Бассейн чувств

Сара убила во мне черствость.       Это был август. Усталость за рабочий год была на пике, и я решил взять отгул на неделю. День лежал на диване, продавливая в нем дыру. Когда пропало желание даже есть, я решил взять себя в руки и собрать расслоившийся мозг воедино. Друзья все заняты. Да и в выходные не очень хочется их видеть. Растрачивание энергии на слова и улыбки вряд ли способствует моему выздоровлению.       Холодильник противно запищал. Но я все еще не выбрал еду… Все вокруг что-то требует от меня. А я ничего не хочу. К черту. Нужно в магазин. Ключи и карта наполнили карман брюк, а отражение в зеркале наполнило лицо равнодушием. Кого может взволновать мой вид в супермаркете в пяти метрах от дома?       Оказывается, может. Кассирша, пробивая лапшу быстрого приготовления и пару овощей, сочувственно улыбнулась и молча положила рекламную брошюру рекреационной зоны вместе с чеком. Я тут же смял ее, но почему-то вместо мусорного ведра отправил в карман. Судя по концентрации озона, недавно был дождь. Асфальт кажется мокрым, да и небо довольно мрачное.       — Извините, — я окликнул пожилую женщину, — в котором часу был дождь?       — Где-то в 10, — приподняв брови, ответила она.       — Спасибо.       Я посмотрел на часы: сейчас 12. Смятая брошюра, сигналя, нагрела карман.       — Вы резервировали номер? — охранник остановил меня на входе.       — Да. Девяносто семь. Кэнор Вилл.       — Проходите в этот корпус. Справа будет стойка регистрации.       Высокие ели огородили периметр, создавая приятную тень. У входа стояла большая карта территории. Название «Рябина» не внушало ожидание райского отдыха, но я и не надеялся на него. Хотелось просто убежать, и я сделал это.       На стойке регистрации ключ выдали старый, с нелепым красным брелоком. Сервис на высоте. Девяносто седьмой номер оказался на втором этаже, окнами на те же самые ели. Кинув вещи, я кинул и себя. Хоть это и пригород, дорога была слишком долгой. Кости медленно растворились в пружинах кровати, а голова все усерднее работала. В какую-то секунду я не выдержал и вскочил. Нужно развлечься, подышать свежим воздухом, а там уже и ночь, там уже и сон.       Какое все же это странное слово… Будто что-то першит в горле. Однако, похоже, проблема кроется в мозге. Я говорю о хандре. Она похожа на тягучую смолу. И обязательно серого цвета. Как бы ты не старался противостоять тягучести, итог один. Пустота. С жилой зоны я спустился к мосту. Искусственное озеро и эта шикарная бежевая деревянная переправа смотрелись ужасно нелепо. Просто цирк какой-то. Для кого? Для чего? Чтобы отходы сливать? Уж явно не для людей: купаться запрещено. На той стороне водоема стояло несколько малоэтажных зданий. Клуб, кафе, велосипеды на прокат… Клуб. И такое, оказывается, бывает. Я сомнительно поглядел на белую дверь: если я в свои тридцать с чем-то возьму велосипед, буду выглядеть слишком странно. Но… Нет. Не сегодня. Лучше поесть. Определенно, еда превыше всего.       Я хотел было занять себя телефоном, но сеть здесь не ловила. «Отличное время заняться самодисциплиной», — подумал я и тут же застонал. Все-таки приехать сюда было плохой идеей. Но сейчас деньги уже никто не вернет, так что дисциплина, Кэнор, дисциплина и развитие.       Этот день был с самого начала особенным. Я проснулся со свежей головой и решил устроить себе пробежку, что было нонсенсом. Надев свободную футболку, я вышел на улицу. Было семь утра, так что людей было мало, если можно считать работников «людьми». Спустившись к озеру, я тут же начал бежать. Нет смысла начинать с шаговой разминки, ведь тогда можешь и вовсе не решиться увеличить темп.       Вдох. Взгляд ловит зеленые листья. Выдох. А не слишком ли они зеленые? Вдох. Я пытаюсь уловить их запах. Выдох. Ничего.       И как давно я чувствую это ничего?       Я сам не заметил, как увеличил темп. Пульс стал отдавать в висках, тогда и понял, что пора остановиться. Такой тюфяк как я не может выдержать подобных нагрузок. Когда я перешел на шаг, то почувствовал, как сильно колотится сердце. Тогда я и увидел Её.       Она сидела на деревянной лавке, придерживая книгу одними пальцами. Короткие до подбородка черные волосы с вьющейся челкой опасно контрастировали с красными чуть пухлыми губами. И, честно говоря, я уже не понимал, сердце стучит так сильно от бега или из-за ее сияющей кожи в глубоком вырезе цветочного сарафана. Она лишь посмотрела на меня, а я уже не мог идти дальше. Сев рядом, я облокотился локтями на ноги и опустил голову вниз, пытаясь успокоиться.       — Давно бегом занимаетесь? — спросила она, и я услышал хлопок закрывающейся книги.       — Первый раз, — мотнул головой я.       — Забавно. А здесь… давно?       — Второй день.       — Зачем приехали?       — Устал от дома.       — Вы должны были придумать ответ с цифрой три.       — Что?.. — я поднял голову.       — Всю структуру угробили, — покачала головой она и тут же смутилась. — Забудьте. Со мной такое бывает.       Я медленно кивнул. Она винит себя в том, что я не понял ход ее мыслей. Зачем?       — Кэнор, — я протянул ей руку.       — Сара, — робко пожала она в ответ.       — А Вы здесь как оказались?       — Не знаю, — пожала плечами она и заправила за ухо прядь.       Смотреть ей в глаза было не совсем комфортно, но не смотрел бы я туда, пришлось бы смотреть на ее вырез, доходящий чуть ли не до пупка.       — Мне здесь нравится.       — Да? А я вот до сих пор не могу почувствовать себя в своей тарелке, — откидываясь на лавочку, сказал я.       Она замолчала и впилась в меня взглядом. И тут я вспомнил, что мое лицо было всё ещё небритым, футболка наверняка намокла, и моя чересчур расслабленная поза… все это не может не вызвать отвращение.       — Мне кажется, Вы нигде в ней себя не чувствуете, — тихо сказала она.       Не выдержав, я вскочил и неловко улыбнулся.       — Уже пора на завтрак.       Она понимающе кивнула, и я, как с чувством самого недалекого в этой Вселенной, побрел к лестнице. Срочно нужна бритва и чистая одежда. Срочно.       Во второй раз я встретил Сару на мосту. Она будто ждала меня. Иначе как объяснить то, что она схватила меня за руку и потащила в сторону клуба?       — У вас есть собой плавки?       — Нет, — ошарашенно ответил я.       — Ну, значит, будете так… — рассмеялась она и пожала плечами.       Оказывается, за зданием клуба имелся небольшой открытый бассейн с пару шезлонгами. Вход естественно по предварительному бронированию и оплате. Сара обо всем позаботилась о заранее. Если бы я не вышел сегодня на улицу, кого бы она притащила сюда?       Сегодня было особенно солнечно. Лучи отражались от воды, и оттого казалось, что она светилась. Сара скинула с себя платье и в ожидании уставилась на меня. Вопреки ожиданиям на ней оказался слитный голубой купальник. Чем-то похожий на спортивный. Стараясь не задерживать свой взгляд, я осторожно стянул с себя футболку и сложил ее на шезлонг.       — Что мы будем делать?       — В смысле? — засмеялась она и с разбегу кинулась в бассейн.       Это было запрещено, но ее это мало волновало. Уже прошло, кажется, десять секунд, но Сара все еще не вынырнула. Меня охватила тревога, и я, не раздумывая, не пытаясь разглядеть ее в прозрачной воде, побежал и прыгнул прямиком в толщу прохлады. Я открыл глаза и увидел ее стройные ноги. На них были сетчатые колготки, сотканные из лучей света. Сара хватила меня за руку возможно потому, что она бесконтрольно тянулась к её ногам.       — Как тебе вода? Напоминает аквапарк, правда?       — Чувствую, что через восемь минут замерзну.       Она рассмеялась.       — Почему так точно?       — Привычка, — пожал плечами я и нырнул под воду, на этот раз не открывая глаза.       Может быть именно из-за темноты перед глазами я начал ощупывать свое лицо. Кожа была странной. Насколько велика вероятность того, что мне ее подменили, пока я спал? Волосы казались необычайно мягкими. Водная невесомость творила чудеса. Она поднимала меня над реальностью этого мира так, как это делает хорошая музыка. Я вынырнул, заглатывая новую порцию воздуха. Сара отплыла на несколько метров и пыталась разглядеть что-то на дне. Ее губы были настолько красные, что казалось, что она порезалась об ту тонкую грань, отделяющую две среды друг от друга.       — Что вы хотите там увидеть? — крикнул я, закидывая локти на плиточный бортик.       Кончики пальцев доставали до воды и воспроизводили едва слышимый плеск. Где-то в другом измерении шелестела трава, и можно было различить шипящий звук солнца.       Я не заметил, как алые губы оказались передо мной.       — Хочу кое-что проверить. Можно?       Но ей не нужен был ответ. Схватив обе мои руки, она лишила меня опоры. Скользкая спина коснулась моего торса. Спонтанность ситуации перебивалось фактом того, что в бассейне, в котором два с половиной метра глубины, трудно держаться на плаву. Особенно, когда твои руки случайно скользят по груди безумно привлекательной девушкой. Чего она хочет? Мы двигалась ко дну. Ее волосы щекотали мое лицо. До синей плитки и играющих на ней бликов солнца было недалеко. Но мне не хотелось туда. Холод тяжелее тепла, именно поэтому кондиционеры вешают под потолком. Нет. Не позволю. Я сжал Сару в объятиях и, чуть коснувшись дна, рванул вперед. Мы долго пытались отдышаться. Невыносимая мною дрожь напомнила о суше.       Неизвестно откуда взявшееся махровое полотенце оказалось спасением. Сперва насухо вытеревшись, я накинул его на голову.       — Я была готова к тому, что вы дадите мне задохнуться, — Сара последовала моему примеру.       — Зачем мне это делать?       Она задумалась, взвешивая аргументы за и против.       — Я устала. Все, что я чувствую, все, о чем думаю, — раздражает. Одиночество — это не количество людей вокруг тебя, это не связь с ними, это ощущение. Испытывая на себе одиночество, мы грязнем в безысходности. У меня куча друзей и верных подруг, немало любовников, но в такие моменты они мне не нужны. Нужен случай. Судьба. Вроде тебя, еле выдерживающего тягости утренней пробежки. Зачем ты побежал, раз не привык? Кто вообще бегает, находясь в гостинице, если у него нет привычки? Значит, ты бежал ко мне. И раз ты тот, кого я ждала так долго, я решила вручить тебе, а точнее судьбе, себя. Убей или люби.       — Видимо, первое не сработало, — ухмыльнулся я.       — Да, — кивнула она и сняла с меня полотенце. — Время попробовать второе.       Ее пухлые губы без раздумий впились в мои. За этим поцелуем была холодная пустота, что я так ненавидел. Но остановить ее я не мог. Прервавшись, она удовлетворенно закусила губу и аккуратно села на меня, обхватив спину ногами, чтобы продолжить поцелуй дальше. Руки сами легли на ее бедра. Ситуация требовала. Касаясь ее языка, я старался вдохнуть свое тепло. Я, измотанный будничной жизнью, пытался избавить от мыслей такого же больного человека.       — Пошли обратно в бассейн.       — Зачем?       — Там мы сильнее, — ответила она и потащила меня за руку.       И это было действительно так. Обнимая ее за талию, я совсем не чувствовал ее веса. Целуя, лишь через пелену ощущал прикосновения губ. Мы будто были здесь, но одновременно в другом мире. Отгородились от реальности толщей воды и растворились в расслабляющей близости. Я даже не знаю, кто кому позволил приблизиться к себе. Как так получилось, что я решил избавиться от скуки и одиночества таким образом? Но мне определенно это нравилось. Сара вымыла из меня песок, что накопился за все те годы жизни, наполненные запретами и нормами.       Мы побыли в бассейне до глубокого вечера, а затем пошли к ней. Кости продрогли, а кожа полностью потеряла свою эластичность. Я боялся, что и сосудов коснется та же судьба, но Сара убедительно возражала, и я перестал спорить. Я узнал, что говорить под водой тоже возможно. Голос звучит как испорченный диск, но различить возможно. Узнал, что свет освещает все: промежутки между переплетёнными пальцами, щели между волосами и другие мелочи.       Сара остановила для меня время, обратила мой взгляд на подробности этой жизни, а на следующее утро исчезла. Все прошло по канонам красивой истории, и я совсем не был удивлен. Пожалел разве, что не взял ключи от номера. После ночи, проведенной с ней, умудрился оставить свой запах.