Вебкам точка ком

Федоров уже даже и не помнит, как забрался на этот сайт и почему не вышел сразу же, как увидел парней, что трахали себя пальцами или чем побольше. Просто однажды, по фану, поспорив с другом он оказался там, хмурился. Илья тогда смеялся, сидя на кровати Мирона (да, на той, на которой он потом дрочил) и говорил выбрать мальчика и попросить его сделать что-то. Мамай был готов даже скинуть этому парню бабла своего, если бы он довел Федорова до оргазма. Мирону приглянулся парень с ником «Охра», который он сначала прочитал как «Окспа» и не въехал, а потом посмеялся. На фото он сидел с котом, в одних шортах. Худой, с тату по всему телу, с растяжками в ушах. Красивый. Илья сваливает, чтобы «не смущать голубков», а Федоров заходит в чат. Минута, две. На экране появляется парень в шортах, что на фото и темной футболке. Камера Мирона выключена, микрофон тоже. Он не хочет тут задерживаться и показывать лицо. «привет» — пишет и отправляет. — Привет, — отвечает Охра, садясь на колени, бегая взглядом по экрану. «я без камеры, ничего?» — Да всё окей, я понимаю. Инкогнито, вся поебота. Тебя хоть как называть? — парень теребит пальцы. «Миф. Пусть будет Миф» — отправляет Мирон, беря ноутбук и пересаживаясь на кровать и ставя его на колени. — Окей, — кивает. — Чем хочешь заняться? «я тут… ну, типа, не подрочить.» — сознается Федоров. — Хм, а для чего? — хмурится Охра. «с другом в карты играл, да не выиграл». Кажется, вот так Мирон стал зависать на сайте каждый вечер. Сначала они просто разговаривали, потом перешли на следующий уровень — Охра начал дрочить. Дальше — пальцы, а потом и игрушки, которые были куплены за счет Мифа. И Мирону нравилось, да и сейчас нравится. Он не скупится на «рубли» для Охры, который прекрасно стонет, изгибается в спине и кончает. И вот сейчас. Федоров возвращается с работы, кормит кота, закрывает его на кухне и включает ноутбук, снимая сразу же рубашку и джинсы. Садится на кровать, заходит на нужный сайт, видит фотографию Охры, пишет ему. Парень с радостью включает камеру и улыбается. Он даже не знает, кто такой этот Миф, но такой податливый. — Привет, — улыбается он, сидя в одной длинной футболке. Она достает до середины бедра, так Охра умудряется ее еще натянуть, почти до колен, закусывая губу. «ты красивый» — Мирон улыбается, отправляя это сообщение. Правда, он действительно так считает. С самой первой секунды. А еще интересный собеседник. Охра опускает взгляд и, О ГОСПОДИ БЛЯТЬ, краснеет. Мирон улыбается, чешет ключицы. — Надеюсь, ты тоже, — хмыкает, опуская руку за кровать. — А не какой-нибудь пузатик из серии «папик». Федоров смеется, опускает взгляд на живот. Да не такой уж он и огромный, почти нет. — Я тут кое-что прикупил вчера… Ты бы знал, как стыдно ходить по секс-шопам! На меня там все так смотрели, господи, — Охра коротко смеется и достает небольшую коробку. Разворачивает ее и достает фаллос на батарейках, что вибрирует, если его включить. — Миф, тебе нравится? «господи, да» — Мирон опускает взгляд на клавиатуру и быстро пишет это, сразу же отправляя. Охра читает ответ и улыбается. — «ты знаешь, что можешь делать все сам. доведи себя до оргазма без рук, милый». Парень закусывает губу, будто бы думая — смогу или нет. Сможет, и Мирон, и сам Охра об этом знал. Охра кивает, отодвигает камеру подальше, достает из тумбы смазку. Поворачивается к камере задницей, смазывает вибратор и смотрит в камеру. Прямо, блять, Мирону в глаза. Федоров даже вздрагивает и еще раз проверяет камеру. Выключено. Он откидывается на стену, внимательно смотря, как Охра вставляет в себя сначала два пальца, раздвигая их, как ножницы. Потом добавляет третий, роняет стон, падает головой на подушку, что положил под локоть. Мирон сам стонет, проводя ладонью по вставшему члену через ткань боксеров. Матерится, когда слышит, как с окна на кухне падает цветок. Он бы встал, наругал бы кота, но на экране — не порно, это на стоп не поставишь. Охра заменяет пальцы купленной игрушкой, выдыхает — и вставляет, до конца. Кажется, дернись парень — вибратор полностью окажется в нем, и вытаскивать будут врачи. Но он включает вибрацию своими, блять, длинными пальцами, а потом тянет их в рот, по-блядски облизывая, смотря в камеру. Федоров кусает губы, стягивает трусы. Проводит рукой по члену, собирая выступившую смазку. — Миф, — стонет Охра, привлекая внимание. — Скажи, когда будешь на грани. «окей» — пишет Мирон, даже не отвлекаясь на клавиатуру. — «только ляг так, чтобы я хорошо видел твой член». И Охра ложится. Переворачивается на спину, раздвигает ноги, руки кладет так, чтобы в камере было видно. Мирон прикрывает глаза, проводит рукой по всему члену, а потом смотрит на то, как Охра извивается из-за вибрации, что явно отдавала в простату. Он стонет, пытается насадиться глубже, на выдохе выталкивая игрушку. Федорова хватает надолго. Он зажмуривается, но потом тянется к клавиатуре. «я почти готов» — отправить. Охра дергается сначала, а потом краснеет. — Ты первый… Я только для тебя делаю это. И ты был первым. Они кончают одновременно, с протяжным стоном. Мирон сжимает основание члена пальцами, а Охра — игрушку стенками анала. — Блять, — стонет Мирон, пытаясь придти в себя. Первый. Блять, Охра никогда не пихал в себя ничего до этого? Пиздец, голова кружится. Охра ослабевшими пальцами вытаскивает из себя игрушку, стонет и кладет ее куда-то за кровать. Дышит глубоко, сидя на заднице, футболка закатана и держится руками в районе подмышек. Красный, и такой красивый. «правда?» — Что именно? — переспрашивает парень. «что ты первый раз такое делаешь?» — Хуи резиновые в себя пихаю что ли? — смеется. Пиздец красивый. — Правда, Миф. Первый раз, специально для тебя.