Зимний вечер в Бриггсе

Ему выделили кровать в самом дальнем углу большой госпитальной палаты. Врач подходил без опаски, но откровенно кривил физиономию при виде пациента. Молча делал уколы, заставлял глотать таблетки и кормил с ложечки. Кимбли настороженно скалился, правда, на большее сил пока не хватало. Палата постепенно пустела, врач, надо признать, дело свое знал, и бойцы Бриггса, пострадавшие в разборке в Централе, уже на третий день разошлись по постам. Оставив Багрового в гордом одиночестве. А потом с визитом заявился адъютант Снежной королевы, и стало совсем тошно. Ишварит, присев на край кровати и присняв очочки с темными стеклышками, дабы поприцельнее изучить пациента зрачками в обрамлении кроваво-красной радужки, с маминой заботой в голосе поинтересовался, все ли у гостя Бриггса в порядке, нет ли жалоб-претензий-пожеланий, и Кимбли честно выкатил в ответ список требований, начиная с белого костюма, пошитого лучшим портным Централа, и заканчивая назначением на место коменданта крепости. На последних пунктах списка, правда, силы вернувшегося с того света алхимика иссякли, и Багровый позорно вырубился, не успев придумать достойного понижения для Оливии. Очнувшись - судя по солнцу за окном уже на следующий день - он налетел взглядом на лейтенантика, подтащившего к кровати поднос с завтраком и невозмутимо сообщившего, что адъютант Снежной королевы просил выразить свою глубочайшую заинтересованность пожеланиями Багрового алхимика и от всей души заверяет оного, что, несомненно, исполнит любую его прихоть из подготовленного списка, лишь только растают снега на перевале Бриггса. Кимбли прищурился, поджал губы, но сдержался. К этому времени он успел уже понять, что гадкая судьба, подарив новое тело, избавила его от всех шрамов, напоминавших о пережитом, а заодно и от татуировок на ладонях, лишив единственной возможности популярно объяснить аборигенам, кто в Бриггсе хозяин. Отсалютовав на прощание, лейтенантик удалился, а Кимбли осталось лишь наблюдать за перемещением теней по потолку палаты, маясь от скуки. Солнце уже клонилось к закату, когда в палату снова завалился Майлз и с порога пульнул на грудь Багрового два изрядно весивших тома, едва не выбив из алхимика дух. Кое-как сдвинув фолианты, Кимбли прищурился на названия и не поверил глазам, осознав, что в его распоряжение попали весьма серьезные исследования по алхимии взрывных веществ, которые он вот уже несколько лет порывался почитать, но все не находил время. - У нас здесь неплохая библиотека, - пояснил Майлз, кивая на книги. – Развлекайся. Лучше так, чем тебя потянет со скуки рисовать твои круги. - А откуда у вас в Бриггсе книги по алхимии? – машинально удивился Кимбли, с трудом подтягиваясь на локтях и усаживаясь в кровати. - Меньше знаешь – крепче спишь, - буркнул Майлз и невозмутимо удалился из палаты. На следующий день, под флегматичным взглядом врача, Кимбли сумел самостоятельно свесить ноги и, цепляясь за спинки соседних кроватей, добрести до двери в палату, откуда, правда, обратно его отнес врач, закинув алхимика себе на плечо, словно мешок. Невзирая на оскорбительное возвращение, удовлетворенный успехом Кимбли еще два дня расхаживал по палате, а на третий, решив не унижаться просьбами выделить ему комплект местной униформы, нарисовал на полу палаты найденным в ящике карандашом преобразовательный круг, накидал в него комплекты постельного белья с соседних кроватей и оживил рисунок. Грохнуло, вспыхнуло. Надо признать, преобразовывать одежду Кимбли до сих пор не приходилось, и получившаяся хламида своим видом опозорила бы даже любого ишварита, один из которых как раз завис в дверях и любовался экспериментами Багрового. - Что надо? – мрачно поинтересовался Кимбли, изучая странный покрой. Недобитый ишварский ублюдок молча кинул в алхимика свертком, внутри которого обнаружились рубашка и весьма неплохой светлый костюм, правда, надо признать не первой свежести. - И кто это уже носил? – ехидно поинтересовался Кимбли, мысленно, правда, признавая, что лучше не салхимичит, а в жизни ему приходилось натягивать на себя и не такое. - Меньше знаешь – крепче спишь, - философски напомнил Майлз и вышел из палаты. Еще через два дня, для порядка полюбопытствовав, желает гость жить в казармах, разделяя прелести общежития с военными, или предпочтет отдельную комнату, врач проводил алхимика в выделенную ему конуру три на два метра. Кимбли молча вошел в пустую комнату, осмотрел узкую кровать, покрытую одеялом, пустой казенный стол, тумбочку, в которую ему нечего было класть, и медленно опустился на постель. Прогулка от палаты до комнаты нагуляла Багровому зверский аппетит и, подозревая, что обеды в крепости по апартаментам не разносят, он отправился в запомнившуюся ему еще с прошлого визита в крепость столовую. Время было обеденное, и весь гарнизон, свободный от дежурств, собрался за большими столами. В комнате стоял негромкий гул. При появлении Кимбли народ замолчал, потом демонстративно отвернулся и продолжил беседу. В сторону алхимика старались не смотреть. Кимбли подхватил поднос, дождался, пока здоровый лысый повар поставит тарелки, и осмотрелся: свободных мест вблизи не обнаружилось. Багровый попытался приподнять поднос и почувствовал, как задрожали руки. Сил на подобные физические нагрузки пока не хватало, и алхимик стиснул зубы и замер, соображая, что делать дальше, чтобы не опозориться перед этой оравой шавок Оливии Армстронг, когда чья-то сильная рука уверенно подняла поднос. Кимбли вскинул голову. Неслышно подошедший к нему ишварит многозначительно поднял брови, кивая в дальний конец столовой. - Пошли к нам, - коротко приказал он. Сопротивляться смысла не было, Багровый настороженно пошел следом. Майлз молча поставил поднос на стол, служивые потеснились на лавке, давая место алхимику, и Кимбли взялся за ложку, стараясь не смотреть на соседей. Закончив, Майлз невозмутимо попрощался и удалился из столовой. Кимбли побрел на свой этаж и уже было коснулся двери комнаты, но забиваться в нее как в нору не хотелось, да и силы еще оставались, и алхимик решил по старой памяти прогуляться по крепости. В конце коридора обнаружилась дверь, ведущая на широкую площадку, окаймленную невысокой оградой. Площадку покрывал толстый слой снега, и, увязая в нем, Кимбли упрямо дошел до конца, где и был вознагражден за усилия открывшимся видом необычайной красоты. Солнце клонилось к закату. С площадки видны были высокие горы, несмотря на осень уже засыпанные снегом, розовеющим в закатных лучах. У подножия гор густо рос лес, еще золотившийся последними листьями, и Кимбли замер, вдохнув полной грудью морозный воздух и подставив лицо легкому ветерку. Стоять вот так после дурацких разборок в Централе, после нежданного освобождения и воскрешения, после недели на больничной кровати, было настоящим наслаждением. И алхимик умиротворенно наблюдал за заходом солнца, когда за спиной вдруг раздалось: - Ложись! Все-таки военная выучка давала о себе знать, и Кимбли и охнуть не успел, как машинально зарылся рожей в снег, тут же, впрочем, спохватившись и решив немедленно, на этом самом снегу, нарисовать круг, который на клочки разнесет придурка-шутника, когда рядом с ухом что-то свистнуло, и щеку оцарапали каменные осколки. - Ползком к ограждению и лежи! – заорали сзади, и Кимбли, вжимаясь в снег, послушно отполз под защиту бойниц. Сверху снова гадко взвизгнула пуля, высекая из камня искры. - Какого черта? – прошипел Багровый, силясь повернуть голову и рассмотреть собеседника. Майлз стоял в дверном проходе, стараясь не высовываться из-под защиты каменной кладки. - Это тебя надо спросить, какого черта… - невозмутимо сообщил он, снимая очки и засовывая их в нагрудный карман. - Ты не заметил, что здесь снег не убирают? Не задумался, почему? - И почему же, позволь узнать? – буркнул Кимбли, уже ощущая себя идиотом. - Потому что площадка простреливается снайперами, которые давно облюбовали во-о-н то плато на склоне… - вежливо пояснил Майлз. - А почему же, интересно, мне об этом никто не рассказал, а? – злобно прошипел Кимбли, через плечо силясь, не поднимая головы, скосить на собеседника глаза. - Меньше знаешь – вечно спишь? - Надо бы тебя здесь оставить, - с нескрываемой мечтательностью в голосе сообщил Майлз, но, тем не менее, внимательно осмотрел площадку, алхимика и поморщился. - Ну что, доползешь до меня? – поинтересовался он. - Разве только к утру, - мрачно признался Кимбли. Тело уже начало ощутимо замерзать, а сегодняшние подвиги вконец лишили его сил. - Придурок, - беззлобно буркнул Майлз и вдруг метнулся через площадку. Снова просвистели пули, зато через секунду майор уже лежал в снегу рядом с Кимбли и, ухватив того за шкирку, быстро инструктировал: - По моей команде, одной перебежкой изо всех сил до двери, понял? - Угу, - буркнул Кимбли, подбираясь. - Ну, раз, два, три! – словно неведомая сила вскинула Багрового в воздух - Майлз оказался гораздо сильнее, чем Кимбли предполагал - и алхимик со всех ног, стараясь не задерживать военного, не понимая, сам он бежит или его несут, под свист пуль влетел в дверной проем. Где они с ишваритом и рухнули на пол. - Хорошее у вас здесь местечко, гостеприимное, - буркнул Кимбли. - Ну, раз уж ты здесь, похоже, задержишься, придется устроить тебе настоящую экскурсию по Бриггсу, - хмуро сообщил Майлз, вынимая из кармана очки и поправляя погнувшуюся дужку. – Завтра утром вернусь, объясню, куда не соваться. И действительно вернулся. И провел Кимбли по крепости. Идея посещать спортзал алхимика не увлекла, но вот библиотека в Бриггсе оказалась изумительной. Помимо бесчисленных томов по военному делу, в ней обнаружилось несколько полок с книгами по алхимии. В библиотеке же нашелся весьма подробный макет крепости, и Кимбли наглядно узнал, куда не стоит совать свой нос, рискуя расстаться с жизнью от пуль драхмийских снайперов – те, как выяснилось, облюбовали несколько площадок в горах, откуда азартно простреливали отдельные части крепости. К вечеру алхимик вынужден был сделать вывод, что начал привыкать к обществу Майлза и уже задумался, какую бы замутить разборку, чтобы прервать эту бессмысленную идиллию, когда за ужином Майлз вдруг заявил: - Ну, вот и все, ребята. Дела свои я закончил. Прощаемся… Окружающие кинулись хлопать его по плечам, а в ответ на немой вопрос Багрового майор лишь пожал плечами: - Возвращаюсь в Ишвар. Хочу помочь восстановить родной город… - Попутного ветра… - невозмутимо пожелал Кимбли, но на следующее утро все-таки вышел во двор, наблюдая, как Майлз и еще какой-то - почему-то смутно знакомый - здоровяк в плаще с низко надвинутым капюшоном садятся в машину и выезжают из ворот крепости. Кимбли проводил их взглядом и понял, что снова остался один. А на следующий день его вызвала к себе Оливия Мила Армстронг. Алхимик вошел в кабинет Снежной королевы, не очень понимая, чего ждать, но собираясь задорого продать свою преданность и свои услуги. Оливия сидела за столом, заваленным картами и документами, вполоборота к нему и скептически осмотрела возникшую перед ней фигуру. Кимбли бы, конечно, предпочел белый костюм от лучшего портного Аместриса и фиолетовый галстук, но даже в поношенной гражданской одежде он выглядел не простым человеком и, коротко осмотревшись, молча подтащил свободный стул к столу Оливии и демонстративно уселся напротив. - Я весь внимание, мадам, - объявил он. Оливия смерила его взглядом. - Хочу попросить тебя помочь, - коньячно-шоколадным голосом процедила она, даже не глядя на Багрового. – Нас достали снайперы… - Снежная королева выдержала паузу, но Кимбли не среагировал. - Ребята через неделю пойдут на задание – хотим взорвать несколько площадок в горах, на стороне Бриггса. Я подумала, что наш врач мог бы восстановить твои татуировки, и ты мог бы нам помочь… - За предложение с татуировками, конечно, спасибо, - Кимбли даже вежливо склонил голову, выражая запредельную благодарность. – А вот насчет остального… С чего я должен вам помогать? Оливия с наигранным удивлением изогнула бровь и пожала одним плечом. - Ну, хотя бы с того, что мы спасли тебе жизнь… - Я, кажется, не просил вас забирать меня из Централа, - притворно растерялся Кимбли. - Прекрасно обошелся бы и без вашей помощи. Я вам могу еще инкриминировать похищение государственного алхимика без его на то согласия. Так что восстановление татуировок будем считать платой за мое молчание… - насмешливо продолжил он, сквозь ресницы изучая реакцию Оливии. – Что же до остального… Кимбли выдержал долгую паузу, Снежная королева его не торопила, разве что соизволила взглянуть ему прямо в глаза. - Мои услуги стоят дорого, но я стою того… - мурлыкнул алхимик, сардонически щурясь в сторону Оливии. - И я готов поторговаться… - блондинка по-прежнему молчала, и это начинало действовать на нервы, хотя Кимбли в безвыходном положении Снежной Королевы даже не сомневался – помощь алхимика его класса стала бы спасением для многих солдат Бриггса. – Могу дать скидки… Или пойти на бартер… - Кимбли прищурился Оливии в глаза и насмешливо перевел взгляд на высокую грудь, увы, прикрытую мундиром. – К нашему взаимному удовольствию. А то я тут уже… Закончить он не успел. - Пошел вон, - холодно приказала Оливия. - Простите, мадам… Вот так внезапно прерывать переговоры… - с нарочитым удивлением выгнул брови Кимбли, но Снежная королева поднялась, и алхимик вдруг четко понял, что переборщил, и что сейчас ему разом закатают и в лоб, и в другие части тела и попятился к двери. - Пошел вон! – повторила Оливия. - Так что насчет татуировок? – ненавязчиво поинтересовался он на прощанье и едва успел шмыгнуть за дверь, когда в нее ударило что-то тяжелое. Кимбли передохнул и отправился в свою комнату. Дальнейшие дни стали бесконечно похожими друг на друга. Зима вступила в свои права, и уходить из Бриггса в холодную неизвестность у Кимбли не было никакого желания. Он перетаскал в свою комнату из библиотеки книги по алхимии и тихо штудировал забытое длинными зимними ночами - все-таки и профессионалу время от времени полезно повторять азы. Его никто не трогал, к нему никто не приходил. Его кормили в столовой, ему позволяли ходить по крепости, с ним не разговаривали, на него смотрели как на пустое место. И Кимбли потихоньку проникался ненавистью к месту под названием Бриггс и сам не ожидал, как обрадовался, когда солнце наконец-то повернуло на тепло, дни стали длиннее, снег начал подтаивать, и Багровый задумался о том, что пора уходить из Бриггса в туманную даль. Выбор перед ним стоял небольшой - между Сином и Кретой. В Аместрисе Кимбли уж точно ловить было нечего. Возвращаясь из очередного похода за картами из библиотеки, поднявшись по уже ставшей родной лестнице, Багровый напрягся, увидев у двери своей комнаты высокую фигуру, и вдруг, к собственному удивлению, едва не расплылся в улыбке: перед ним стоял Майлз. Впрочем, свою реакцию алхимик живенько подкорректировал. - Что, Ишвар уже процветает твоими стараниями? – поддав в голос ехидцы и стараясь не показывать удовлетворения от возвращения единственного собеседника, поинтересовался Багровый. - Частично, - вдруг широко улыбнулся Майлз с такой детской радостью на лице, что Кимбли аж прикусил язык, останавливая поток дальнейших подковырок. – Но Ишвар снова живет. И на моей земле мир. Пока сидел здесь, сам не понимал, как скучал по дому. Но все-таки решил заскочить в гости по старой памяти... - Добро пожаловать, - практически уже на правах хозяина (он здесь целую зиму провел, а некоторые съехали) сообщил Кимбли. - Пробуду здесь две недели, - сообщил Майлз. – Если могу чем помочь - обращайся… - Вообще-то… - начал Кимбли, но замолчал. Майлз замер в ожидании продолжения. Багровый поморщился, но, придушив въевшуюся в кровь и плоть нелюбовь к ишваритам и просьбам, пояснил: - Собираюсь уехать из Бриггса. Хочу податься в Син, выбираю дорогу поудобнее. Подумал, что ты неплохо знаешь южные районы... - Давай прикинем, - согласился Майлз и вдруг фыркнул. – Честно скажу, Оливия вздохнет с облегчением, когда ты отсюда испаришься… Кимбли поморщился. Но весь вечер они просидели, разрабатывая маршрут тайной переброски Багрового алхимика через Аместрийскую территорию, а потом через границу на земли Сина. Уже в ночи Майлз ушел в казармы, но тут же вернулся и бросил на ладонь Багрового кошелек: - Не очень много, но при разумной трате на месяц тебе хватит, - сообщил он. - Зачем это? - изумился Кимбли. Майлз пожал плечами. - За такое благое дело, как твой отъезд из Бриггса, не грех и заплатить… - То есть, можно получить больше? – живо заинтересовался Кимбли. - Не зарывайся, - посоветовал Майлз с насмешкой, и Кимбли вдруг сам весело фыркнул в ответ. - Завтра помогу тебе достать билеты на поезд. Правда, уже вечером. На рассвете по старой памяти хочу сходить с ребятами в патруль. - Завтра так завтра, - кивнул Багровый. – Привет Оливии. Жаль, что не смогу поучаствовать в празднике в честь моего отъезда. - Удачи тебе, Багровый. - Тебе удачи. На завтра… - буркнул Кимбли. - Да, пригодится, - согласился Майлз и коротко отсалютовал. Кимбли лишь поморщился в ответ на военный салют. На следующий день Багровый неторопливо собрал рюкзак – житейские мелочи, еда в дорогу из столовой (Кимбли лично проследил, как повар вытаскивал мясо из супа, дабы не траванул от большой любви) и два тома по алхимии – крепости они все равно ни к чему, а работы оказались интересными, наведя Кимбли на мысли, как усилить алхимическую реакцию без философского камня. В ожидании Майлза Багровый прилег на кровать и сам не заметил, как задремал. Проснулся он уже утром. Майор, похоже, так не объявился ввечеру, игнорируя обещание, и Кимбли решил помочь себе сам, прихватив рюкзак и направившись в сторону казарм. И на подходе к казармам разом напоролся на мрачные взгляды военных. Несмотря на раннее утро, народ не спал. Кимбли изумленно осматривался, пока не перехватил разговор двух вояк: - Снежная королева в бешенстве… Разведчики уже вернулись… Похоже, безнадежно… Никого не осталось, все погибли. - Кто погиб? – внезапно метнулся к говорившим Кимбли. Те, завидев Багрового, разом подобрались. - Кто погиб, я спрашиваю, - уже спокойнее повторил алхимик. - Группа, которая уходила вчера, - ответил парень в чине капитана. – Все мертвы… - Та, где был Майлз? – вдруг дошло до Кимбли. Военные только кивнули. Ошарашенный алхимик замер, несколько секунд переваривал информацию и медленно пошел вниз по лестнице. Уже выйдя на крепостной двор, он оглянулся. Несмотря на утро, в кабинете Оливии горел свет – видимо, остался еще с ночи. Кимбли постоял немного, подумал было о том, что мог бы предложить свою помощь, чтобы… Что? Отомстить? За убитого ишварита? Кимбли даже фыркнул, давясь смехом. Лучше бы никто и никогда не узнал, какая дурацкая мысль посетила Багрового. Алхимик упрямо мотнул головой, решительно прошел мимо охранников, которые, похоже, не без облегчения открыли перед ним ворота, и зашагал к городу, чтобы сесть на ближайший поезд.