Зонт для одного

       День у Мишель с самого утра начался ужасно. Утром она проснулась с больным горлом из-за открытого окна, только вот почему оно открыто, Джонс не понимает до сих пор. Закрывала ведь.        После на неё чуть не наехал горе-велосипедист. Вот и хорошо, что не наехал, скажете вы. Так бы и было, если бы он во время быстрого поворота не обдал девушку со всего размаху уличной водой.        Ну и вишенкой на тортике ко всему этому ещё является и то, что весь чертовый день идёт дождь! Противный, мелкий дождь, который постоянно капал на мозги.        Но при всем при этом, Мишель любит дожди. Проливные, холодные и такие бодрящие дожди. Такие, что можно подолгу ходить и рассуждать о своем, личном.        Время в школе прошло хоть и быстро, но очень скучно. Джонс спасал только маленький и жутко потрепанный, взятый из библиотеки, сборник сонетов Шекспира. Иногда Мишель хотелось прочитать что-то такое легкое и одновременно тяжелое для восприятия некоторых личностей. Сонеты были для такого дня в самый раз.

***

       Выскочив одной из самых первых из школы, Мишель уже хотела насладиться пешей прогулкой по улице с Шекспиром и наушниками. Но у погоды было другое мнение на этот счет.        На нос Джонс приземлилась маленькая капелька дождя. По сравнению с утром, эта капля была ничто, поэтому, смело открыв книгу и надев наушники, девушка медленно потопала к ближайшему парку.

***

       Природа была на удивление красива. Эм-Джей это подметила далеко не сразу. Тучи были всё такими же серыми, но если приглядеться, можно было заметить проблески лучей колесницы Гелиоса. С деревьев уже попадало большинство листьев, но те, что остались, уже готовились отправиться в полет к своим братьям. Лужи были сами по себе необычны. Одна больше, другая меньше. Какая глубже, какая помельче. Да даже воздух был пропитан дождем и свежестью.

Как тот актер, который, оробев,

Теряет нить давно забытой роли,

Как тот безумец, что, впадая в гнев,

В избытке сил теряет силу воли, —

Так я молчу, не зная, что сказать,

Не оттого, что сердце охладело.

Нет, на мои уста кладет печать

Моя любовь, которой нет предела.

       Внезапно, дождь пошел с новой силой. Мишель, тихо ругнувшись, закрыла книгу и закинула её в рюкзак. Наушники отправились туда же из-за дождя. На девушку начало накатывать привычное раздражение на весь мир. Даже на того маленького ребенка, который весело скакал по лужам.        В такие моменты Мишель неосознанно становилась маленьким и злым гномом, который был готов насолить кому угодно, лишь бы не он один был такой злой. И слава судьбе, такой человек появился. — Мишель, тебе не надоело вот так вот идти под дождем? Да ещё и без зонта, — Питер стоял мокрый насквозь, но вот только у него был зонт. Фиолетовый такой, маленький, цвета вырви-глаз. От одной этой картины Мишель гаденько улыбнулась и выразительно посмотрела на зонт, изогнув одну бровь. Парень замялся. — А-а-а, это зонтик Мэй. — Мишель только закатила глаза и пошла дальше по тропинке. Питер шел за ней. — Двадцать четвертый сонет читала?        Девушка остановилась и пристально посмотрела на парня. Как же ей сейчас хотелось зашвырнуть его в ближайшую глубокую лужу! — Ошибочка, Паркер, двадцать третий, — состроив умную гримасу, Мишель басом произнесла. — Так пусть же книга говорит с тобой.  Пускай она, безмолвный мой ходатай, — Идёт к тебе с признанием и мольбой. И справедливость требует расплаты. — Внезапно продолжил Питер таким же басом. От чего девушка не удержала тихого вздоха удивления. «Неплохо-неплохо»: сама себе сказала девушка, но парень услышал и это. Паркер беззлобно усмехнулся.        Повисла нагнетающая тишина. Никто не хотел начинать разговор первым.        Мишель окончательно замёрзла и уже дрожала. Горло не хотело, чтобы о нем забывали. До дома идти ещё далеко. Воровато посмотрев на Питера, она встретилась с таким же взглядом. Пройдя так ещё минуту, она вдруг почувствовала, что на неё больше не капает дождь. Подняв голову, она увидела этот самый злополучный зонтик, а по правую руку от неё шел донельзя смущенный Паркер. На её немой вопрос, он ответил коротко. — Нечего как белая ворона под дождем ходить. Заболеешь ещё. — И вроде как Мишель должна была гордо поднять подбородок и обойтись и без помощи Паркера. Но мокнуть никто не хотел, из-за этого она сразу почувствовала теплое тело парня в катастрофической близостью со своим. Слишком теплое. Будто он только что пробежал стометровку.        Мишель взглянула на Питера. Лицо было спокойным и одновременно взбудораженным, взъерошенные волосы были разбросаны по всему лицу, но это его нисколько не портило. Наоборот, с какой-то стороны он выглядел в этот момент даже лучше, чем с волосами на один бок.        Внезапно Мишель словила себя на одной мысли, от которой ей захотелось со всего размаху плюхнуться на электрический стул и не встать с него.        Мишель нравилось наблюдать за Паркером. Ей нравилось вот так вот идти и молчать. С ним.        Видимо, она начинает заболевать. — Паркер, а ты что тут вообще забыл? Тебе же в другую сторону идти домой. Или ты настолько любишь Шекспира, что пошел за мной в парк? — Ясное дело, Мишель шутила, но похоже Питер этого не понял. Он опять начал запинаться и ворчать что-то себе под нос. Джонс драматично застонала и отвернулась в другую сторону.        Не смотря на землю, Питер со всего размаху вступил с лужу, обрызгав при этом и себя и Эм-Джей. — Паркер… — девушка закипала. Который раз её уже всю обдают водой. — Ты реально такой слепой или только притворяешься?! — А-а-ам. Я то ту при чем. Кто такой тупой, что забыл зонт дома?! — Ах, так это я ещё тупая! — девушка вышла из-под зонта и встала напротив парня, загородив ему проход. — Сам то! Кто сегодня в школе споткнулся на ровном месте?! А, Паркер? — По мере того, как девушка говорила, Питер не останавливался и всё шёл и шёл дальше. Эм-Джей ничего не оставалось как идти задом наперед. — Или может ты хочешь сказать, что я глупая, потому что я особь женского пола?! — Мишель… — парень хотел что-то сказать, но девушка его не слушала. — Так вот, что я тебе скажу, Паркер. Девчонки, намного умнее, чем пацаны. Вы только и можете, что языками чесать! — Девушка уже была вся красная как бурак. — МИШЕЛЬ! — проорал вовсю глотку Питер. У Мишель заложило уши и она по началу не поняла причину его крика.        Споткнувшись, девушка со всего размаху полетела на проезжую часть, но в последнюю секунду Паркер успел схватить девушку за руку и рывком потянуть на себя.        Видимо, парень не рассчитал силы, потому что уже через секунду эти двое полетели прямо в лужу.        Если после вы спросите Мишель. В какую самую скользкую ситуацию она попадала, она с уверенностью вам назовет купание в луже.        Ну, потому что можно ли назвать нескользкой ситуацию, когда ты и парень лежите в луже. Ты на нем и вы полностью чувствуете тела друг друга.        Однозначно самая скользкая ситуация в её жизни.        У Мишель в тот момент в голове локализовалась маленькая черная дыра, поглощающая все разумные мысли, оставляя только смущение и стыд.        И, наверное, она бы засосала её всю. Если бы в один момент Питер не заржал во весь голос, заражая смехом ещё и Мишель.

Прочтёшь ли ты слова любви немой?

Услышишь ли глазами голос мой?

       Люди, проходящие мимо, косо глядели на эту парочку и обходили стороной за метр.        А Мишель было хорошо. Лежа на теплом Паркере и улыбаясь до ушей, она чувствовала себя как никогда счастливой.        Видимо, она всё-таки заболела.