Молодые львы

Здесь сегодня будет жарко, чтобы ворон там не каркал На Олимп иду без контрамарки. Сердце скачет, цель маячит. У судьбы куплю удачу. Кровь со льдом возьму себе на сдачу. В Академии учат быть героем. Образцом для подражания, символом добра и справедливости. В Академии учат спасать других. Спасать себя не учат нигде. Шото самостоятельно учится закрывать бреши своей пожеванной уже душонки. Методом проб и ошибок учится разделять тех, кому стоит доверять, и тех, кто этого не заслуживает. Тодороки знает, что должен делать, но вопрос «как» маячит на горизонте, словно приклеенный. Шото учится ошибаться. В Академии учат быть героем и спасать-спасать-спасать. Побеждать врагов на поле битвы. В Академии не учат тому, что побеждать больно. Никто не рассказывает юным героям, что у богини победы, в общем то, давно нет головы. Потому она требует себе чужие головы. Сечет на право и на лево, примеряя и выбрасывая без жалости бракованное. Все это Шото чувствует на своей шкуре, глядя на кровавое ледяное крошево, вдыхая запах горелого мяса. Шото учится всегда держать марку, как дорогой коньяк. Прихерачивать маску невозмутимости к месту и на совсем, не сползет, не откроет душевные язвы. Шото учится распинать свои ценности и совесть на крестах ради чужих жизней. Шото, в общем то, уже плевать, что у богини победы нет головы. Что за радость быть в резерве? Успевает только первый! Эта фраза мне щекочет нервы. А я такой сегодня шустрый, как сказал бы Заратустра, На вершине без меня так пусто. В Академии учат быть сильным. Это Бакуго умеет с рождения. Господь, кажется, пихал эту силу в него даже тогда, когда лезло из ушей. В Академии учат сражаться. Этому Кацуки научился раньше, чем ходить. В Академии учат верить. Этого Кацуки не понимает и не хочет уметь. Бакуго рвется зубами и когтями к такому желанному первому, пьедесталу, доказательсву его силы-особенности-ахуенности. И когда оказывается там – не знает что с этим делать. Никто не говорит, что на вершине пусто. Даже когда он до нее доходит – там все еще пусто. Быть одному Бакуго тоже никто не учил. Кацуки учится быть первым. Дойти до вершины – еще ничего не значит, оказывается. Бакуго учится убивать. Быстро, без злости, без мести, милосердно, хладнокровно. Ведь Герои не любят убивать. Ведь Герои скорбят об убитых, пусть даже врагах. Бакуго учится убивать себя. В Академии учат работать несмотря ни на что. Бакуго учится терять контроль с каменным лицом. Бакуго учится не-терять-контроль. Хьюстон не поможет решить проблему. Кацуки учится откладывать желание охуеть от боли в долгий ящик. В Академии учат отдавать все, ради победы. Бакуго знает, что его жизнь – меньшее, что эта победа может потребовать, своей головы ему не жаль. Кацуки учится закрывать сердце на тысячи замков и никого не любить. Кацуки учится тому, что «все» для него – слишком много. В Академии учат доверять друзьям и коллегам. Никто не учит их терять. Никто не учит жить дальше. Пусть надо мной заносит время плеть... Я так хочу успеть... Я так хочу успеть… В Академии учат успевать во время. Мидория знает, что времени у него нет. Смотрит на тощий скелет Яги в гробу и знает, что конец у него будет такой же – холодная могила и крышка гроба перед носом. Мидория учится ценить время. Но совершенно забывает ценить себя. Изуку учится ошибаться. В Академии учат не совершать ошибок. Никто не объясняет, что делать, если уже ошибся. Деку учится быть заменой Всемогущего, Мидория учится забывать себя и быть тем, кем окружающие хотят его видеть. Академия учит отдавать себя, и Мидория швыряет себя людям, не заботясь, что останется после. В Академии учат, что пример Всемогущего – это правильно. Изуку хороший студент, отличник. В Академии учат быть символом. Успокаивать людей одним видом. Одним взглядом. Улыбкой. Мидория улыбается. Честности в этих улыбках нет ни-хе-ра. Но люди верят. Изуку учится врать. Прикладывать к чужим ранам свою фальшивую улыбку, что подорожник. Изуку учится притворяться, что его улыбки исцеляют. Никто не учит улыбаться искренне. В бой идут молодые львы, Им плевать, что у богини победы нет головы..