Объятия

      Пара голубых глаз смотрит на ссутулившуюся фигуру в метре от себя. В них проскальзывают разочарование и боль. Снова. Снова его нежность и забота никому не нужны. Снова его брат считает его чужим. Куда же делась та любовь, которую младший дарил ему в детстве? Что с ней стало? Что случилось за то время, пока Тесей был на войне?       Мужчина всё время задаётся этими вопросами. Прошло десять лет, а они до сих пор тревожат его душу. А как иначе? Популярность его брата настолько велика, что почти в каждом уголке всплывает его имя. Тесей старается, очень старается не обращать на это внимания, но вновь отдаётся на волю воспоминаниям. О детстве, о юношестве. И понимает, что сам виноват. Это ведь он отмахивался от назойливого братишки, который хотел с ним поиграть. Это ведь он не приезжал на каникулы, прикрываясь уроками и делами. Это ведь он горел желанием принять участие в войне. Это всё он. Тогда ему не особо нужна была любовь брата, он думал о своём будущем. Теперь уже его любовь никому не нужна.       — Я не могу отменить командировку только из-за ужина. Я скоро закончу книгу, необходимы лишь некоторые материалы. Так что я должен ехать, — слегка раздраженно протянул Ньют, наклоняя голову и смотря на Тесея исподлобья. — Если это всё, то я пошёл. Животные голодные. И вольеры не чищены. А у тебя работа… и невеста. Не стоит отвлекаться из-за меня.       Скамандер-младший слабо кивнул и развернулся, собираясь покинуть родной, но в то же время чужой дом, пока его настроение не было окончательно испорчено и пока его нервная система всё еще была в порядке. За спиной послышалось его имя, но Ньют пропустил его мимо ушей и уже намеревался повернуть дверную ручку. Когда же брат позвал его снова, ему пришлось отпустить прохладный металл и сделать глубокий вдох, медленно поворачиваясь.       Тесей снова смотрел на него щенячьими глазами. Это было просто невыносимо, поэтому Ньют отвернул голову и уставился на вешалку, на которой висело пальто Литы. Неудивительно, у них ведь скоро свадьба. Так что теперь она будет жить здесь.       — Ньют, ты же знаешь, что никто мне не будет дороже тебя. Ни работа, ни Лита. Я понимаю, что ты очень занят. Ты каждый раз это говоришь. Но я всё равно надеюсь, что ты придёшь. Давай хотя бы в этот раз у тебя получится заглянуть ко мне… к нам? — мужчина осёкся на последнем слове, поджимая губы. Ему казалось, что брату будет неудобно в присутствии старой подруги.       — Прости, не получится. Мне и так кое-как дают разрешения на путешествия, так что я не могу упустить такую возможность. Многие существа подвергаются опасности, я должен им помочь.       Тесей шумно выдохнул. Упёртость младшего всегда ему не нравилась, ведь он не мог давить на Ньюта. Тот и так относился к нему, как к чужому, предпринимать какие-то резкие действия было опасно. Но и бездействовать было нельзя. Иначе эта пропасть между ними и дальше продолжит увеличиваться.       — Можно тебя обнять? — с заминкой спросил мужчина, делая несколько шагов вперёд. Все прошлые разы научили его осторожности, иначе ему снова откажут.       Ньют удивленно посмотрел на брата. Впервые он ведёт себя подобным образом. Всегда неожиданно и бесцеремонно душил в объятиях, а сейчас спрашивает. В сердце неприятно кольнуло. Возникло осознание, что Тесей просто устал, что он наконец-то понял, что его оттолкнут. Стало противно от самого себя. Маг, которого все восхваляют за безразмерную любовь к животным, не может обнять брата. Опасные существа ему дороже Тесея, который никогда в жизни не поднял бы палочку на младшего. Даже просто руку.       — Можно, — виновато ответил Ньют и тоже сделал несколько шагов вперёд.       Через мгновение его надёжно сжимали крепкие руки, прижимая к горячей груди. Из-за медвежьей хватки невозможно было дышать. Тесей был крупным и сильным мужчиной, поэтому, как бы Ньют не хотел это признавать, его объятия дарили уют и спокойствие. Сразу вспоминался родительский дом, детство, весёлое время с братом, когда он всё-таки уделял внимание младшему.       Послышался всхлип. Скамандер-старший содрогнулся и сильнее уткнулся лицом в мягкую ткань. Ткань пальто сразу стала мокрой. Тело мужчины мелко подрагивало, а его горячее дыхание обжигало чужое ухо. Ньют в который раз удивился за этот вечер. Медленно поглаживая спину брюнета, младший мягко улыбался, усиливая объятия. Хотелось защитить этого взрослого ребёнка.       — Ты всегда отказывался, выворачивался, сбегал. Я уже был готов сдаться, не надеясь, что когда-нибудь ты сам меня обнимешь, — послышался шёпот Тесея сквозь слёзы. — Я бы сдался, если бы сейчас ты ушёл. Я бы перестал настаивать и нарушать твоё личное пространство. Я бы смирился.       Магозоологу показалось, что рыдания усилились, поэтому он поморщился, снова ощущая болезненный укол в сердце, и слегка отодвинул старшего за плечи, заставляя посмотреть на себя. Вытерев чужие слёзы, он широко улыбнулся и засмеялся. В этот момент это казалось странным, но Ньюта это совершенно не смущало. Своим смехом он заставил и Тесея улыбнуться. Спустя пару секунд в доме слышалось два задорно смеявшихся голоса.       От былых грусти и печали не осталось и следа. Мокрые дорожки на щеках Саламандера высохли, глаза снова стали радостными и излучали добро и позитив. От такой картины у Ньюта побежали мурашки по телу, и сердце забилось в несколько раз быстрее. Так было каждый раз, когда он видел Тесея в подобном настроении. Но это было неправильным. Нельзя так реагировать на брата, но не всегда получается совладать с чувствами.       И ведь именно из-за этого ему приходилось избегать с ним встреч, пропускать обеды и не отвечать на письма. Он боялся, что его посчитают ненормальным. Поэтому приходилось лишь издалека наблюдать за мужчиной, пока тот был занят работой и не замечал его. Ньют боялся. Очень боялся, что от него отвернутся, поэтому делал это первым. Он понимал, что так нельзя поступать с родным человеком, но ничего не мог поделать.        Где-то внутри у него засела изнуряющая мысль, что ему скажут, что он «не такой, как все». Неправильный. Что мужчины должны любить женщин, а не себе подобных. Даже в мире маглов это не приветствовалось. Людям, предпочитавшим однополые связи, приходилось скрываться, ведь их недолюбливали. Иногда доходило и до рукоприкладства.       Но маги всегда утверждали, что они мудрее и воспитаннее обычных людей. Что они с пониманием относятся к другим, не опускаются до постыдных и грязных вещей. Но на самом деле всё было иначе. Если бы кто-то из окружения узнал о проблеме Ньюта, то просто рассмеялся. Или бы сообщил в Министерство. Тогда магозоологу до конца жизни запретили бы путешествия, чтобы он «не порочил» волшебников других континентов.       Скамандер всегда задавался вопросом, какое дело другим до его жизни. Почему они просто не могут оставить его в покое? Возможно, это плата за популярность. Всегда интересно, как складывается жизнь у того, кто смог чего-то добиться. Но у Ньюта было всё, как у всех: он жил в обычном доме, на обычной улице; так же, как и другие, вставал по утрам и занимался работой. Да, не всякого могут покусать окками или обокрасть нюхлер. Но это лишь издержки профессии.       — Тесей, — тихо начал Скамандер-младший, — ты же не обижаешься? Я постараюсь выделить время, но не могу обещать. Не расстраивайся, я обязательно буду присылать тебе письма.       На лице аврора появилась лёгкая улыбка, и тот прикрыл глаза, жмурясь от удовольствия. Воспользовавшись этим, Ньют сделал бесшумное движение, наклоняя голову брата, и практически невесомо прижался к чужим губам, выдыхая в них. Отстранившись, он в смущении, будучи красным от кончиков ушей до фаланг пальцев, склонил голову и отвёл взгляд.       Тесей непонимающе посмотрел на младшего и коснулся губ рукой. Внутри у него всё сжалось, отчего перехватило дыхание. Слов не находилось, поэтому затянулась недолгая пауза. Когда мужчина решился что-то сказать, его прервал быстрый лепет:       — Это… это ничего не значит! Просто… просто мне очень захотелось! Ты был таким расстроенным, да, потом всё пришло в норму, но я всё равно хотел сделать что-то, что подняло бы тебе настроение, — Ньют топтался на месте, вертя головою, лишь бы не встретиться с непонимающим взглядом голубых глаз. — Представь, что я сделал это по-братски. Разве братья так не делают?       Ньют знал, что братья так не делают. Да множество людей так не делает, но просто хотел как-то объяснить свой поступок. Но ничего вразумительного и ясного в голову не приходило. Приходилось нести околесицу и как-то прикрываться.       В ответ послышался смех, из-за которого Тесею пришлось прикрыть рот и согнуться, стараясь прекратить приступ беспричинного веселия. Скамандер-старший снова выглядел, как ребёнок, так что Ньют даже не обиделся. Он понимал, что смеются не над его чувствами. Смеются над ситуацией. Не над ним. Аврор не позволил бы себе унижать его. Он бы даже себя опозорил, лишь бы насмешливые взгляды не были направлена на брата.       — Ты хочешь, чтобы я на всё это закрыл глаза и воспринял это, как шутку? — успокоившись, весело спросил Тесей, театрально глубоко вздыхая и вытирая слёзы с уголков глаз. — Всё-всё?       Ньют насупился, складывая руки на груди. Брат с ним играл, вынуждая отказаться от своих слов. Теперь отвертеться не получиться, иначе Тесей всё время будет припоминать ему, какое у него чувство юмора и что с таким не шутят.       — Нет, — смущённо бросил магозоолог и серьёзно посмотрел на Тесея, стараясь не улыбнуться. — Можешь не воспринимать это, как шутку. Это правда. Ты… ты не сердишься за это?       — А должен? — Скамандер-старший нежно положил ладонь на шею Ньюта и притянул к себе, соприкасаясь с чужим лбом. — Я очень рад. Возможно, я ещё не совсем осознал всю ситуацию, но в данный момент я не могу сердиться на тебя за это.       Тесей ласково улыбнулся и чмокнул брата в щёку, взъерошивая светлые волосы, что словно текли сквозь пальцы. Рука ещё пару секунд гладила золотистые локоны, а после спустилась ко второй.       — Насчёт Литы не беспокойся. Я знаю, у неё не такие ко мне чувства. Мы были вынуждены. Мы искали счастья после потери близких. Но я снова его обрёл. Теперь её черед.       Ньют не мог успокоить своё сердце, поэтому просто прижался к сильной груди, прикрывая глаза. Сейчас нужно всё обдумать. Слишком многое произошло за этот вечер. Но теперь у них есть вся жизнь впереди. Вместе. Всегда.