Жизнь не перестаёт удивлять

Прошла неделя после переезда Малфоя в мою квартиру, и сегодня, в солнечное воскресное утро, у меня был маленький юбилей – я выжила с Малфоем неделю! Сладко потянувшись на постели, я распахнула глаза и зевнула. Солнечный свет не пробивался сквозь плотные шторы, поэтому в комнате царил уютный полумрак. Я решительно скинула с себя одеяло и резким движением распахнула шторы. Яркий солнечный свет, не затронутый привычным для нас, лондонцев, туманом, приятно осветил пространство комнаты. Включив радио, я улыбнулась хорошему дню. Сегодня всё должно быть хорошо! Но моя радужная картинка померкла, краски потекли, стоило мне зайти в гостиную. Последние несколько дней у нас на работе был полный завал, поэтому я чуть ли не ночевала там, приходя домой поздно, заваливалась спать. Вставала очень рано и снова впопыхах шла на работу. Завтрак и обед проходили на рабочем месте, а дома я не ела. Все домашние дела были отложены на выходные, и квартира в течение недели была полностью в распоряжении Малфоя-младшего. Зря. Гостиная пребывала в таком ужасном состоянии, что хотелось закрыть глаза и проснуться. К сожалению, всё то, что я видела, было правдой. Огромная гора грязной посуды стояла в мойке, на плите стояла грязная-прегрязная сковорода, от которой исходил не самый приятный запах. Диван, пол и ковёр были облиты чем-то липким, наверное, содовой. Пустые бутылки из-под лимонада тоже не улучшали картину. А в довершение всего были… – МАЛФОЙ! – закричала я в бешенстве. Никакая белобрысая сволочь не пришла, поэтому я заглянула в его спальню. Пусто. Я вернулась в гостиную и заметила на холодильнике записку: «Я ушёл по делам. Малфой». Чёрт! Я достала из рукава волшебную палочку и осторожно подняла в воздух мужские трусы. Это было последней каплей. По всей площади комнаты были разбросаны «семейники» моего сожителя. Ну что же, Драко, ты сам напросился! – Акцио все трусы Малфоя! – взмахнула я палочкой. В небольшую кучку передо мной слетелось всё нижнее бельё Драко. Сначала я хотела, чтобы все трусы исчезли. Вот уж был бы сюрприз, но тут мне пришла в голову неплохая мысль. Пара простых заклинаний и ещё одно на то, что лишь я смогу снять предыдущие, превратило трусы Малфоя в… Я не могла подобрать слова, но это было интересно. Все трусы Малфоя были сложены в аккуратную стопочку, но теперь они пестрили своими картинками: на одних герб Гриффиндора распевал различные вырезки из песни Распределяющей Шляпы, другие трусы были розового цвета, третьи – с бегающим хорьком с подписанной кличкой на боку, а именно «Драко Малфой»… и дальше в таком стиле. Я пыталась восстановить в памяти всё, что терпеть не может Малфой. Не знаю, почему я подумала про розовый цвет, но с начала сознательной жизни я уловила, что парни терпеть не могут розовый цвет, а тех, кто любит «девчачий» цвет, называют педиками. Совершив такую, можно сказать, месть, я отправила трусы Малфоя к нему в шкаф, а сама встала в центр комнаты и взмахнула палочкой. По мановению волшебного инструмента, в доме всё приходило в порядок. Пустые бутылки встали в аккуратный ряд, все бумажки и фантики полетели в мусорную корзину, пятна на ковре и диване постепенно исчезали. Посуда стала мыться сама и прыгала в стойку для чистой посуды. Я подошла к окну и распахнула форточку. В комнату влетел прохладный ветер, раздувая шторы и разнося запах свежего утра Я улыбнулась, прогоняя подпорченное Драко настроение, и вернулась в свою спальню, оставив магию на пару минут без контроля. Сегодня было четвертое июня, поэтому в честь наступления лета, я решила надеть платье. Конечно, лето наступило ещё три дня назад, но хорошая погода установилась только сейчас, что, конечно, поразило меня, ведь в туманном и сыром Лондоне тепло приходило только ближе к середине июня. Я в раздумьях остановилась напротив шкафа с одеждой, выбирая, что я сегодня надену. Благодаря Джинни мой гардероб был заполнен различными вещами. Она дарила мне элегантные вещи на праздники, ходила со мной по магазинам. Наиболее открытые и совсем «не мои» вещи были убраны в дальний конец шифоньера, а вот более строгие и приличные вещи висели на вешалках поближе. Я подумала и надела платье изумрудно-зелёного цвета с короткими рукавами. Платье было приталено и подчёркивалось чёрным поясом. «Ладно, хоть не серебристым!» Вниз оно расходилось свободно и было на ладонь ниже колена. Смотрелось вполне мило и элегантно, как раз для выходного дня. Я вернулась на кухню и налила себе кофе. Круассаны напомнили мне наши «посиделки» с Панси. Как там она, интересно? Наверное, посещает скучные вечера, своей улыбкой покоряя всех парней вокруг. Я откусила небольшой кусочек лёгкого теста, когда в дверь зашёл Малфой. – Привет, Грейнджер! Завтракаешь? – Малфой подошёл и отпил глоток из моей кружки. Я ошеломленно смотрела на него. – Налей и мне кофейку! Я раздражённо поморщилась его бесцеремонности и свинскому отношению к чистоте. Он сумел найти где-то грязь и порядочно наследил. Я закатила глаза и взмахнула палочкой, пятна исчезли, оставляя пол чистым. С этим Малфоем я не отхожу от магии, как мне хотелось, а совсем наоборот. С ещё одним лёгким движением палочки на столе появилась кружка кофе. Я мстительно подогрела его заклинанием, ибо нечего трогать мою еду. Кажется, если перемножить Рона и Малфоя и всё это поделить на Джинни, получусь я. Драко плюхнулся на соседний стул и отпил кофе, который спустя секунду выплюнул на пол. Я мстительно усмехнулась, наблюдая, как Драко бегает по кухне, ища холодную воду, но тут ко мне вернулась прежняя я, поэтому я молча налила ему холодной воды и подала стакан. Малфой разъярённо и недоверчиво посмотрел на меня, но всё же выпил воду. Я в который раз за утро взяла в руки палочку и заставила пятна исчезнуть. Драко обиженно посмотрел на меня, когда я вернулась на своё место. – Я из-за тебя обжёг язык! – сердито поведал он мне. Я невозмутимо посмотрела ему прямо в глаза. – Я приношу свои извинения, – приблизила я своё лицо к нему, чуть не касаясь носом его носа, – что было не так больно! – Ах, ты! Он задохнулся от возмущения, но наш зрительный контакт не прервался. Я смотрела в его глубокие серые глаза, в свинцовые глаза слизеринского принца. Его взгляд не был насмешливым, как обычно, не был и злым, как пару секунд назад, а спокойно-изучающим, словно он пытался проникнуть в мою душу через мои глаза, читая все эмоции в них. Наши лица были настолько близко, что я ощущала его горячее дыхание. Странно, я всегда думала, что Малфой холодный, как глыба льда, но оказалось, он горячий, тёплый. Его дыхание стало прерывистым, как и моё. Я почувствовала, как кровь приливает к щекам, и поспешно отвела взгляд. Слишком поспешно. Я ждала язвительных комментариев по поводу этого, но Драко задумчивым взглядом продолжал смотреть на меня, изучая. Он смотрел не на тело, нет! Он смотрел на моё лицо, пусть уже и отдалённое, а я продолжала смотреть на него. Наш зрительный контакт прервала Панси, которая зашла в квартиру. Сначала я её не заметила, но она внимательно смотрела, как мы с Драко изучаем друг друга со своих стульев, не приближаясь. Слава богу, она не видела, в какой близости были наши лица. Словно в трансе, я медленно перевела взгляд на Панси и, только осознав, кто тут, спохватилась. – Панс! – подошла я к девушке. У Панси были ключи от моей квартиры. Я сама дала ей ключ, чтобы она могла приходить, когда захочет. Разумеется, когда я дома. Подумала, а что будет, если она зайдет, допустим, когда я буду заниматься сексом. Решила, что буду на подобные ситуации (если, конечно, я не останусь девочкой до конца жизни) буду ставить заклинания. – Гермиона, ты чудесно выглядишь! – девушка улыбнулась мне. Сама она была в чёрном платье выше колена с белыми крупными узорами на подоле. – Что-то случилось? – поинтересовалась я. – Мы отправляемся в Косой Переулок! Я легко вздохнула и поднялась со стула. Я взяла чёрную сумку, положила туда палочку и кошелёк и, не прощаясь с Драко, вышла из квартиры. Мы с Панси вышли из дома и свернули в небольшой переулок, где нас не было видно. Там мы трансгрессировали в Косой Переулок. Косой Переулок был полон взрослых волшебников и маленьких детей. Дети с одиннадцати лет сейчас находятся в Хогвартсе. Вспоминая свой первый поход сюда, я вместе с Панси сходила до банка, где сняла со своего счёта деньги. Когда мы вышли из Гринготтса на улицу, я поинтересовалась, зачем Панси притащила меня сюда. – А затем, что завтра… – она посмотрела на меня, а я постаралась припомнить, что за событие завтра, но не смогла. – День рождения у Драко! Я хмыкнула и направилась в сторону арки в маггловский мир, как она схватила меня за руку. – Тебе необходимо купить ему подарок! А то он обидится не на шутку! Панси, похоже, не шутила, а я как раз вспомнила, что у Драко точно в этом месяце день рождения, потому что каждый год в Хогвартсе происходило огромное празднование в июне. Последние пару лет это было особенно заметно, так как пьяная компания Малфоя гонялась за малышами и пугала их. Я вздохнула: – Меня не приглашали! Тут Панси хитро улыбнулась: – Приглашали, просто он не смог вручить тебе приглашение сам и попросил меня об этом. Девушка протянула мне конверт из толстой, наверное, очень дорогой бумаги. Я развернула его и достала приглашение, написанное, наоборот, на почти прозрачной, но не менее дорогой бумаге. «Мисс Гермиона Грейнджер, с великим почтением приглашаю Вас на празднование моего дня рождения. Дата празднования – 5 июня. Начало празднования в 19.00. Место проведения – поместье Малфоев. Пароль на вход: «Чистота Крови навек!» Мне не верилось, что это мог написать Малфой, поэтому я постучала кончиком палочки по листочку. Очевидно, я была права, так как золотистые буквы перестроились в несколько иную фразу: «Грейнджер, знаю, что ты будешь упираться, но приходи на мою вечеринку! Драко». Это уже было больше похоже на правду. Я ухмыльнулась. Перечитав записку, которая стала приглашением обратно, я поморщилась. Такой «тонкий» намёк на мою чистоту крови. «Чистая кровь навек!». Как пафосно! Павлины! – Когда он отдал тебе приглашение? – Давно, в прошлый четверг! Как я сказала, он обидится, если ты придёшь без подарка. Свой я уже купила, поэтому осталась только ты! Я поняла, что от назойливой Паркинсон так просто не отделаться, и согласилась отправиться с ней по магазинам.

***

Спустя час мы стояли в лавке различных магических безделушек. Там продавались всевозможные сувениры от заколок, которые меняли цвет волос в зависимости от настроения носителя, до огромных картин. Я стояла напротив как раз такой картины, на которой было нарисовано море. Море колыхалось, было неспокойным. Волны то взвивались ввысь, то с грохотом падали обратно. Как и все вещи здесь, картина была живая. – О! Вас заинтересовала эта картина! – воскликнул появившийся из глубины зала продавец. – Она не просто движется, она отображает настроение того, кто смотрит на неё. На душе у вас неспокойно, да, мисс? Нет-нет! Не отвечайте! – сказал он с улыбкой, увидев, как я приоткрыла рот, чтобы объясниться. – Я не лезу в личную жизнь! Просто сказал, что отображает эта картина. Выводы сделаете сами! Ещё, если верить слухам, она покажет, когда два человека влюблены друг в друга. Но это всего лишь слухи… Я улыбнулась продавцу и сообщила, что покупаю её. Особым заклинанием он отправил картину в пакет, заколдованный заклинанием незримого расширения, и подал его мне. Заплатив ничтожную, по моему мнению, цену за эту великолепную картину, я вместе с Панси отправилась домой. Малфой лежал на диване и смотрел телевизор. Как он быстро привык к нему! А сначала восторгался и поражался, что картинки могут двигаться не только в магическом мире. Я тепло улыбнулась и прошла в свою комнату. Панси последовала за мной. Я осторожно поставила пакет около окна, наложила на него заклинание, чтобы Драко не подсмотрел, и открыла гардероб. – В чём мне… – немного громко начала я, Панси шикнула и наложила на дверь заклинание «Оглохни», – в чём мне пойти на день рождения Драко? Панси внаглую развалилась на моей кровати и критическим взглядом осмотрела мой гардероб. Она взмахнула палочкой, и все мои наряды, в том числе и из дальнего угла, вылетели и построились в воздухе. Панси подошла, и половина вещей отправилась сразу обратно в шкаф. В числе не подошедших ей вещей были все рабочие блузки, юбки и брюки. Она тщательно стала осматривать оставшиеся платья. Из всех она выбрала светло-бежевое в пол, чёрное тоже до пола и, к моему ужасу, ярко-красное выше колена. – Меряй! – рассмеялась она над моим выражением лица. Я нехотя надела бежевое платье. – Сразу нет! Слишком похоже на свадебное! Я не поняла, чем ей не понравилось это платье. Оно было цвета варёной сгущёнки, с полупрозрачными короткими рукавами. Второе платье было чёрным с белыми украшенными лямками. Подруга тоже его забраковала, так как оно было «слишком строгим». А третье платье, что приводило меня в ужас, ей понравилось. Нужно признаться, что сидело оно на мне хорошо, сочетаясь и выделяя мою молочно-бледную кожу. Платье было без лямок, с большим широким воланом, потом переходя в более узкую часть. Панси ещё повосторгалась, «как хорошо на мне сидит это платье», и взяла с меня честное слово, что я приду именно в нём, или она меня проклянет. Решив, что шутить с ней не нужно, я поставила в уме галочку. Переодевшись в пижаму и проводив Панси, я прошла в гостиную. Драко сидел на диване. Я встала рядом. – Спокойной ночи! Он кивнул. Я уже была у двери, как он окликнул меня: – Грейнджер? Я обернулась, смотря на блондина. Он был без рубашки, грудь у него мерно поднималась, на руке была угольно-чёрная Метка. Странно, я думала, что после смерти Волан-де-Морта она исчезла, но, по-видимому, нет. Серые глаза в полутьме казались тоже чёрными. Я чувствовала его взгляд на себе. Его рот был приоткрыт, он порывался что-то сказать, но не произнёс ни звука. Его взгляд стал печальным, он вздохнул, взъерошил себе волосы, чего за ним не водилось, и пробормотал: – Нет, ничего… Гермиона…

***

Следующее утро я должна была провести впопыхах, собираясь на работу, а потом ещё несколько часов прокисать в офисе, но по счастливому стечению обстоятельств наш офис был закрыт на ремонт на целый месяц, а все работники получили «отпуск». Когда я встала, ванная комната была занята Драко. Ожидая, пока он выйдет оттуда, я села за пианино. У меня в квартире стояло пианино. Я играла на нём, когда было свободное время, но последнюю неделю времени совсем не оставалось, да и, к тому же, играть при Малфое было не моё, но он пока в душе, значит, не услышит. Я провела кончиками пальцев по идеально чистой клавиатуре и начала играть любимое произведение. Я уже не помнила, как оно называется, не помнила автора, но ноты прочно запали в голову. Я разучила это произведение, когда мне было всего тринадцать лет. С девяти лет в июле и августе я ходила в летнюю музыкальную школу. Выучив это произведение, я поняла, что оно осталось моим любимым на долгие годы. Музыка была то романтично-плавной, то переходила в более весёлую, она словно развивалась сама, без моей помощи. Я не заметила, как подошёл Драко, лишь почувствовала его руки у меня на талии. Он отнял мои руки от клавиш, но мелодия продолжала играть, чудесно переливаясь. Мы закружились в танце по квартире. Так странно, но тепло и уютно было находиться в объятиях Малфоя. Не страстных, как на том вечере, когда мы пытались доказать друг дружке что-то, а милых и добрых, как обнимает друг или парень. «Парень! – мысленно передразнила я себя. – На солнце что ли перегрелась, Гермиона? Малфой – друг, парень?!» Но, несмотря на такие мысли, танцевать с Драко было необычайно приятно. Мелодия закончилась. Последняя нота была нежной, но грустной, тихой, словно говорила, что сказка любви закончилась. Я отошла от Драко, рассеянно улыбаясь. – Почему ты не в поместье? Я думала, ты готовишься к дню рождения! – сказала я и спохватилась, что не поздравила его. Ничего, поздравлю на празднике. – Что я там забыл? – растягивая слова, произнёс Малфой. – Потом приду и помогу матери. А пока отец дома, я не хочу с ним пересекаться. Значит, я не ошиблась, Драко искал здесь квартиру, чтобы не встречаться с отцом. – Почему? – случайно вырвалось у меня, и я тут же закрыла ладошкой себе рот. – Прости! – Ничего, – немного грустно улыбнулся Драко, но тут же спохватился и произнёс слегка грубовато. – Не лезь не в своё дело, грязнокр… Грейнджер! Я промолчала и отправилась в душ. Слава богу, задвижку починили, и я заперлась внутри. Включив горячую воду, я села в ванну и подперла руками подбородок. Слёзы смешивались с тёплой водой, я глотала влагу, не понимая причины его поведения. Вчера Драко был таким милым, загадочным, совершенно не таким, как сейчас. Даже несколько минут назад он был другим, но мой вопрос вернул настоящего Драко, для которого я никто и звать меня только «Грязнокровка Грейнджер». Идти на его праздник расхотелось. Что я забыла в компании тех, кто за чистоту крови. Меня порадовало одно: я знала, что чета Поттеров будет на празднике, как и Уизли. Хоть они и были противны Драко и его семье, не пригласить он их не мог. Причина была в том, что Гарри спас его тогда в Выручай-Комнате, а также давал показания в его защиту. Он оправдал и Драко, и Нарциссу, так как они не были виноваты в деяниях Люциуса. И теперь Драко и Нарцисса не могли не пригласить тех, кто помог им избежать Азкабана. А так как Рон являлся лучшим другом Гарри Поттера, а также братом его жены, то он тоже автоматически причислялся к гостям Малфоев. Я вздохнула и приступила к тому, ради чего пришла в ванную комнату. Спустя полчаса я вышла из ванной и обнаружила, что Драко уже нет. На часах было уже двенадцать часов, долго, однако, я. В ожидании прихода Панси, которая приготовит меня, да и сама тоже приготовится, я включила свой любимый фильм и улеглась на диван.

***

– Нет, вы только посмотрите, она даже не начала готовиться! – всплеснула руками Панси. Девушка с чёрными волосами пришла ко мне в пять вечера, держа в руках сумку с косметикой и вешалку с платьем. Паркинсон посадила меня перед зеркалом и начала наводить марафет. Я не видела промежуточные результаты, лишь чувствовала еле ощутимые касания кистей и всего прочего. Потом девушка принялась за волосы. Она прочесала моё «воронье гнездо» и завила волосы в локоны. Сбрызнув волшебным лаком, который крепко держится в течение двенадцати часов, она помогла мне надеть платье и только тогда разрешила посмотреться на себя в зеркало. Я сначала не узнала себя. Моя бледная кожа немного мерцала, но казалось, что это игра света, но никак не макияж. Немного туши на глазах и теней на веках были незаметны, но вот губы были красными и неплохо смотрелись с платьем. В завершение образа девушка достала из коробки чёрные туфли на достаточно высоком каблуке. – Я на таких далеко не уйду! – категорично отрезала я. – Они заколдованы! Каблук не чувствуется! Возникает ощущение, что ты в удобной обуви! Поверь мне! Я вздохнула, но туфли надела. Они действительно были заколдованы, да и смотрелись восхитительно! Я решила помочь Панси с её приготовлениями. Вместе мы уложили ей волосы в высокую прическу. Сама девушка надела тёмно-синее платье почти в пол, с глубоким разрезом до бедра. Оно таинственно мерцало и переливалось. Крупные украшения дополняли образ. – Ты такая красавица! – изумлённо выдохнула я. – Ты красивее, чем я! – улыбнулась Панси, но тут же посерьёзнела. – Подарок не забудь, а то… – Драко обидится! – вместе закончили мы. Я действительно чуть не забыла о подарке. Приманив его с помощью «Акцио», мы с Панси вышли из квартиры и отправились в поместье Малфоев. Поместье было большим, но не мрачным, каким оно показалось мне в прошлый раз, когда нас волокли туда, а просто темноватым. Красиво и шикарно выполненные украшения в готическом стиле привлекли моё внимание, и я долго рассматривала горгулий. – Гермиона! – шикнула на меня Панси, и я последовала за ней к входным дверям. В дверях стоял проверяющий. Он спрашивал пароль. У каждого гостя был свой, я и тут не ошиблась. Панси уже прошла внутрь, а я дожидалась своей очереди. – Пароль! – грубым голосом произнёс «охранник». – Чистота крови навек! – пропищала я. Он пропустил меня внутрь, и я поразилась красоте внутренних помещений. Да, в прошлый раз мне было не до разглядывания дома. Людей было много, но, очевидно, Рон и Гарри с Джинни ещё не пришли, так как я не заметила ни одной рыжей шевелюры на празднике. Я заметила Панси в компании других девушек. Кажется, они все учились на Слизерине. Я замялась, не зная, можно ли подойти, или Панс меня стесняется, но тут подруга помахала рукой и подозвала меня сама. Её подруги брезгливо поморщились. Снобы. – Мистер Драко Люциус Малфой! – раздался торжественный голос, и я увидела наследника, гордо спускавшегося по лестнице. Его взгляд скользнул по гостям, остановился на моём лице, он легко улыбнулся, словно был рад, что я пришла. Все стали дарить подарки. Я решила подождать, пока толпа разойдётся, и подарить последней. Я отошла в сторонку и задумалась, что за проблемы у Драко в семье. – Ты что, решила прийти без подарка? – раздался голос у меня прямо над ухом. Я подпрыгнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки. – Я не люблю, когда приходят ко мне без подарка, хотя, твой внешний вид – уже подарок! Я почувствовала, как краснею. – Тебе так идёт это платье! Я бы отдал всю ту груду подарков, чтобы узнать, что под ним. Ты как торт, у которого красивая белая глазурь, которую боишься измять, испачкать, – говорил он тихим, вкрадчивым голосом, – но ты хочешь узнать, что же прячется под этой глазурью, не можешь стерпеть. Сложно бороться с искушением, хочется попробовать глазурь, добраться до бисквита и в полной мере насладиться тортом, который принадлежит теперь только тебе и больше никому! Я испугалась, но не животным, первобытным страхом, а страхом от того, что моё воображение живо подкидывало мне картинки, рисовало образы. А ещё страшнее, что часть моего сознания была не против, она жаждала этого! – А ты хочешь этого, хочешь, чтобы я тебя испачкал, вкусил тебя первым, ведь так. И именно поэтому ты сейчас краснеешь… – Что обсуждаете? – разрушил всю атмосферу весёлый голос Джинни. Надеюсь, она не слышала его монолог. – Сладкое, – Драко уж как-то не очень хорошо улыбнулся и сверкнул глазами. Как-то совсем нехорошо. Джинни улыбнулась и потащила меня к Гарри, который долго расспрашивал меня о жизни. Похоже, Джинни ничего не рассказала ему о Драко. – А где Рон? – перевела я тему. – Интересуешься? Влюбилась? – подразнил меня Гарри, а я возмущённо помотала головой. – Да вон он, охмуряет тех двух близняшек! Гарри кивнул мне на двух блондинок, с которыми флиртовал Рон. Нужно признать, что рыжий стал лучше общаться с девушками. Я поблагодарила Гарри и Джинни за разговор и направилась к столу с напитками. У меня в горле было сухо, как в австралийских пустынях, поэтому я отпила шампанского. Стол стоял практически в углу, около большого окна, которое выходило в сад. В саду было множество фонариков, которые светились разными цветами. Я залюбовалась на игру цвета, как почувствовала, что чьи-то мужские руки обнимаю меня. Я думала, что это Драко, и собиралась уже высказать имениннику всё, что я о нём думаю, но обернувшись, я увидела, что это был Рон. – Рон?! Рон был пьян, причём сильно. А это доказали его слова, произнесённые опьяневшим языком: – Малютка Грейнджер совсем одна! Хочешь, я уложу тебя в кроватку? – медленно проговорил он, целуя меня в шею. Я боялась пошевелиться, ведь в таком состоянии Рон мог ударить меня, не рассчитав силы. Я посмотрела на гостей, никто не замечал того, что меня пытается изнасиловать Рон Уизли. А рыжий поволок меня к выходу из зала. Со стороны казалось, что это проявление нежности, но мне было больно и страшно. Рон заволок меня в какую-то каморку и принялся меня лапать. Я боялась пикнуть от страха или боли, он сразу меня убьёт. Глупо было оставлять палочку в сумке, глупо, очень глупо! Панси если и заметит моё исчезновение, то не подумает заглянуть сюда, а Драко… он даже не думает обо мне. Джинни и Гарри слишком заняты на вечере. Никто не заметит моего исчезновения и уж точно не подумает это на рыжего ублюдка! Но когда я совсем отчаялась, помощь пришла неожиданно. Дверь в каморку распахнулась, и чей-то голос громко воскликнул: – Экспеллиармус! Я вылетела из рук Уизли и оказалась в чьих-то объятиях. Я подняла взгляд на своего спасителя и, как в старых фильмах, оказалась спасенной «злодеем». Драко осторожно отпустил меня, направляя движением руки в сторону выхода. Я осторожно выскользнула в холл, не упуская из виду Драко и Рона. Драко стал потихоньку пятиться, держа палочку наготове. Когда блондин выскользнул в холл следом за мной, Рон разъярённо выскочил. Малфой хладнокровно наблюдал за злым Уизли, но мне было видно со спины, как Драко напрягся. – Что ты сделал, ублюдок чистокровный?! – заорал Уизли, и его голос прозвучал громом в на миг установившейся тишине. Драко насмешливо поднял брови. Рон выкрикнул какое-то заклинание, Драко отразил. Драка разгоралась со скоростью горения нефти, то есть очень быстро. Вскоре уже все гости наблюдали, как два юноши, почти мужчины, сражаются на палочках по непонятной причине. Я медленно отошла за границу круга людей, отстранившихся от сражавшихся. В толпе меня нашла Панси, ободряюще пожав мне руку. Я всё ещё не отошла от шока, отстранённо наблюдая за парнями. Тут Драко произнёс несколько слов на латыни, и Рона откинуло к стене. Я резко выдохнула. Драко небрежно смахнул волосы назад и подошёл ко мне. Взяв меня за руку, он повёл меня куда-то наверх, очевидно, в жилые помещения. Пройдя ряд одинаковых дверей, Малфой-младший остановился около дубовой ничем не отличающейся от других двери. Он толкнул дверь и буквально протолкнул меня внутрь. Это был кабинет, оформленный в деловом строгом стиле, в котором прослеживался слизеринский стиль. Он посадил меня в мягкое кресло, а сам сел за стол. – Рассказывай, что было! – нервно сказал он. Я замялась, но рассказала, что произошло. Под конец рассказа Драко несколько успокоился, налил себе рюмку коньяка и предложил мне. Я вежливо отказалась, так как не смогла бы выпить ни капли. – Грейнджер, почему ты всегда ищешь приключения на свою задницу? Я хотела уже возмутиться, но заметив, что Драко в расшатанном состоянии, благоразумно промолчала. – Ты что, от Поттера заразилась?! – продолжал возмущаться Драко. – Ты испортила мою репутацию! Связаться с Уизли? Что обо мне подумают в приличном обществе?! Я в шоке уставилась на него. Я-то думала, он обо мне беспокоился, а он свою репутацию спасал! Вот… Малфой!.. Я решила выразить своё возмущение: – А я думала, ты меня спасаешь, а ты свою шкуру из дерьма вытащить пытался! – фыркнула я. Драко закатил глаза. – Грейнджер, я думал, ты умная! Я бы никогда тебя не стал спасать! – грубо сказал он. В уголках глаз защипало. Конечно, это лишь Малфой, который и не обязан меня спасать, он же не «святой Поттер», а Драко Малфой, но мне всё равно было обидно. Всё-таки я немало для него сделала, впустила к себе, позволяю разбрасывать вещи по квартире, пришла на его глупый праздник, а он… Я резко встала, откидывая назад волосы. – Отлично, Малфой! До встречи! Я развернулась и резко вышла из кабинета, захлопнув дверь. – Грейнджер!.. – донеслось мне вслед, но я уже спускалась по лестнице, даже не оборачиваясь. У подножия лестницы меня ждала Панси. Девушка заметила, что я вот-вот разрыдаюсь, и осторожно вывела меня в сад. Там, на скамейке, Панси настороженно взглянула мне в лицо и всплеснула руками: – Что Малфой тебе сделал? По щекам потекли слёзы, запоздалый шок, и я покачала головой, дескать, «неважно». Подруга молча сжала мою руку, не желая допытываться. – Гермиона! – раздались два знакомых голоса. Я не хотела их видеть, но теперь не отвертеться. Гарри и Джинни подбежали ко мне и внимательно посмотрели на моё лицо. Джинни начисто игнорировала сидящую рядом Панси и взволнованно спросила: – Что произошло? – Рон… – я запнулась. – Он пытался меня изнасиловать. Джин прикрыла рот ладошкой, охнув. Гарри сокрушённо опустил голову: – Прости, не уследил за количеством выпитого им. – Ты не виноват! – попыталась урезонить я друга, который опять во всём винил себя. – Рон просто… Я не смогла подобрать слов, поэтому замолчала. Наступившую тишину нарушила Панси: – Гермиона, ты хочешь домой? Мне кажется, тебе нужно отдохнуть. Я кивнула, слабо улыбнувшись, мне действительно необходимо домой. _____ Платье Гермионы, чтобы вы смогли понять, что я имела в виду: http://s51.radikal.ru/i133/0911/d9/225ed8a50916.jpg