Полукровка не может быть царем

Вступая в бой на огненной арене под крики многотысячной толпы, выплескивая с каждым ударом невыносимую боль от смерти матери, в которой винил сухопутного старшего брата, и страх, что однажды придет чужак-полукровка, которому повезло родиться первым, и отнимет Его Престол, Орм твердо знал, что убьет брата. Вынужден будет убить, чтобы не допустить дальнейших посягательств. Пока жив первенец Атланы, трон под Царем Ормом всегда будет шатким. Ему никогда не стать полноправным правителем, имея ещё одного единоутробного претендента на высокий титул. Чего он никак не мог предсказать, так это вынужденного преждевременного завершения поединка ввиду несостоятельности соперника держать трезубец. Что Аквамен вдруг зависнет в воде, как призрак давно покойного Царя Атлана, даже не потеряв сознание от очередного мощного удара, что польстило бы самолюбию Орма, но в тот момент, когда они взяли кратковременную передышку, расплывшись по разным концам арены для набора скорости в предшествии нового сокрушительного столкновения. Это могла быть уловка. Это должна была быть уловка недостойного наполовину человека, который на глазах у всех атлантов струсил столкнуться с Ормом честно, но когда Орм подплыл поближе, соблюдая осторожность, готовый в любой момент отразить внезапную атаку, глаза брата оказались закрыты, лицо безмятежным, как море после урагана, а сам он начал медленно погружаться вниз к заполненному лавой дну. Этого Орм допустить не мог. Как и поднять трезубец на неспособного защититься брата. Много ли в этом чести? У Орма быстро сформировалась идея получше. - Жители Атлантиды, вот оно доказательство ущербности человеческой природы! И величие царской милости истинного правителя океана! Мой брат не смог выстоять даже до конца поединка. Достоин ли столь слабый претендент смерти от моей руки? Я милостиво дарую полукровке своё царское прощение за его необоснованную дерзость! После такого Атлантида никогда не признает полукровку, даже если Артур по какой-то причине останется единственным претендентом на престол. В прекрасном подводном царстве не ценится слабость. Атланты способны на жалость и милосердие, но не в отношении своего Царя, которому должно быть несгибаемым, сильнейших из сильных, первым воином - защитником Атлантиды. И когда толпа взорвалась одобрительными возгласами, славящими Орма, и овациями, Орм подхватил на руки бессознательное тело брата, и, развернувшись, направился в сторону одной из своих резиденций. И никто не заметил под искусной маской хладного величия обеспокоенности на самой глубине льдистых царских глаз.