getting closer

Сунён всегда был откровенно плох в том, чтобы сделать правильный выбор. Если ему приходилось выбирать, то он всегда, буквально всегда, ошибался. Он предпочитал выбора просто не иметь. И он бы отдал всё, что угодно в этом мире, чтобы сейчас выбирать его никто не заставлял. Чан опускается на колени перед ним. Кладёт руки на икры, хитро улыбается, словно лис, смешливо щурится своими раскосыми глазами, гладит щиколотки, прижимается щекой к бедру, горячо выдыхает. Чёрт возьми, Сунён же просто сел за стол попить сока. Если бы кто-то зашёл на кухню и увидел, чем занимается макнэ, сидя под столом в ногах своего хёна... а, впрочем, неважно. Губы Чана — просто произведение искусства. Его рот, влажный и горячий, и для Сунёна в эту секунду нет ничего лучше чановского рта. Сунён говорит ему остановиться с бесполезной мольбой, потому что на самом деле совершенно не хочет, чтобы Чан останавливался. Всё резко прекращается ровно в ту секунду, когда хлопает входная дверь. Чан быстро застёгивает Сунёну молнию на джинсах и вылезает из-под стола с довольной улыбкой во все тридцать два. Сунёну так хуёво и так ахуенно одновременно. Он не замечает брошенного на них с Чаном взгляда узких глаз, не реагирует, когда Джихун всё же сквозь сжатые зубы спрашивает, что здесь произошло. — Просто пришёл попить сока, — отпивая из стакана Сунёна, бросает Чан, довольный реакцией не оклемавшегося хёна, но, Сунён чувствует, не довольный присутствием на кухне Джихуна. Чан не собирается делиться Сунёном. Особенно с этим коротышкой Джихуном, о чём он уже заявлял, и не раз. Когда же Сунён определится... И Сунён готов бы выбрать Чана, но сто́ит только ему подумать об этом и точно решиться, как обычно всем недовольный Джихун садится к нему на колени в самой развратной позе, ластится, как кошка, и даже не краснеет, всё такой же непроницаемый и хмурый, но всё равно непозволительно близкий. Только к нему, к Сунёну. Особая привилегия. Неимоверно льстит. Джихун холодный, как лёд, но в тоже время горячий, почти раскалённый. Он обжигает сам, но не даёт обжечь его. От Джихуна Сунён всегда шипит. Чан — взбалмошный экспериментатор. Чан берёт хитростью. Джихун осторожный до жути. Но Джихун берёт контрастами. Сунёну же выбирать совершенно не хочется. Джонхан перебирает пальцами его волосы и говорит, что, чем раньше — тем лучше.