nice to meet you

      Стремясь скрыться от палящих солнечных лучей, я нырнула под козырёк школьного здания. Прислонившись к приятно холодившей мраморной колонне, я с облегчением выдохнула и прикрыла глаза. Август, выдавшийся слишком жарким, превратил школьные сборы в пытку, которую мне предстояло терпеть ещё на протяжении нескольких часов. Единственное спасение — небольшая площадка под козырьком школы, но и здесь уже было не протолкнуться из-за наплыва учеников.       Оглядевшись вокруг, я невольно сильнее вжалась в мрамор. Раньше, оказываясь в шумной толпе, я никогда не робела, но сейчас мне вдруг стало не по себе, и я инстинктивно стала выискивать глазами кого-нибудь из знакомых в море людских тел.       А потом я увидела тебя.       Стоя неподалёку в кругу друзей, ты смотрела прямо на меня. Когда же наши взгляды — мой васильковый и твой небесно-голубой — пересеклись, ты улыбнулась и помахала мне рукой, но я уже не видела этого. Я была всецело поглощена созерцанием образов, стремительно проносившихся перед моим внутренним взором, каждый из которых был напрямую связан с тобой.       В каждом из них присутствовала ты.

Вот ты подходишь ко мне, мы непринуждённо разговариваем о чём-то, а потом ты вдруг заливаешься звонким смехом, и я смеюсь вместе с тобой.

Вот ты, погрустневшая, стоишь у окна в школьном коридоре, неотрывно глядя куда-то вдаль, а я молча стою рядом, держа тебя за руку и тем самым выражая поддержку. Я не знаю, что у тебя произошло, но знаю, что в этот момент ты нуждаешься в поддержке больше, чем когда-либо.

Вот ты своим каллиграфическим почерком аккуратно выводишь какие-то слова в моей тетради. Ты высовываешь от усердия кончик языка, то и дело проводя им по пересохшим от напряжения губам, и слегка хмуришься, но при этом всё равно выглядишь донельзя мило. Ты не позволяешь мне перегнуться через твоё плечо и заглянуть в тетрадь, но стоит тебе закончить, как ты сама суёшь её мне под нос с довольным видом. Зыбкая пелена видения не позволила мне разобрать написанные тобой слова, но почему-то в моей груди разлилось тепло, а на губах заиграла улыбка.

Вот ты, опутанная лучами софитов, неспешно перемещаешься по сцене, следуя за музыкой, сплетающей узоры из ритмов, и практически растворяясь в ней. Я завороженно слежу за твоими движениями, плавно перетекающими друг в друга, будучи не в силах оторвать от тебя взгляд. Твой танец действует на меня подобно гипнозу, заставляя выбросить из головы все посторонние мысли и сосредоточиться на одной тебе.

      Одно видение сменялось другим, и яркие образы мелькали перед моими глазами так быстро, словно кто-то, не выдержав, решил промотать их к самому концу, как какой-нибудь кинофильм. Я еле успевала следить за ними, за ходом событий, за тобой.

За тобой беззаботной, радостной и весёлой, смеющейся настолько заразительно, что окружающие не в силах сдержать улыбку, глядя на тебя.

За тобой грустной и печальной, позволяющей эмоциям взять над тобой верх и увлечь тебя в пучину отчаяния, из которой не так просто выбраться, как тебе казалось на первый взгляд.

За тобой задумчивой, полностью погружённой в свои мысли, отрешённой от остального мира и за своими размышлениями не замечающей ничего вокруг.

За тобой верной и преданной. Милосердной и всепрощающей. Чуткой и отзывчивой. Той, кто видит насквозь.

За тобой переменчивой и непостоянной. Настойчивой и упрямой. Резкой и прямолинейной. Той, кто всё говорит в глаза, а не за спиной.

За тобой, стоящей прямо передо мной и широко улыбающейся.

      — Привет.       Поморгав и отогнав от себя непрошеные видения, я посмотрела на тебя и в нерешительности закусила губу. Терзаемая сомнениями, я не торопилась отвечать тебе тем же, но недоумение, отразившееся в твоих глазах, подтолкнуло меня к принятию решения.       — Привет, — улыбнулась я в ответ, впустив тебя в свою жизнь. — Рада знакомству.