now or never

— Тони, хватит уже про своих вампиров! Вырос давно, пора заканчивать игрушки! — Вы просто меня не понимаете! Никто меня не понимает! Вампиры на самом деле существуют, и я их люблю! — смахивая слезы и спотыкаясь, мальчик бежал по коридору. Подобные диалоги повторялись каждый день, а то и не по разу. Увлечение вампирской тематикой началось еще в детстве, за считанные секунды захватив любопытного малыша. Теперь все полки в комнате завалены книгами и комиксами, стены обклеены плакатами и рисунками, а в голове роятся тысячи доказательств существования таинственных кровопийц. Тони сидел на кровати, закутавшись в любимый плед с летучими мышами. Слезы досады и непонимания катились по нежным, еще детским щекам. В эту минуту юный Томпсон так хотел убежать из дома, спрятаться у кого-нибудь из друзей, но даже друзья отказались от этого помешанного. Вдруг шторы зашуршали, и листы со скетчами сорвались со стола, сливаясь с ветром в едином танце. — Что ж, пора опускать занавес, шоу окончено, — на подоконнике стоял незнакомец с хитрой улыбкой. — Эээй, ты кто такой? — Тот, кого ты точно любишь. Рудольф Сэквилбек, — улыбка сменилась белоснежным оскалом, и синеватые губы разомкнулись, оголяя два острых клыка. — Ты вампир?! Вампир! Я знал, что вы существуете! — все поучения родителей о разговорах с чужими людьми моментально исчезли из памяти. Да ведь незнакомец не был человеком, значит, эти глупые правила можно не соблюдать. — Хм, а ты сомневался? — Нет! Нисколечко! Это они мне не верили, а я ждал до последнего. Кстати, я Тони. — Ладно, грех не воспользоваться таким восторгом, к тому же на свете нет никого, более преданного нам. Поможешь распутать клубок непорочности в моей душе, пока моя вера в человечество окончательно не подорвалась, Тони? И юный Томпсон застыл на месте, пощипывая то одну щеку, то другую. В данный момент он готов был пройти под сотней лестниц, не заботясь о последствиях, сорвать голос, крича о своем счастье. Ветер из открытого настежь окна трепал запутанные волосы, освежая мысли перед принятием судьбоносного решения. Сейчас или никогда. «А справлюсь ли я? Не запутаю ли клубок еще сильнее? Не обману ли полуночного гостя?» — Справишься, — раздается над ухом едва уловимый шепот. — Надо просто разжечь огонь вот здесь, — и ледяная рука с идеальным черным маникюром ложится на сердце Тони. И почему-то парень так легко доверяется вампиру, забывая обо всем на свете. Ритм сердца ускоряется с каждой секундой, превышая все возможные лимиты, однако дышать становится неимоверно легко, будто перед ним расстилается бесконечное синее небо, а не маленькая комната, освещенная тусклой настольной лампой и круглым диском полной луны. Да что пойти, он готов был станцевать с вампиром из рода Сэквилбек под сотней лестниц, сгорая в огне. И ведь не было никакого клубка, и Томпсон это прекрасно знал. Просто упустить такой шанс на рандеву с вампиром было бы максимально безрассудно. Теперь клубок непонятных, но очень приятных чувств на самом деле запутывался внутри паренька, и ему это нравилось. Ладонь Рудольфа оказывается такой мягкой. Они отрываются от пола, но Томпсону совсем не страшно. С таким проводником Тони не боится ничего и готов бросить все на свете, оставляя где-то внизу все воспоминания о жизни в этом скучном мире, полном непонимания, чтобы вот так левитировать вдвоем целую вечность. Сейчас или никогда. Сейчас. Однозначно сейчас.