Лучший подарок на Рождество

Глава 5 За месяц до Рождества Северус наконец получил с совиной почтой долгожданное официальное письмо из Министерства магии. В послании Северуса Снейпа уведомляли о дате визита членов комиссии по делам несовершеннолетних волшебников. Очевидно, от результатов этого мероприятия целиком и полностью зависело – назначат ли вообще слушания по делу об опеке. Сказать, что Снейп волновался, – значит не сказать ничего. Для начала он притащил с чердака какую-то рухлядь и трансфигурировал ее в детскую кроватку (признаваться министерским чинушам в том, что он спит с Гарри в одной постели, было категорически неправильно) и стеллаж для книг и игрушек. Честно говоря, они с Поттером великолепно обходились и так, но спору нет – комната определенно приобрела куда более уютный и обжитой вид. Гостиная тоже претерпела изменения: фолианты по темной магии и ядам были твердой рукой отправлены на чердак, а их место заняли безобидные книги о воспитании и развитии юных магов. Немного посомневавшись, Северус махнул волшебной палочкой, и на окнах появились синие, под цвет дивана, шторы. Затем настала пора генеральной уборки. Северус навел в их с Гарри скромном жилище стерильную чистоту, какой позавидовала бы самая придирчивая домохозяйка. Накануне прибытия «высокой комиссии» они с Гарри нарядили елку, умудрившись при этом не расколотить ни единого шарика. Вечером Северус искупал Поттера и тщательно вымыл ему голову, несмотря на отчаянные протесты со стороны ненавидевшего эту процедуру малыша. В ту ночь Снейп долго не мог заснуть. Ему было откровенно страшно. Он прекрасно осознавал всю важность завтрашнего дня. Ведь именно по его итогам и решится в конце концов судьба Гарри. «Будь предельно вежлив с ними. Не хами и не взрывайся. Как там советовал Дамблдор? Спрячь в карман свою долбаную гордость и думай только о мальчике!..» *** Ровно в девять утра в дверь постучали. Министерские чиновники проявили сверхвежливость и аппарировали не прямо в дом, а к его порогу. – Так, Поттер, веди себя прилично, если не желаешь попасть в приют! Снейп пригладил Гарри волосы, усадил его на диван, а сам поспешил открыть дверь. В прихожую вошли восемь человек: семь магов и немолодая ведьма. Двоих – Дамблдора и Абраксаса Малфоя – Северус знал лично, еще трое присутствовали на суде Визенгамота в день его освобождения. Остальные были ему незнакомы. – Мы хотели бы осмотреть дом, чтобы убедиться в его безопасности для маленького ребенка, – торжественно провозгласил Малфой. Северус молча сделал приглашающий жест, пропуская их вперед. Волшебники придирчиво озирались по сторонам, отпускали вслух замечания, а один из них держал блокнот, по которому резво скакало Прытко Пишущее Перо. – Стены и потолки недавно покрашены... – Пыли, плесени и паутины не наблюдается... – Ванная комната в хорошем санитарном состоянии... – Имеются специальная посуда и стул для кормления мальчика... – Запрещенных и опасных книг не обнаружено... – Камин огражден Защитными чарами, так же как вход на лестницу и даже елка... – В спальне чисто и довольно уютно... – Есть кроватка, книги, игрушки и детская одежда... Кажется, они остались всецело удовлетворены осмотром. Затем члены комиссии в полном составе спустились в гостиную и расселись на наколдованных Северусом стульях. Снейп полагал, что сейчас ему наконец сообщат дату слушания дела в Министерстве, но не тут-то было. Он подвергся настоящему перекрестному допросу. – Ребенок выглядит жизнерадостным и здоровым. Опишите нам ваш распорядок дня, – обратилась к нему единственная женщина. – Подъем в шесть утра, – начал перечислять Снейп, – умывание, завтрак, потом мы играем и читаем книги, в десять отправляемся на двухчасовую прогулку, когда позволяет погода. В час дня я кормлю Гарри обедом, и он идет спать до четырех. После – полдник, игры, иногда снова прогулка, ужин, ванна и... все. – Режим составлен очень грамотно, – одобрительно закивала пожилая волшебница. – Вам кто-то подсказал, как надо вести себя с маленьким ребенком? – Нет... Я сам... Точнее, нашел в одной из тех книг, – Снейп кивнул в сторону стеллажей. – Похвально, молодой человек. А чем вы его кормите? – Кашами, пюре, супами, котлетами, молочными продуктами. Стараюсь давать яйца, рыбу, фрукты и овощи... хотя он их и не слишком любит. – Где вы научились готовить? – Мои родители умерли, когда мне было шестнадцать лет. Я привык обслуживать себя сам. – Мальчик уже приучен к горшку? – подал голос незнакомый Северусу седобородый волшебник. – Да, – невольно улыбнулся Северус, – у него почти никогда не бывает осечек. Только иногда, если заиграется. – Это совершенно нормально для ребенка его возраста. Какие слова он умеет говорить? Повисла тягостная пауза. – Он молчит, – с трудом выдавил Снейп. – С тех пор как тетка принесла его сюда, он не произнес ни слова. – Вы показывали его специалистам? – Да. Мне сказали... это последствия... – Северус сглотнул, – того, что произошло у него на глазах. И должно со временем пройти. Мне так обещали... – Полученное от Темного Лорда Убивающее проклятие как-то сказывается на здоровье мальчика, исключая его немоту? – прозвучал новый неудобный вопрос. – Нет. Во всем остальном он абсолютно здоров. – Но по нашим данным двадцать четвертого декабря тысяча девятьсот восемьдесят первого года вы обследовали его в больнице Святого Мунго. По какой причине? «А что же ваши доносчики не сообщили вам причину?» – едва не вырвалось у Северуса. Он бросил негодующий взгляд на Дамблдора, но тот еле заметно отрицательно покачал головой. Альбус призывал его к сдержанности. Снейп так хорошо выдержал это испытание... Было бы смертельно обидно сорваться у самого финиша. – У Гарри поднялась температура, – спокойно объяснил Северус, – я не знал почему и запаниковал. Оказалось, что у него просто резались зубы. С тех пор он ни разу не болел. – На что вы с ним живете? – один из волшебников, присутствовавших в зале суда Визенгамота, внимательно посмотрел на Снейпа. – Я зельевар. У меня контракт с аптекой мистера Малпеппера. Он поставляет мне частные заказы. – Лаборатория расположена здесь? В этом доме? – с тревогой спросила пожилая колдунья, оглядевшись по сторонам, точно опасалась увидеть кипящий котел прямо посреди комнаты. – И вы берете туда ребенка? – Лаборатория расположена в подвальном помещении. Вход запечатан мощнейшими заклинаниями, и Гарри не сможет попасть в нее без моего ведома, – выпрямился на своем стуле Северус. – Значит, когда вы работаете, Поттер остается совершенно один? – каверзный вопрос задал все тот же волшебник, очевидно, вознамерившийся положить конец почти идиллическому общению Северуса и членов комиссии. – Я никогда не работаю, если Гарри бодрствует, – парировал Снейп. – А позвольте тогда поинтересоваться, когда же вы сами спите? – Мне хватает трех-четырех часов сна. Кроме того, я успеваю отдохнуть днем вместе с мальчиком. – Ну что ж, мистер Снейп, – Абраксас Малфой поднялся, и все прочие члены комиссии последовали за ним, – мы вполне удовлетворены увиденным. Через неделю вас пригласят в Министерство магии для вынесения окончательного решения по делу об опекунстве над несовершеннолетним волшебником Гарри Джеймсом Поттером. *** – Давай, Гарри, ешь свое печенье. Нам уже скоро пора отправляться в Министерство. Поттер откусил кусочек от третьей печенюшки и взял в ручку четвертое. – Мерлин, какой ты жадный! – притворно вздохнул Северус. – Вот, возьми еще одно, вдруг я передумаю и отниму его у тебя. А я непременно так и поступлю, если меня не назначат твоим опекуном. Стану я, что ли, задаром кормить такого оглоеда... Снейп намеренно хорохорился. Он был почти уверен, что произвел благоприятное впечатление на членов комиссии. И надеялся, что дело решится в его пользу. Однако по своему небольшому, но печальному жизненному опыту Северус знал, что все и всегда могло сорваться в самый последний момент. Он облачился в лучшую имевшуюся в его гардеробе мантию, надел на Гарри выходной костюмчик, специально купленный в Косом переулке, затем взял ребенка на руки и шагнул в камин. В Атриуме в этот ранний час было немноголюдно. Северус дал Гарри несколько минут полюбоваться Фонтаном Магического Братства и огромной, роскошно наряженной елью, а потом решительно направился к лифтам. Решетки с лязгом задвинулись, и Гарри испуганно прижался к Снейпу. – Не трусь, Поттер, – прошептал тот прямо в ухо мальчику, – вот покончим с этим делом и отправимся к Фортескью объедаться мороженым. Ты же любишь мороженое? А вечером мы зажарим индейку и будем с тобой справлять Рождество как настоящая семья. – Второй уровень. Отдел магического правопорядка, – провозгласил женский голос у них над головами. Через пару минут, когда Снейп уже собирался толкнуть дверь в нужный ему кабинет, в глубине коридора послышались громкие крики. – Я этого так не оставлю, Альбус! Ты намеренно скрыл от нас правду о Гарри, и вот теперь его отдают непонятно кому! – надрывалась какая-то женщина. – Ну почему же непонятно... Очень даже понятно кому, – пытался оправдаться Дамблдор. – Северус целый год был на испытательном сроке и удовлетворил все требования комиссии по делам несовершеннолетних волшебников. – Это потому, что ваша комиссия – кучка стариков, абсолютно не разбирающаяся в воспитании детей! – вопли раздавались уже совсем близко. – И вообще, как ты мог так обмануть нас? Ведь я спрашивала тебя о Гарри. Спрашивала, хорошо ли ему живется в новой семье? И ты солгал, глядя мне в глаза. Ты сказал, что с мальчиком все в порядке, что он находится у родственников Лили, и они заботятся о нем. А ты... Из всех возможных кандидатов в опекуны ты выбрал наихудший вариант. Снейп ненавидел Джеймса во время учебы в Хогвартсе. Наверняка у него был настоящий праздник, когда Тот-Кого-Нельзя-Называть убил Поттеров. Не сомневаюсь, он начнет отыгрываться на Гарри, как только он немного подрастет, или воспитает из него такого же темного волшебника, каким является сам! – в ее голосе явственно послышались слезы. – Скажи спасибо, что я не знала, кому ты отдал ребенка!.. Я бы ни за что не допустила подобного! Я бы лично обратилась в эту вашу комиссию с требованием усыновить малыша. И даже если бы твой Снейп и был самым добропорядочным волшебником... Сколько ему... Девятнадцать? Двадцать? – Ему уже скоро двадцать три, и он прекрасно справляется с Гарри. Кроме того, год назад Джинни была еще слишком мала, и я просто не осмелился взвалить на вас с Артуром такую ношу. – Ты не дал нам ни единого шанса. Ты предпочел нам, твоим соратникам по Ордену, мальчишку, Пожирателя смерти. Если бы Арчи случайно не проговорился Артуру о том, что сегодня вынесут окончательное решение по вопросу об опекунстве над Гарри, я бы вообще ничего не узнала! Я этого так не оставлю... Я буду апеллировать... Я... – она осеклась, встретившись взглядом с Северусом, – ...отберу у него Гарри. В нормальной семье ему будет гораздо лучше... – Тогда сделайте это прямо сейчас, – безжизненно произнес Снейп. Пока длилась перепалка, он вдруг с ужасом понял: возможно, эта крикливая женщина права. Он – вчерашний подросток, к тому же темный волшебник, а значит, практически пария, все еще носящий на левом предплечье позорное клеймо своего безумного Хозяина. Сумеет ли он вырастить Гарри хорошим человеком? Да, он, несомненно, привязался к мальчику. Даже, скорее всего, полюбил его, но достаточно ли этого? Уизли смогут подарить Гарри дом, полный детских голосов, у него появятся мать, отец, куча братьев и сестра. На дни рождения и праздники они с трудом будут умещаться за столом. А что предложит ему Северус? Унылое существование двух абсолютно одиноких, никому не нужных в этом мире людей? – Что с вами, Северус, как вы можете отказываться от Гарри сейчас, когда вы почти получили право называться его опекуном?! – Дамблдор с ужасом уставился на него, словно перед ним вновь возник Темный Лорд. – У семьи Уизли Поттеру будет лучше, – Снейп ощущал, что у него подкашиваются ноги. Гарри, которого он держал на руках, вдруг сделался прямо-таки неподъемной ношей. – Иди ко мне, солнышко, – Молли с улыбкой потянулась к ребенку. – Папа! – отчаянно завопил Гарри, изо всех сил вцепившись в мантию Снейпа. – Папа! Папа! Папа! Папа! Голубые глаза Альбуса наполнились слезами. Лицо Молли окаменело. А Северус... Северус чувствовал, что ему стало тяжело дышать от внезапно накатившего счастья. Теперь уже неважно было, кому присудят опекунство над Гарри, главное – он заговорил! Из двери высунулась голова пожилой ведьмы, наведывавшейся с визитом в Коукворт. – Что здесь происходит? – осведомилась она, обращаясь к миссис Уизли. – Вы что-то хотели сообщить комиссии? – Ничего, – тихо пролепетала та, – мистер Снейп пришел получить свое разрешение на опекунство, а я уже ухожу. *** Когда до бара «Дырявый котел» оставалось каких-нибудь двести метров, Гарри захныкал и попросился на ручки. Северус усмехнулся. – Я понесу тебя, а ты – его? – он кивнул на огромного белого плюшевого медведя, купленного Поттеру на Рождество. Разумеется, игрушку можно было уменьшить заклинанием и попросту засунуть в карман мантии, но Гарри так умильно приговаривал: «Большой мишка», – что Снейп не решился его расстраивать и оставил все как есть. – Значит, договорились. Я несу тебя, а ты – свой подарок. Хорошо? – Хорошо! – Гарри радостно закивал головой и с удобством устроился на руках у Снейпа. – Папа, – добавил он, прижавшись щекой к его щеке. Косой переулок на миг расплылся от навернувшихся на глаза слез. Северус машинально полез в карман за носовым платком, и его пальцы наткнулись на плотный лист пергамента, на котором всего час назад Абраксас Малфой вывел своим витиеватым почерком: «Северус Снейп – опекун Гарри Джеймса Поттера...» Дома они зажгли свечи на елке. Пока жарилась индейка, успели собрать из подаренного Дамблдором конструктора весь Хогвартс, а потом, сытые и довольные, так и уснули на синем продавленном диване. Снейп, Гарри и огромный белый медведь...

***

Наши дорогие, любимые читатели! Если вам понравился этот фик, большая просьба нажать на кнопки "Прочитано", "Понравилось". Авторам будет очень приятно, если вы таким образом оцените наш труд.