Мой сосед по комнате

Омега вздохнул, сидя на крыше одного из гаражей. Наверное, трудно было представить, что когда-то в нем жили люди. Именно здесь все пошло под откос и именно здесь он находил силы, чтобы жить. Когда-то они с папой и вправду здесь жили. Сейчас же гараж был заброшен и никому не нужен. Лишь он один приходил сюда, чтобы вспомнить о своем детстве. Здесь он оказался не просто так. Находиться рядом с рыжиком стало для него так же трудно, как и со Змеем. Везде приходилось играть, что-то из себя строить и бесконечно лгать. Альфа пошел ему навстречу и больше не пытался прикоснуться к парню или же вернуть им статус любовников, не спрашивал, где он был, чем занимался. Видимо, он просто смирился, не став добиваться ответа. Заняться было абсолютно нечем, поэтому Мике вновь улегся на немного накалившуюся от солнца крышу, смотря на белые бесформенные тучи, бороздившие просторы бесконечного голубого неба. Все это казалось таким ненастоящим, но в то же время завораживающим. Уединение русого нарушил телефонный звонок. Тот даже не стал смотреть на номер. И так было очевидно, что это Онтарио. - Да? – ответил Мике, немного щурясь от солнца. - Добрый день, - начал тот мягким спокойным голосом. Впрочем, как и всегда в разговоре с омегой, которого он в последнее время стал не так часто беспокоить. - У меня выдалась одна свободная минутка. Вот решил, что вам следует отдохнуть немного... Вы были когда-нибудь в СПА? Мужчина никогда не раскрывал свои истинные намерения, но прямых попыток соблазнения не делал. Были, правда, моменты, когда Онтарио и Ромеро приходилось контактировать. Рыжий подсознательно чувствовал, кто виноват в том, что все сложилось так, но ничего не мог сделать. Все было решено. - Добрый, - поддержал заданный тон омега. - Это так мило с вашей стороны. Увы, не доводилось. А что? Мике слабо реагировал на разговор, упиваясь окружающей его родной обстановкой. Какая разница куда? Это же Онтарио. Мике даже успел позабыть тот поцелуй и признание в кафе, сосредоточившись на другом. - Я вас свожу туда, - усмехнулся Змей. - Вновь заеду за вами. Откуда мне вас забрать? По мужчине было тяжело сказать что он испытывает. Некоторые считали, что по его глазам можно многое понять, но это было не совсем правдой... И это была опасная правда. - Думаю, вам лучше встретить меня на шоссе Дорштайн. Это южная окраина города. Дальше вы просто не проедете, - улыбнулся парень. В труднодоступности его района, конечно, были минусы, но на данный момент они превращались в плюсы. Мысленно он прикинул время, за которое нужно было добраться до самого шоссе, и понял, что прибудет туда примерно в одно время с брюнетом, если тот выедет из своего офиса прямо сейчас. - Договорились. Буду ждать нашей встречи с большим нетерпением, - посмеялся мужчина, а затем положил трубку. И вновь Мике окутала пустота и тишина. В этом районе все жители прятались в своих домах, как в норах, скрываясь от того, что их окружало. Русый спрыгнул с крыши и отправился к месту встречи, не спеша шагая по бетонным плитам с то и дело торчавшей из них арматурой. Каждый сантиметр этого пути он знал наизусть. Именно по нему он шел, ища способ спасти папу. Как давно это было и как хорошо запомнилось. Он снова почувствовал себя четырнадцатилетним подростком, испуганно оглядывающимся по сторонам и отчаянно сжимавшим кулаки. Юноше даже показалось, что он снова ощутил январский холод, и рефлекторно поежился. Все же ностальгия не всегда хорошая вещь. Шел парень достаточно долго, то и дело натыкаясь на полуразвалившиеся домики и груды мусора сваленные то здесь, то там. В некоторых из домов кто-то еще жил, о чем можно было судить по пьяной ругани, истеричным выкрикам и плаче детей. Да, пожалуй, это самый заброшенный район юга, полный бедняков и пьяниц. И только здесь люди еще помнили о морали, как бы странно это не звучало. Добравшись до места назначения, Мике остановился на обочине, вглядываясь вдаль. По его расчетам брюнет должен был вот-вот подъехать. Машина прибыла почти сразу, сначала показываясь темным пятном и постепенно приближаясь. Онтарио мягко ему улыбнулся, открывая перед «другом» дверь и запуская в теплый мягкий салон из кожаных черных сидений, которые иногда приятно поскрипывали под весом сидящих. Охранники, похоже, уже привыкли к Мике, поэтому считали неопасным. - Предавались ностальгии? - спросил бета, поправив свободную рубашку неофициального стиля с открытым воротником. - Да. Не знаю, несмотря ни на что это мое любимое место, - улыбнулся русый своему собеседнику. – Отлично выглядите. И ведь ни словом не соврал. Свободный стиль определенно шел брюнету намного больше костюмов. Он словно становился совершенно другим человеком. - Мне многие говорили, что такой стиль мне идет больше. Но, сами понимаете, что в офисе надо выглядеть соответствующе. Хотя, меня порой печалит то, что приходится одеваться как какие-то мафиози в старых фильмах, - покачал головой мужчина. - В тот век это красило мужчин, в наш же надо придумать что-то более изысканное и бросающееся в глаза, - вздохнул Онтарио, прикрыв по привычке глаза. - Вам идет и то и другое, - посмеялся юноша, заметив этот жест. Он все еще не мог с точностью определить, когда Змей говорит правду, а когда лукавит. Видимо, бета навсегда останется для парня загадкой. Возможно, дело было в том, что русый совершенно не стремился эту загадку разгадать, ограничиваясь лишь поверхностным изучением. И даже при таком раскладе омега лучше понимал брюнета, чем своего соседа по комнате. - Вас что-то тревожит, раз вы ушли в ностальгию? - спросил Онтарио, посмотрев на парня. – Я - ваш друг. Мне вы можете довериться. С вами я как-то быстро нашел общий язык. Вот Ромеро - другое дело. Он никому не доверяет и никого не подпускает к себе. За последнее время он лишь сильнее замкнулся в себе, будто что-то его гложет. Парень дернулся от этого замечания. За последнее время они с Лисом почти не разговаривали, держа максимальную дистанцию. Точнее, дистанцию держал Мике, а Ромеро просто не пытался ее сократить. Таким образом, русый не знал, что происходит в жизни его друга, теряясь в догадках. Теперь у молодых людей не выходило даже дружбы. Их отношения больше смахивали на отношения двух коллег. Даже больше на отношения начальника и подчиненного. - Просто захотелось погулять по родным местам, - соврал омежка. Незачем мужчине знать о том, что творится между омегой и альфой. Он и так достаточно поучаствовал в их судьбе. Бета как-то странно усмехнулся, прищурившись и краем глаза наблюдая за собеседником. Похоже, мужчина о чем-то догадывался, но решил молчать и дальше. Вскоре они подъехали к шикарному зданию, на которое в свое время один из боссов города потратил целое состояние. Онтарио помог парню выйти, как и всегда, ведь он все же джентльмен, и повел его к большим стеклянным дверям. Здание внутри было немного пустовато. Будто бы украшения были здесь не нужны, ведь это место и так имело хорошую славу. Брюнет бросил симпатичному рыженькому омежке-служащему, у которого было полно веснушек на лице, что у них назначено. Тот тут же повел их в какие-то апартаменты, больше напоминающие комнату в гостинице. Юноша следовал за ним, переключив свое внимание с невеселых мыслей на окружающую обстановку. Салон действительно был одним из лучших в городе. Помнится, Мике слышал о нем и вроде бы собирался сходить, пока не узнал, что место здесь нужно зарезервировать чуть ли не за два года вперед, если ты не VIP-персона. Та легкость, с которой сюда попал Онтарио, воистину поражала и подтверждала его влиятельность в Джеральде. Неужели перед бетой открыты все двери? Хотя, этого можно было ожидать, если ты владеешь человеческими слабостями, ты владеешь всем. Мужчина прошелся по номеру, будто бы равнодушно сверяя комнату со всеми апартаментами, в которых он уже побывал, и не находя разницы. - Здесь можно будет отдохнуть немного после СПА. Я не часто отдыхаю, поэтому решил взять один номер. Вы можете поспать после всего, а я, как истинный трудоголик, уйду в свои бумаги, посвятив им все свое драгоценное время, - заметил Змей. - Хотя я сюда и приехал отдохнуть, на самом деле я хотел просто очутиться в более спокойной обстановке. - Что ж, все же вы действительно занятой человек, - кивнул Мике, продолжая вертеть головой по сторонам. – И, тем не менее, вы нашли время. Так может не каждый. Да уж, Ромеро из офиса вообще не вылезал, а если и вылезал, то русый видел его только в трех состояниях: за едой, за бумагами и спящего. Вроде бы они с брюнетом заняты одинаково, но проводят свое свободное время совершенно по-разному. Бета улыбнулся, поправляя прическу. Похоже, он умел бросить пыль в глаза. Также никто не знал, кем был наркобарон до того, как посетил этот город. Вроде бы, как утверждали слухи, мужчина был аристократом. Но сам Онтарио не распространялся о своей биографии. - Сюда вы можете пройти для массажа, - кивнул на дверь брюнет. – А в конце коридора есть купальня с ароматическими свечами. - Что ж, тогда не буду вас отвлекать и отчалю наслаждаться благами цивилизации, - рассмеялся омега, отправляясь в первую дверь, желая побыстрее остаться в относительном одиночестве. Расслабляясь под умелыми руками массажиста, Мике начал верить, что жизнь - не такая плохая штука, как может показаться. Это определенно было выше всяких похвал. После процедуры парень чувствовал себя так, будто заново родился. Вернувшись в комнату отдыха, он тут же завалился на кушетку, довольно улыбаясь. Определенно день удался. В комнате был приглушен свет. Тени от предметов искажались, росли ввысь и вширь. Онтарио сидел за столом в одном махровом халате, попивая из бокала бардовую жидкость, от которой по комнате шел дурманящий аромат. Бета выглядел умиротворенным. - Как вам? – спросил мужчина, кивнув на дверь, из которой вышел русый. - Я чувствую себя заново родившимся, - довольно протянул юноша, прикрыв глаза. – Вы определенно меня балуете. Мике согнул ногу в колене, совершенно не обращая внимания на то, что пола халата сползла вниз, открывая разгоряченную после процедуры кожу. Русого тянуло в сон, а губы разъезжались в довольной улыбке. Бета странно улыбнулся, отпив еще немного из бокала и отставив его в сторону. Мужчина плавно встал и… Неизвестно как, но он так быстро подошел к омеге и с такой легкостью повалил его на кровать, придавив парня к матрасу своим телом, что тот даже не успел среагировать. - Наконец-то на вас нет этой безобразной заколки! – хищно улыбнулся наркобарон, проведя рукой по груди собеседника и опустив ладонь ниже, касаясь пальцами слегка жестковатых волос на паху юноши. Парень тут же широко распахнул глаза, не ожидав подвоха. Хотя, на что он, собственно, рассчитывал? Определенно благотворительности в этой жизни не бывает. По спине промаршировала армия мурашек. Точно, омега же забыл знак Лиса дома, ведь встречи со Змеем не планировал. Мике рефлекторно перехватил руку беты, испытывающе на него смотря. - Разве это что-то меняет? – прищурился омежка, понимая, что, если брюнет продолжит, он долго сопротивляться не сможет. Точнее не захочет. Онтарио усмехнулся, касаясь пальцами нежной кожи. - Эта заколка - символ того, что вы принадлежите Ромеро. И пока вы были в ней, я не имел права трогать чужого омегу. Но забыв ее надеть, вы будто бы дразнили меня. Ваш драгоценный теперь не сможет предъявить мне претензии, если я с вами что-нибудь сделаю, - улыбнулся Змей, поцеловав Мике и нагло толкнувшись языком в его рот. Русый сильнее сжал его руку, впиваясь ногтями в запястье. Тело и так было слишком чувствительным после массажа, а сил пошевелиться он в себе не находил. Нет! Нельзя! Он любит другого! Вот только… Только этому «другому» давно уже плевать. Юноша был уверен, что тот не испытывал бы моральных терзаний по такому поводу. Мике не знал, стоит ли ему уйти прямо сейчас или же остаться и отомстить Лису сполна. Одно он знал точно: тот его никогда не простит. Омега отвернулся, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и прийти к какому-то решению. - Думаете о другом? - усмехнулся брюнет, продолжая ласкать его тело. - Можете даже называть его имя. Я не обижусь, - усмехнулся он, водя губами и языком по незащищенной коже. - Прекратите, - бросил парень, отталкивая бету. Он просто не мог этого сделать. Да, ему было больно и обидно, но заглушать эти чувства за счет другого… Это было слишком. – Это не нужно ни вам, ни мне. Я в этом более чем уверен. - Хм... Вы мне нравитесь, - повторил Онтарио, отстраняясь и садясь в кресло. - Вы довольно умный молодой человек с приятной внешностью. Ваш внешний вид вводит в заблуждение, а затем вы приятно удивляете, показывая, что изначально я сильно ошибался, посчитав, что Ромеро просто с вами играет. С какой-то стороны я его понимаю. Понимаю, почему сейчас он вам уделяет мало времени, из-за чего ваше тело так реагирует на чужие касания, - улыбнулся Змей. Мике прожег его взглядом. Он терпеть не мог эти намеки. Порой молодому человеку казалось, что брюнет знает о соседе русого больше, чем он сам. Сев на кровати, он запахнул халат, устало потерев глаза. - Что вы хотите этим сказать? – пропустив все вышесказанное мимо ушей, поинтересовался омега. - М-м-м, лично я ничего не хочу сказать, - улыбнулся мужчина. - Это не мое дело. Если вас это беспокоит, то не лучше ли самому спросить и разобраться? Или вы продолжите просто дуться на него, за те фотографии, которые вы и смотреть не захотели? Русый вздрогнул и совершенно по-другому посмотрел на бету. Вот же жучара! И откуда только он все знает? Уж в чужое сердце подглядеть невозможно. Или все-таки… - Думаю, это только мое дело. А теперь разрешите откланяться, пока вас снова не занесло, - парень поднялся и отправился переодеваться. Ему действительно больше не хотелось видеть брюнета. Не дай Бог, Змея снова какая-нибудь муха в левое полупопие укусит, и он опять начнет к нему приставать. Переодевшись в излюбленные рваные джинсы и трикотажную черную кофту, он вернулся к мужчине, перетягивая передние пряди резинкой и закрепляя их сзади. - Простите, что доставил вам неудобства, но мне и вправду пора. - Да, ничего, - кивнул мужчина, пребывая все еще в том же самом халате. - Да, кстати... Все, что произошло между нами - секрет! Иначе мой партнер этого не поймет! Я и так кое-как выкручивался, а здесь он все поймет буквально и даже слушать не станет, что я... - многозначительно протянул Онтарио, сверкнув глазами. - Вас доставят мои люди. К вам они лезть не будут. Никто не хочет иметь два района в своих личных врагах... Я надеюсь, что мы останемся друзьями, - улыбнулся брюнет, пожав руку омеге и затем уходя в номер, насвистывая одну из симфоний Баха. Ну что ж... Кажется, план удался. Осталось просто проследить за тем, чем все закончится. А говорят, что мир без добрых людей! *** Мике вернулся в номер, даже не ожидая обнаружить там рыжика. Его предположение подтвердила абсолютная тишина. Видимо, Ромеро снова остался в офисе. Омега набрал номер мужчины, но услышав мелодию звонка со стороны стола, за которым обычно работал альфа, тут же сбросил. Значит и телефон забыл. Прекрасно. Юноша взял в руки сенсор друга, покрутил его в руках и тяжело вздохнул. Так больше продолжаться не могло. Определенно это - его предел. Пора было покончить со всем этим раз и навсегда. Открыв заметки, он настрочил послание для друга и вывел его на основной экран. Верно, давно уже надо было понять, что они не пара и никогда ей не станут. Мике сам заварил эту кашу, ему и расхлебывать. Вернув аппарат на место, молодой человек открыл шкаф и стал доставать оттуда вещи. Хотя, собирать ему было особо нечего. Помнится, основная часть так и осталась в академии, куда он теперь и возвращается. Забавно. Там, где все началось, все и закончится. Возможно, теперь у него будет новый сосед, но такого же друга у него никогда теперь не будет. Запихнув вещи в сумку и не особо заботясь о том, что они помнутся в дороге, Мике подхватил ее и, вновь все оглядев, вышел. Вот и все. Кулисы, занавес, финал. И только на экране забытого телефона все еще висела короткая запись, напоминавшая о том, кто так позорно бежал от собственных ошибок. «Просто потому, что люблю тебя». В коридоре его встретил невозмутимый бета из их банды. Он ничего не спрашивал и не останавливал русого. Приказа такого не было. Босс сейчас сидел в их захудалом офисе. Предателей вывели на чистую воду и как следует проучили. Восток утихомирили, так что сейчас было затишье. Ромеро вернулся в номер только вечером и даже не удивился, что омеги не было. Опять прожигает свою жизнь с бетой. Несмотря на то, что вроде бы это было задание, которое он и сам дал, рыжему это все надоело. Сегодня мужчина хотел прекратить все это, сказать Мике, что Змею он доверяет и чтобы омега теперь был рядом с ним. Как помощник, как друг, как любовник и, может, любимый... Они ко многому стремились, но не добивались ничего. По сути, у них одинаковые истории любви. Они вечно обжигались. И вот теперь альфа что-то испытывал к этому мальцу, который первоначально его раздражал щебетанием о блондине. Рыжик лениво упал на кровать, подхватив свой телефон и просто вертя его в руках. Позвонить ему или нет? Позвать к себе? Сказать, что он больше не хочет его ни с кем делить? Да ну... Это все глупо и смазливо! Как типично... А, как понял рыжик, ничего «типичного» между ними и нет. Если они делают все как все нормальные пары, то это заканчивается плачевно. Да и перед глазами вставало счастливое и довольное лицо омеги, стоящего и прижимающегося к боку беты... Это раздражало, это бесило! Когда этот паршивец стал на него так влиять?! Он же ни по одному критерию не подходит ни под образ первой любви, ни под образ Кирары... Мике - полная противоположность! Палец скользнул по экрану, из-за чего тот загорелся. Рыжий прищурился, замечая, что на на нем что-то высветилось. Одним движением подушечки пальца мужчина разблокировал экран, и тут же его глаза наткнулись на коротенькое сообщение. Мике? Что этот болван...?! Ромеро и не понял, как подскочил и рванул на улицу. *** Юноша сидел на скамейке вокзала, дожидаясь своего поезда. Быть перехваченным он не боялся. Бета никому не скажет, а самому Ромеро плевать. Зачем ему Мике, если вокруг него и так вьется множество омег, которые не огрызаются и не спорят? Верно, незачем. Да и вся эта история с Онтарио русого порядком утомила. Он видел, что брюнет определенно добивается каких-то своих целей, о чем практически прямо и сказал, признавшись, что у него уже есть пара, которой, судя по всему, Змей сильно дорожит, раз просил все оставить между ними. Ромеро… Волевой парень, не привыкший сдаваться и способный подчинить любого. Не зря все же он был боссом Юга. Вот только мало кто знал о другой его стороне, которую видели только Мике и Кирара. Оказывается, альфа мог быть нежным и заботливым, страстным любовником и верным другом. Таких, как он, больше нет. Даже Теодору с его природной добротой не сравниться с Лисом. Они были совершенно разными, и от них обоих омеге нужны были разные вещи. От Теодора юноша хотел просто заботы, ласки и тепла. Теперь русый понимал, что это вовсе не было любовью. Любил он только Ромеро и хотел от него того же. Это его парень готов был закрыть собой от любой опасности, это о нем он хотел заботиться, это его губы были самыми желанными, а сердце самым необходимым. Вот только этому никогда не бывать. Мике разучился плакать, за что был благодарен судьбе, иначе бы не замолкал бы ни на секунду. Сейчас же он просто сидел и смотрел на рельсы, ожидая спасительного поезда в сторону академического городка. Сзади него раздались торопливые шаги, будто бы при беге, а затем что-то сильно его толкнуло и резко заставило оторваться от земли, пару раз встряхнув. Взлохмаченный Ромеро тяжело дышал, смотря на омегу и желая много чего ему сказать о том, что он о нем думает. Несколько машин его чуть не сбили, а эта шмакодявка тут спокойненько сидит! Мелкий засранец! Альфа все же опустил его на землю, но продолжил держать за шкирку, злобно сверкая глазами. - Ты - мелкая заноза в моей заднице! За небольшое количество времени ты заставил меня столько раз поволноваться, что я удивляюсь, что еще не поседел! - возмутился мужчина. - Не кричи на меня. И вообще, что ты тут делаешь? – пытаясь вырваться из цепких пальцев неудавшегося любовника, ответил в том же тоне русый. Он и вправду не ожидал, что мужчина придет за ним, поэтому и не торопился никуда. Впрочем, у того просто не было причин бежать сюда со всех ног. Не хочет потерять хорошего подчиненного, безропотно выполняющего все его капризы? - Ты - придурок! - воскликнул Ромеро, выдохнув. - Что это за тупая заметка?! Слабо было в глаза это сказать, недомерок ты гребанный! Я тут каждый день пытаюсь забыться, чтобы дать тебе поразвлекаться, а сам от скуки штаны просиживаю в офисе, а ты решил взять и свалить, решив, что мои чувства не в счет?! - прошипел рыжий, приближая омегу к себе. - Знаешь, сколько мне пришлось вытерпеть? Сам ведь сказал, что пока у меня гипс - тебя не трогать! А потом мне его сняли, а тебе плевать! И теперь ты сваливаешь, как какая-то крыса! Я ведь, блять, тебя люблю! - И как у тебя вообще язык поворачивается врать мне в лицо? – не оставляя попыток высвободиться пробухтел парень. – Страдалец. Сидел весь день в офисе, да? Решил мне дать поразвлекаться, да? А каково мне сидеть почти каждый день с этим гребанным извращенцем и выслушивать все новые и новые завуалированные оскорбления вперемешку с доказательствами того, как ты по омегам ходишь, пока я добываю для тебя информацию?! Удобно, наверное, держать рядом с собой влюбленного человека, готового ради тебя на все и заниматься в это время своими делами? Еще и говоришь, что любишь, хотя сам утверждал, что надолго тебя не хватит! Лжец! Мике перевел дух после того, как выплеснул все возмущение, и гневно уставился на рыжика. Подлец! И как только юноша мог довериться кому-то вроде него? - Мне надо было просто узнать, опасен он или нет. Один раз! Остальные встречи происходили по твоему собственному желанию! А так как я был занят в начале, то решил, что тебе надо немного развлечься. Я откуда знал, что тот к тебе пристает?! Услышать можно было лишь твое щебетание! - возмутился альфа. - Да, я тогда такое говорил, потому что не понимал, что со мной. Ты не такой как Кир, и я не понимал, почему влюбился в тебя. Теперь знаю. Ты просто жрешь мои нервы и издеваешься, обвиняя во всем! Ты очень умный и изворотливый, находишь везде выход. И если ты мне не веришь - твои проблемы! - заявил Ромеро, потащив его за собой. - Свяжу в номере и никуда не отпущу. - Один? Сорок-один, папашу твоего за левую пятку! Пусти! Пусти, говорят тебе! Эй, я не шучу! – омега не оставлял попыток вырваться, пока окончательно не выдохся и уже покорно семенил за Лисом. Сердце учащенно билось, а во рту пересохло. Так хотелось верить словам рыжего, но русый еще не знал, может ли он это делать. Он его любит или же просто не хочет отпускать? Они шли через какой-то парк, когда Мике все же решился спросить. На улице уже стемнело, в парке было пусто. Последние собачники уже разбредались по домам. - Эй, - окликнул мужчину уже успевший остыть парень, - ты сейчас это серьезно говорил или просто, чтобы я не уезжал? Вопрос прозвучал тихо и совершенно неуверенно, что было совсем не в духе юноши. Обычно такие вещи, как отношения не вызывали в нем смущения, и он искренне потешался над своими влюбленными сокурсниками, не имевшими возможности связать и двух слов в присутствии своего предмета обожания. Ромеро вздохнул, приподняв голову и прикрыв глаза. Как же ему объяснить, чтобы он больше не доставал его?! Рыжий осмотрелся и заметил беседку. Мужчина втолкнул туда русого, заходя следом и перекрывая выход. - Я - подонок, ублюдок, козел, тварь последняя, но, да - я тебя люблю! - воскликнул рыжий, нависая над парнем. - И сейчас я тебе это докажу! Мне пришлось терпеть все это, пока у меня был гипс, пока ты ломался из-за не-пойми-чего! - Я бы попросил. Не сделай я этого, у тебя бы кость неправильно срослась, так что скажи спасибо, - пробурчал юноша, окончательно смутившись и отступая вглубь беседки, надеясь скрыть покрасневшее лицо от любовника. Не нужно ему знать, как сильно он действует на омегу. Мике вообще казалось, что его сердце скоро не выдержит и выскочит из груди. Ромеро и в правду любит его? Его? Не кого-то другого? Неужели его мечты наконец-то стали явью, и парень может получить право на счастье? Такая зависимость пугала. Всего несколько слов и юноша уже не мог справиться с собой. Альфа не дал ему спокойно вернуть себе самообладание. Он прижал парня к колонне, кладя руки на его бедра и прижимая к себе. Мужчина выдохнул ему в губы, прекрасно видя, его покрасневшие щеки. - Ты очень красивый, Мике, - улыбнулся он. - Немного взбалмошный, шумный, но милый по утрам, путающийся в одеяле и потирающийся носом о подушку... Я люблю тебя. Честно-честно. И если ты уедешь, я не знаю, что здесь случится без тебя. Я не выдержу еще раз повторения пройденного, да и ты не сумеешь. Мы с тобой - два сапога пара. - Это точно, - улыбнулся омега, поднимая голову и смотря в глаза возлюбленному. Такого, как Ромеро больше нет. Да и не нужно больше… Парень обвил руками шею сожителя не в силах больше выдерживать такой близости и, притянув рыжика к себе, поцеловал, поражаясь тому, как же сильно этого хотел. Было абсолютно все равно увидит ли их кто-нибудь или пройдет мимо, тем более что последний прохожий поспешил ретироваться, заметив милующуюся парочку, словно понимая, насколько это важно. - Я люблю тебя, - чуть отстранившись, выдохнул Мике, тут же возобновляя поцелуй, делая его более страстным и уверенным. Альфа усмехнулся, толкаясь языком внутрь его ротика. Как давно мужчина этого желал, но русый выстроил между ними стену, из-за которой он же потом и стал думать, что не нужен альфе. Мужчина сжал его бедра, прижимая ближе к себе. Теперь никто не посмеет ему помешать. Они будут счастливы вместе. Рыжий провел рукой вверх, поднимая пальцами его рубашку и лаская пальцами его кожу. Он сжал рукой пах омеги, вырывая из его груди стон. Русый лишь сильнее к нему прижался, не желая тратить время на раздумья. Парень скользнул по его груди вниз, забираясь под кофту и скользя по его коже руками. Каждый сантиметр его тела юноша исследовал по-новому, в очередной раз убеждаясь, насколько совершенен его партнер. Запах альфы был таким родным и так дурманил омегу, что тот совершенно забылся, опуская ладони на ягодицы рыжика и сжимая их. Определенно идеальное тело любовника будило в Мике самые смелые желания. Парень с удовольствием отвечал на поцелуй, сплетаясь языками с Лисом и задыхаясь от его близости. - Нет, ты сегодня наказан, - слегка хрипло заметил альфа, сжав его руки и заломив их за спину. - Это за то, что мне не верил, - улыбнулся Ромеро, завязывая их ремнем русого. Вид связанного Мике возбуждал еще сильнее. Такой беззащитный. Мужчина задрал его рубашку, скользнув губами на его грудь и накрывая ими твердую бусинку соска, начиная ее тут же облизывать, покусывать и посасывать. Тот дернул руками, желая коснуться любовника, но ремень надежно зафиксировал его запястья. - Это не честно, - возмутился Мике, подрагивая при каждом новом прикосновении. Не выдержав, он прикрыл глаза, опуская голову, пряча тем самым лицо за выбившимися из прически прядями, и снова тихо застонал. Это было слишком возбуждающе для него. Жар разнесся по всему телу юноши, распаляя его с каждой секундой все сильнее. - Все честно, - усмехнулся Ромеро, распустив свои волосы, которые по обыкновению завязывал в хвост. - Я хочу показать, как тебя люблю... Ну и еще отомстить за недоверие и попытку сбежать. Мужчина завязал волосы Мике в хвостик, чтобы челка не мешала видеть его покрасневшее лицо, которое было как бальзам на душу рыжего. Альфа запустил руку в его штаны, поглаживая паховую дорожку волос, а второй рукой сжимая медленно твердеющую плоть поверх брюк. Он будет сегодня нежным и медленным, чтобы омега мог биться в его руках от удовольствия. Русый снова дернул руками, прикусив губу. Дорвался-таки. Чтобы омега еще раз ограничивал партнера! Да ни в жизнь! Это определенно плохо заканчивается. Парень взглянул на любовника из-под опущенных ресниц, любуясь каждой черточкой его лица. В особенности Мике нравились чуть потемневшие от похоти глаза и губы, на которых играла самодовольная ухмылка. Определенно перед ним самый лучший мужчина на земле. Юноша не мог поверить, что еще несколько часов назад хотел сбежать от этого красавца. Все же любовь и вправду ослепляла. Теперь и Мике знал это. Рыжий улыбнулся, спустившись губами ниже, проходясь языком по пупку и медленно расстегивая его штаны, доставая плоть. Мужчина нежно коснулся головки, массируя и оттягивая нежную кожу. Такая вздутая и уже мокрая. - Ай-яй-яй, Мике! Ты запрещал мне прикасаться к тебе, но сам, похоже, мучился, - заметил он, лаская пальцами его уздечку. - Ты такой сейчас беззащитный... Я даже в темноте вижу, как ты краснеешь и тяжело дышишь, сбиваясь на стоны. - Ну, уж извини, - прохрипел парень, проводя языком по сухим губам, - я просто не могу быть с кем-то кроме тебя. Вспомнилась сцена с Онтарио в комнате отдыха. И вправду, на него юноша почти не реагировал, тогда как любое, даже самое легкое прикосновение Лиса будило в Мике страстное желание. Вот и сейчас, стоило только рыжику прикоснуться к омеге, его естество сладко заныло, требуя уделить ему больше внимания. Альфа усмехнулся, скользнув пальцами между ягодиц партнера после того, как хорошенько смочил их слюной. Ромеро надавил на узкое колечко мышц любовника, поцеловав его плоть и начиная водить по ней языком. Раньше, когда босс Юга носил гипс, всю грязную работу делал русый. Теперь мужчина решил отблагодарить друга как следует. Рыжий взял головку в рот, посасывая и водя по разбухшей дырочке языком. Ощущение горячего языка, скользящего по его члену, заставило армию мурашек промаршировать по спине русого. - Не надо, Ромеро, ты не должен… - он оборвался на полуслове, вновь закусив губу, понимая, что в противном случае опять не сдержится. Обычно Мике делал это для партнера, особенно обожая смотреть, как меняется лицо его соседа. Теперь же они поменялись местами. Рыжему, похоже, этого было недостаточно. Мужчина медленно ввел в него два пальца, растягивая анус и лаская стенки прохода, которые по инерции сужались и пытались протолкнуть инородный предмет глубже. Альфа начал медленно водить головой, посасывая плоть и размазывая языком смазку и слюну, заставляя омегу извиваться в удовольствии. Мике почувствовал, как постепенно подгибаются ноги, а дыхание становится все более частым. Эта изощренная пытка просто сводила с ума, а невозможность прикоснуться к столь любимому телу заставляла желать Ромеро все сильнее. От усердных попыток высвободиться запястья уже начинали болеть. Наверняка на них останутся следы, но омегу это не волновало. Казалось, все его тело пульсировало от ласк альфы, а внутри все сжималось от ловких движений пальцев мужчины. Пальцы Лиса снова двинулись в нем, надавливая на чувствительную точку и вызывая жаркую волну, прокатившуюся по телу юноши. Рефлекторно парень качнул бедрами, постанывая и кусая истерзанные губы. Рыжий следил за ним, запоминая каждую черточку его лица и мысленно отмечая места, в которых его любовник чувствительнее. Мужчина вобрал его плоть больше, проходясь языком по уздечке и оттягивая языком нежную плоть. Он медленно погрузил в него еще один палец, растягивая узкое колечко мышц до максимума, ощущая, как оно пульсирует и сжимается вокруг его фаланг. Ромеро делал все медленно, плавно, изощренно, желая как можно больше доставить удовольствие русому. Это было не как обычно. Обычно альфа был чрезмерно страстен. Сейчас рыжик хотел, чтобы парень запомнил каждую секунду и вспоминал эту пытку с дрожью в ногах. Омега откинул голову назад, прикрывая глаза и наслаждаясь ощущениями. Сдерживаться было все сложнее с каждым новым вздохом. По телу снова прошла дрожь, выдавая нетерпение русого. Он снова и снова был готов метаться в сладком бреде, нежась от умелых прикосновений. Мало… ему было мало этого. Хотелось почувствовать всего партнера, слиться с ним, быть единым целым. В этот раз терпение оставило его. - Хватит… Ромеро, пожалуйста… Я не хочу так.. – язык почти его не слушался, отказываясь выдавать членораздельные слова, вместо хриплых стонов. Мужчина усмехнулся, отстраняясь и проводя от своего языка до вздутой головки русого несколько цепочек смазки и слюны. Самому было уже тяжело сдерживаться, но рыжий хотел довести эту пытку до конца, прекрасно зная, что раньше у его друга такого не было. Это впервые, когда к нему так нежно относились. Рыжик поэтому и решил, что хочет полностью стереть прошлое из его памяти, заменив его собой и более счастливой жизнью, где они оба будут счастливы в объятиях друг друга. Пускай слащаво, пускай сопливо, но каждый в тайне хочет быть любимым. Ромеро поднялся, подхватывая омегу под коленками и приподнимая его ягодицы, держа его ноги на сгибе своих локтей. Альфа медленно надавил своей головкой на анус любовника, мелко толкаясь краем головки внутрь, раздвигая края и дразня его дырочку. Юноша нетерпеливо качнул бедрами, томно смотря на любовника. Его терзали противоречивые чувства: с одной стороны он хотел, чтобы Ромеро поскорее взял его, проникая внутрь и сжигая его дотла, а с другой, Мике безумно нравилось то, как мужчина дразнил его, доводя до состояния, в котором невозможно себя контролировать, моля о продолжении и сгорая от нетерпения. Так сильно омега не желал еще никого: каждой частичкой души, каждой клеточкой тела. И только осознание того, что мужчина нуждается в нем точно также, возносило его на небеса, заставляя терять контакт с реальностью. Ромеро укусил омегу за шею, посасывая нежную кожу и водя языком по быстро пульсирующей венке. Он медленно вошел внутрь любовника, сбиваясь со спокойного дыхания и грудно зарычав. Такой горячий и мокрый внутри, сжимает так сильно, что, казалось, его проход раздавит член альфы. Мужчина отвел бедра назад, а затем резко толкнулся до половины, ловя громкий стон омеги губами и врываясь в его ротик языком. Рыжий вновь стал делать все плавно и медленно, двигаясь в теле любимого и стараясь задеть все чувствительные точки в теле русого. Омега сжал руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. В таком положении он еще сильнее ощущал каждое движение партнера, выгибаясь в его руках и жадно отвечая на поцелуй. Легкий ветерок приятно холодил кожу, но был не в силах остудить то пламя, что бушевало внутри Мике. Как долго он этого хотел, а получив, наслаждался каждым вздохом и довольным стоном альфы. Каменная поверхность немного царапала кожу рук, вновь напоминая о том, что завтра на них лучше не смотреть. Но это же будет только завтра, верно? Мике подался бедрами навстречу, чувствуя, как сожитель проникает в него еще глубже. Сходя с ума от желания, юноша провел языком сначала по нижней, а затем и по верхней губе любовника, вновь впиваясь в них поцелуем. Ромеро улыбнулся, слегка наклонив русого, заставляя его упираться плечами в колонну. Кофту он не снимал, так что сильно поцарапаться юноша не мог. Хотя боль с наслаждением дают просто взрывной коктейль чувств! Рыжий двигался плавно, входя каждый раз глубже и задевая собой все нервные окончания, прекрасно зная об их местоположении и специально давя на них. Мужчина сильнее прижал колени Мике к его груди, лаская пальцами его соски и тело в целом. Ночь только-только вступила в свои права, и альфа не собирался так рано сдаваться, решив испробовать с любовником еще пару поз. Мике же просто доверился мужчине, понимая, что ничего другого ему просто не остается. Тот словно издевался над ним, растягивая удовольствие и доводя парня для исступления. И, судя по всему, менять манеру поведения он был не намерен. Юноша дрожал, извивался, еле сдерживая себя только потому, что не хотел проигрывать. Только не сейчас, только не ему. А ведь это только начало… Ромеро усмехнулся, заметив, что его любовник сдерживается. - Не держи все в себе, - прошептал он ему на ухо, опалив его кожу своим горячим дыханием, из-за чего пару выбившихся волос приятно пощекотали кожу. - Я ведь хочу доставить тебе как можно больше удовольствия... Передержишь - оно пропадет. Услышав жаркий шепот возлюбленного, парень понял, что и вправду так долго не продержится. - Не говори… это… так… - выдохнул юноша, нежно прикусив любовника за мочку уха. Наслаждение накатывало волнами, заставляя тело плавиться в руках рыжего, а разум отключаться. Мике спустился губами чуть ниже, оставляя засос под ухом мужчины и втягивая носом его запах. Сознание пребывало в дурмане. Кажется, он что-то еще говорил, но совершенно не запоминал слов, слетавших с его собственного языка. - А что? Тебя это смущает? - усмехнулся мужчина, поцеловав его шею, вырвав мочку уха из зубов парня. Он начал проникать глубже, входя до основания. Тут он еще уже, чем в начале. Ромеро простонал, ощущая, как мягкие стенки обволакивают его естество. Мужчина сжал плоть любовника в руке, стараясь довести его до пика. Юноша просто не мог больше себя контролировать. Он стал покачивать бедрами в такт толчкам рыжего, принимая его и постанывая от удовольствия. Еще пара резких движений и парень выгнулся дугой, кончая и выдыхая имя любовника. Силы его покинули, и омега обмяк в руках возлюбленного, тяжело дыша и чуть улыбаясь. Альфа сильно прижался к нему, рыкнув и куснув парня за плечо, и сильно разрядился в его проходе. Он долго сдерживался, терпя и дожидаясь. Рыжий отстранился, позволяя сгусткам спермы вытечь на пол. Мужчина поставил омегу на пол, развязывая его руки и растирая кожу, разгоняя по ней кровь, чтобы она приняла нормальный оттенок. - Изверг, - нашел, наконец, в себе силы нормально говорить Мике, уткнувшись лбом в широкую грудь альфы. Ноги все еще предательски дрожали, а руки почти не слушались. Немного переведя дух, омега натянул штаны, не с первого раза справившись с застежкой, и, облокотившись о колонну, сполз по ней вниз, понимая, что до утра он не встанет. - Изверг? Это еще я тебе фору дал! - фыркнул мужчина, подхватив его. - Мы еще продолжим в гостинице. Здесь неудобная обстановка. Или ты думал, что после длительного отдыха, мне хватит одного раза?! Раньше у меня каждый день был секс, а в этот раз я ничем таким не занимался, дожидаясь, когда мне снимут гипс! Так что, готовься, мальчик, я тебя сегодня затрахаю! - Тогда с завтрашнего дня меня мыть будешь ты, ибо я не встану, - с упреком в голосе произнес юноша, внутренне не имея ничего против предлагаемого рыжиком марафона. Он так скучал по его прикосновениям, поцелуям и ласкам. Все же быть с тем, кого так сильно любишь – прекрасно. Мике поудобнее устроился на руках у Ромеро, потираясь носом о его грудь и слушая сердцебиение альфы, такое же частое, как и его собственное. Рыжий посмеялся, перехватив поудобнее любовника и погладив его по боку. Такой легкий. Словно пушинка. Его носить и носить бы. А еще кормить всякими лакомствами. - Кто сказал, что завтра мы вообще встанем? - заметил мужчина, поцеловав Мике и затем посмотрев на небо. Все же поблагодарит Кирару. Хоть и получит по башке. - Ну, я же говорил, что ты изверг, - рассмеялся парень. - Мой любимый изверг. «Отныне и навсегда будь со мной», - пронеслось в его голове. Маленькая слабость, но такая значительная. Нуждаться в ком-то близком… Это же прекрасно, верно?