воскликнул Люк, в его глазах мелькнули чертята. О Нилл резко затормозил, словно наткнувшись на препятствие. - Где-то я это уже слышал…Не говори так больше! - Окей. Только не кипятись, - Люк поднял две руки в успокаивающем жесте. - Серьезно, Дэн. Ты нервный в последнее время. - Станешь тут нервным, - пробурчал подросток – Ладно, я на историю. Может, хоть там ее увижу, - вздохнул парень. Трей ободряюще поднял палец вверх. Люк натянуто улыбнулся. У обоих была сейчас биология. Дэниэл направился в кабинет мистера Баккарина. Пока он шел, то все время вглядывался в лица, надеясь заметить Эмму. Но девушка была неуловима, как тень. Парень замер на пороге кабинета, оглядывая пустующие парты, лениво скользнул взглядом по картам на стенах. Заходить не хотелось вовсе. Дело было даже не в том, что мальчик не любил историю. Его пугало то, что он чувствует в этом кабинете. Он отрицал, что история имеет к нему отношения, считал, что есть только настоящее, но в глубине души ощущал, что его прошлое – смутно. Это чувство лишь усилилось после аварии. Но больше всего напрягал мистер Баккарин. Было в нем одновременно нечто знакомое и зловещее. Порой казалось, что каждое слово учителя имеет скрытый подтекст и что намек относится к нему, Дэниэлу. Мистер Баккарин сидел за столом, настраивал доску для презентации. - Рад, что с тобой все в порядке, Дэниэл, - произнес мужчина, отрываясь от работы. Вот, еще одна дикая черта препода – он как кожей чувствует, когда Дэниэл появляется поблизости. « Я вот не уверен в том. В смысле, что со мной все окей» - подумал парень, но вслух произнес: - Спасибо, мистер Баккарин. - Проходи, не стесняйся. - Угу, - парень бросил сумку на последнюю парту. Интересно, хоть кто-то зайдет сюда до звонка? Словно в ответ на мысли Дэниэла в кабинет залетели близняшки, сидящие на первой парте и с упоением слушавшие каждую лекцию историка. Кроме них не было никого. Дэниэл уже хотел выглянуть в коридор, но мелодичная трель заставила его сесть за парту. Эмма появилась только со звонком. Дэниэл хотел к ней подойти, но его остановил голос учителя: - О Нилл, садитесь на место. - Конечно, сэр. Мистер Баккарин дождался, пока подросток усядется за парту. - Так, прежде чем начать рассказ, я бы хотел напомнить вам, что скоро конец семестра. Все ли выбрали себе пару для выполнения задания? – в ответ раздалось предсказуемое молчание. Утвердительно кивнули, прямо как болванчики, только отличники на первых партах - Если нет, то предлагаю прямо сейчас и определиться, - мистер Баккарин милостиво разрешил превратить часть урока в цирк, ибо переселиться без приключений учащиеся школы Вудбери были не в состоянии. Выдернутые стулья, едкие замечания, пинки, тычки и хихиканья по поводу кто с кем сел – вот лишь небольшой перечень того, чем заполнился кабинет истории. Дэниэл хотел подойти к Эмме: совместный проект не плохой повод для примирения. Но едва мальчик привстал, как понял, что он в пролете. Эмма, метнув в сторону Дэниэла испепеляющий взгляд, с милой улыбкой подсела к Риккардо Моргану. Удар ниже пояса, между прочим. Все прекрасно знали, что Рик и Дэниэл – далеко не друзья. Они – настоящие соперники, во всем: в учебе, в спорте, в романтических похождениях. Рик называл Дэниэла папенькиным сыночком, но в тайне завидовал. Дэн же просто считал соперника наглым зазнайкой. Это не осталось не замеченным, вдобавок к прочему Дэниэл стал единственным, кто стоял посреди кабинета, как полный лузер. И почему сегодня школьники так быстро нашли пары? Дэн ловил на себе разные взгляды, но он не знал, какие хуже: злобствующие или сочувствующие. Риккардо откровенно нагло улыбался. Еще бы! К нему села сама Эмма Комбс! Впрочем парень радовался не столько приятному соседству, сколько возможности насолить О’ Ниллу. - Мисс Бейкер осталась без пары, - помог мистер Баккарин. Дэниэл посмотрел в указанном направлении. Вия сидела низко склонив голову. Ее темные локоны скрывали половину лица. Мальчик вздохнул. Он ничего не имел против новой соседки, но в этот миг кипел от недовольства. И почему в жизни все складывается так неудачно? Дэниэл сел возле девушки. Она все – так же не поднимала лица. - Ваша задача: выбрать один из отделов музея Метрополитен и охарактеризовать по тому алгоритму, который мы с вами разбирали на прошлом уроке. « Ясно. Алгоритм спрошу у Вии» Дэниэл кивал в такт словам учителя. Как же бессмысленно здесь сидеть? Неужели это кому-то важно? Какое значение имеет история? - Прости, - тихо прошептала Виа. Дэниэл едва услышал ее. - Из-за меня ты не помирился с Эммой, - пояснила девушка. - Не бери в голову, - отмахнулся Дэниэл - Ты ни в чем не виновата. - Мистер О’ Нилл! – напомнил о себе Баккарин. Парень закатил глаза, сделал вид, что внимательно слушает учителя. - Сегодня мы с вами совершим увлекательную экскурсию в музей Метрополитен, - торжественно начал мистер Баккарин – Кто мне скажет, где он расположен? Вверх взметнулось несколько рук, но учитель их проигнорировал. - Дэниэл, прошу ответь, - обратился мужчина к парню. « Вот ведь прицепился» - пронеслось в голове мальчика. - В Нью-Йорке, сэр, - ответил Дэниэл. - Именно,- мистер Баккарин улыбнулся так, словно мальчик только что сделал новое открытие и ему светит Нобелевская премия - Этот музей – одна из главных достопримечательностей не только Нью-Йорка, но и США в целом. Огромное количество посетителей. Коллекции, собранные со всего мира. Ежегодно в музей поступают древние фолианты, репродукции картин эпохи Ренессанса. Целый отдел посвящен Войне за Независимость. Здесь собраны портреты отцов-основателей… Мистер Баккарин унесся в любимую им область, именуемую историей. В такие моменты его просто невозможно было остановить. Его рассказ – поток сознания. Правда, если продраться сквозь него, то можно выловить факты. Практически всегда учитель сопровождал лекцию показом слайдов. Обычно Дэниэл просто сидел и делал вид, что слушал, смотрел картинки. Но сегодня даже это давалось с трудом. Голос учителя доносился до мальчика как сквозь вату. Несколько раз мальчик с ужасом понимал, что в глазах мутнеет. В висках проснулась тупая боль. - Ты как? – тихо спросила Вия – она легонько коснулась руки Дэниэла. Мальчик вздрогнул. Пальцы девушки были холодны. От ее прикосновения по телу мальчика прошел ток. - Нормально, - бросил он, чувствуя, как его пробирает озноб. Дэниэл попытался сосредоточиться на появившемся на доске изображении. Если верить надписи – отдел древнеегипетского искусства. - Этот отдел начал комплектоваться в середине XX века. –рассказывал мистер Баккарин - Огромное значение для его пополнения имели экспедиции и работу доктора Мельбурна Джексона и его жены Клэр. Дэниэл едва слышал эти слова учителя, едва понимал, что находится в школе, но зато ясно увидел один из залов музея. Ощущения были, как в кинотеатре 3 D. Он видел все так, словно был участником событий. . Взгляд мальчика скользнул по высокому монументу: четыре столба, на которых ставили плиту. В центре будущей конструкции стояли двое: мужчина и женщина. - Мама! - Дэнни! Мы сейчас, - с улыбкой ответила женщина. А в следующую секунду плита сорвалась и упала на пару. После кровавого хруста раздался нечеловеческий вопль: -Нееееееееееет! Дэниэл не сразу понял, что кричит он сам. ***** - Дэниэл! Дэниэл! Как ты? Голос знакомый, но доносится сквозь вату. Кажется, кто – то бьет по щекам. - Мама! Папа! Они…там, - судорожно выдохнул подросток, распахнув глаза. - О чем ты? Где? Там никого нет. - Они..они были там…Им нужна помощь! Они погибли… - Кто? - Мои..мои родители, - совсем сбитый с толку пробормотал Дэниэл. - Дэн. Тут не было твоих родителей, - серьезно заявила Эмма. Теперь парень узнал подругу. В глазах девушки стояла беспокойство. Рядом он заметил и других ребят. Весь класс столпился вокруг него. Кажется, он стал всеобщим посмешищем. - Совсем раскис, О Нилл, - хмыкнул Рикардо. - Отвали! – буркнул Дэниэл. - Как ты себя чувствуешь? – участливо поинтересовался мистер Бакарин. - Голова кружится, - честно признался мальчик. - Эмма, Виа, проводите его до медпункта. Девушки единодушно кивнули. Толпа расступилась. - Неудачник, - произнес вслед Рикардо. Дэниэл готов был с ним согласиться. Он вообще чувствовал себя размазней. Последнее, что он увидел, покидая класс – изображение двух людей – мужчины и женщины. Тех самых. Из видения. Мельбурн и Клэр Джексоны. Мальчику казалось, что они смотрят прямо на него, смотрят так, словно хотят предупредить. Вот только о чем? И что это за видение? Неужели они погибли такой жуткой смерти? И кто тот мальчик, что кричал? Сейчас Дэниэл понимал, что никак не мог быть тем ребенком. Но в видении он ощущал себя им. Он не просто помнил, видел, но и чувствовал. Дэниэл чувствовал радость при виде родителей, нетерпение детства, что б поделиться открытием, а затем смятение, страх и боль, когда на маму и папу упал экспонат. Господи, неужели так и сходят с ума? - Что..что вообще произошло? – пробормотал парень – Что вообще здесь твориться? - Ты просто сидел и смотрел в пространство, а потом просто упал, как в припадке, кричал, что должен помочь родителям – пояснила Эмма - Ты как себя чувствуешь? - Голова болит, - выдавил парень. Это было преуменьшение. В висках боль была адской. Видение не исчезало из памяти. Он до сих пор видел смерть родителей. Они не были его родителями, но они были его родителями. Полный бред. Дэниэл стиснул зубы: голова просто раскалывалась. Мальчика тошнило. Ему стоило огромных усилий, что б унять дрожь и просто идти рядом с Эммой и Вией. И уж точно он был уверен в том, что в медпункте ему не помогут. Он вообще не знал, к кому можно обратиться за помощью. Видения пугали, но признаться в них не хватало смелости. Друзья сочтут ненормальным, а родители вновь погрузятся в прошлое, будут вспоминать то, что причинило боль. Дэниэл не хотел тревожить отца и мать. В последнее время он и так причинил им не мало страданий. - Снова видения? – понимающе поинтересовалась Вия. Она была единственной, кому мальчик рассказал о своих снах. Спросите, отчего? Просто в какой-то миг он почувствовал в ней родственную душу. Сложно не доверять человеку, который спас тебе жизнь. Кроме прочего, Вия не смотрела на него, как на психа. - Угу. - Какие видения? – Эмма внимательно посмотрела на Дэниэла. - Так, сны разные, предчувствия. Начались после аварии,- мальчик не горел желанием рассказывать то, что видел. Не хватало, что б его еще и психом считали. - Почему ты не говорил! – обиделась Эмма. - А вы и не спрашивали! – парировал мальчик. - Но она-то знает! – Эмма кивнула на Вию. - Эмс, не начинай! – устало сетовал Дэниэл. Ему не нравились эти эмоциональные качели, но иначе не получалось. - Ты прав. Прости. Просто я испугалась за тебя! - Я справлюсь! ***** После аварии Дэниэл перестал доверять снам и чувствам. Слишком они были путаны и противоречивы. Мальчику требовались факты. Дома он решил не тратить время на уроки, а поискать то, что может прояснить бедлам, царящий в голове. Немного подумав, Дэниэл набрал в поисковике: Музей Метрополитен + доктор Джексон. И тут он заметил даже не статью, а небольшую заметку. « Супруги Мельбурн и Клэр Джексоны гибнут в Музее Метрополитен. Сиротой остался их 8 –летний сын Дэниэл» - Я об этом не знал, - пробормотал подросток – Но каким-то образом, я это увидел. Одна догадка подтвердилась, но легче от этого не стало. Скорее на душе протухло еще одно яйцо. Облизав пересохшие губы, парень набрал: Дэниэл Джексон. Если уж бить, то бить напролом. После секундного замешательства монитор вывел несколько однотипных ссылок. Но даже их мальчику хватило, что б волосы на голове зашевелились. Он знал, что видел во снах доктора Джексона. Но ведь он только так думал, предполагал, не знал наверняка. Но увидев фотографию доктора, осознал, что помнит человека, который умер до его рождения. Впрочем, информации о нем было не много. Всю ее можно было уместить в несколько предложений. «Дэниэл Джексон – сирота. Историк, археолог. Закончил университет Нью-Йорка. Известен своими дикими идеями о внеземном происхождении египетских пирамид. После 1995 не публиковался» Компьютер уже перешел в энергосберегающий режим, а Дэниэл все сидел уставившись в монитор, пытаясь переварить увиденное. Что ж получается, он помнит то, что произошло с этим доктором? Но не вяжется. Судя по статьям он – изгой. Но в видениях Дэниэл чувствовал себя частью чего-то, он был не один. Ему помогали. В жизнь вошла тайна. И подросток просто не знал, что с ней делать. Стоит ли распутывать клубок? Зачем тревожить мертвых? Ведь к нему это не имеет никакого отношения. Размышления Дэниэла прервала мать, вошедшая в комнату. Дэниэл не успел закрыть окно, где была стать о Джексона. Подросток виновато покосился на мать, но Сэм сделала вид, что ничего не заметила. - Родной, ты в порядке? Медсестра в школе сообщила Джек и Сэм о случившемся в школе. Джек немедленно выехал за сыном, заявив, что Дэниэлу нужно еще несколько дней отсидеться дома. Несмотря на все заявления школьного врача, он не верил, что сын здоров. Как можно считать абсолютно здоровым того, кто смотрит на тебя красными глазами, кто бледен, как вампир и кто, того и гляди, рухнет в обморок? - Да..наверное..В смысле я нормально себя чувствую. Сэм кивнула, мельком глянув на монитор компьютера. Сердце женщины екнуло. - Давно ты интересуешься? Дэниэл пожал плечами. Он чувствовал вину от того, что напоминает родителям о смерти друга, но не разобраться в этом не мог. Не каждый день сны так серьезно и явно влияют на жизнь. Не всем снится такое безумное прошлое. - Я просто хочу понять, - сглотнул подросток. – Понять, что со мной происходит. - Может и есть способ, - тихо произнесла Сэм.