Рождественский подарок

Это могло бы стать их первым совместным Рождеством. Ёлка была наряжена, капелла поставлена, какао закуплено с запасом на несколько дней, но вот одна проблема: Рождество — праздник семейный, сплачивающий, а Брендон с Сарой — вот незадача — поссорились незадолго до самого кануна. Ссора вспыхнула из-за вещи незначительной, потом затронула давние раны и не обсуждённые темы и, в конце концов, переросла в настоящее соревнование «Кто сильнее уничтожит другого», а потому ругались они долго и громко. Окончилось всё тем, что Сара гневно ушла собирать вещи и, напоследок крикнув «Всё кончено, Ури!», нарочито громко хлопнула дверью и отправилась ловить такси. Это Рождество Сара проведёт с родителями. И она, наверное, больше к нему не вернётся. А Брендон… что ж, эти выходные ему суждено провести наедине с собакой. Он раздражённо плюхается на диван, когда к нему подбегает Богарт. — Привет, приятель, — опустошённо говорит он и треплет по голове ластившегося пса. Тот немного скулит, садится на задние лапы, склоняет голову на бок и будто вопросительно смотрит. — Я знаю, чувак. Мне тоже грустно, — Брендон вздыхает. Настроение праздновать Рождество начисто пропало. Во-первых, он никогда не проводил его один. С ним всегда кто-то был: семья, друзья, группа… Райан. А во-вторых, ссора выбила из него все силы и эмоции. Ругань и ссоры он не любил, но постоянно их устраивал. Не специально, конечно. Но так получалось. Ещё было только семь часов вечера, но Брендон, чувствуя себя полностью эмоционально опустошённым и выдохшимся, отправляется наверх в спальню. Он устало падает на кровать, а затем утыкается щекой в подушку. Нащупывает рукой телефон и лениво открывает все приложения подряд. В конце концов, открывает твиттер и пишет всего два слова: «Одинокое Рождество». Недолгое время он ещё пытается развлечь себя соцсетями, но, в конце концов, засыпает от скуки и усталости. На следующее утро его будит звонок в дверь. Он сонно моргает, хмурится, поднимается на локтях. Раздаётся ещё один, более продолжительный и даже настойчивый, звонок. Брендон торопливо натягивает одежду под звоночные трели. Он рассеянно думает, что, возможно, это Сара вернулась. И, если честно, то от мысли об этом становится не столько радостно, сколько, скорее, тоскливо. Возможно, разрыв отношений для них — и правда лучший вариант. Когда он слышит, как в дверь звонят в очередной раз, он не выдерживает и кричит громкое «Да иду я!», хоть и сомневается, что его услышат. Тем не менее, по ту сторону двери и правда перестают. Брендон торопливо спускается по лестнице, едва не поскальзываясь; перепрыгивает последние две ступеньки и бежит к двери. Нервно крутит ключи, сначала даже не в ту сторону, наконец, отпирает дверь и, уже ожидая увидеть Сару, внезапно замирает. Моргает, пытаясь удостовериться, что ему не мерещится. Райан. Райан Росс. Его Райан Росс. В дурацкой зимней шапке с огромным красным помпоном на верхушке. Серьёзно, он едва ли не больше его головы. Стоило Брендону только открыть дверь, как Райан тут же накидывается на него с объятиями. Брендон даже не понимает сначала. — С Рождеством, — легонько улыбаясь, говорит он, отстраняясь и держа Брендона за плечи. — Что ты тут делаешь? — тут же выпаливает тот вместо ответа. — Ты не рад мне? — всё так же улыбаясь, спрашивает Райан. — Я… — начинает Брендон, но останавливается, не зная, что сказать. Рад ли он? Если бы он знал. — Я пройду, ладно? Это тебе, — невозмутимо продолжает Райан и вручает Брендону в руки свёрток, который до этого держал. А Брендон его даже и не заметил. Он, всё так же ошеломлённо, сжимает его в руках и смотрит на Райана, снимающего куртку и оставляющего ботинки на пороге. — Зачем ты пришёл? — всё же собирается с мыслями Брендон. — Давай не сейчас? — просит Райан и извиняюще улыбается. — У тебя есть камин? — Эм, — отвечает Брендон. А затем смиряется. — Да. Только его нужно зажечь. — Не проблема, я разберусь, — отвечает Райан и идёт в гостиную. — Тут многое изменилось с прошлого года, — замечает он, кидая брёвна и свёрнутые газеты в камин. — Конечно, — пожимает плечами Брендон, заходя в комнату. Усаживается на диван и кладёт руку на его спинку. Наблюдает за Райаном, разжигающим камин. Когда он заканчивает, и вспыхивают яркие языки пламени, из другой комнаты прибегает Богарт. — Хей, приятель, — смеётся Райан, усаживаясь перед ним и чеша за ухом. — Помнишь меня? — пёс громко гавкнул, будто соглашаясь, и начал активно вилять хвостом перед Райаном. — Похоже, что да, — и улыбается. Брендон наблюдает за этим с дивана и думает, что вот так у них всё и могло быть. Они вдвоём в гостиной в канун Рождества, сзади потрескивает камин, а рядом бегает их собака. Он слегка потряхивает головой, будто пытаясь убрать мысли из головы. Он и не заметил, как Райан отошёл сделать какао, но, отрываясь от фантазий о возможной их семейной жизни, если бы не одно лето, видит, как тот возвращается с двумя большими кружками ещё дымящегося напитка. — Какао? — приподнимает Райан кружки в руках, показывая их. — Никогда не откажусь,— отвечает Брендон и тянется за своей. Кружка горячая, как уголёк, но Брендон стойко переносит это и слегка дует в кружку, после чего отпивает несколько глотков, а потом всё же морщится и высовывает язык. — Горячо, — жалуется он. — Ты ведь знал это, — посмеивается Райан, разумно отложивший остывать своё какао на столик. — Ну и что, — обиженно протестует Брендон. — Ничего, — улыбается Райан, и Брендон, смотря прямо на него, чувствует, что в груди всё ещё что-то болезненно сжимается при виде такой улыбки Райана. — Эм, — прокашливается Брендон, — хочешь посмотреть «Один дома»? — О, чёрт, да, — тут же соглашается Райан, чувствуя себя немного неловко от прямого зрительного контакта с Брендоном — до этого то один, то другой отводили взгляд куда угодно, только бы не смотреть прямо в глаза. Впрочем, на самом фильме они долго своё внимание не концентрируют. Брендон тащит две гитары, и они дурачатся, играя классику Рождества, типа Last Christmas или All I Want For Christmas Is You. За час они съедают, вероятно, весь запас печенья (а потом даже пекут ещё), что был дома у Брендона, и выпивают не одну кружку какао. Нацепляют на Богарта рождественский венок и смеются, наблюдая за ним, бегающим так по всему дому. В какой-то момент Райан тащит его на задний двор и они бросаются друг в друга снежками, а потом греются под одним пледом в гостиной, сидя перед камином. — Хороший день, — счастливо улыбается Райан, отогревая пальцы, вытягивая их вперёд — поближе к камину. — Да, — с энтузиазмом соглашается Брендон, но потом, кое-что вспоминая, становится серьёзнее и задаёт вопрос, который интересовал его с самого начала: — И всё же, почему ты пришёл? Райан немного колеблется, но всё же отвечает: — Я увидел твою запись в твиттере и подумал, что ты не должен проводить Рождество в одиночку. Ну и, вообще-то, запись Сары тоже. — Запись Сары? — непонимающе переспрашивает Брендон. — Ну, да. О вашем разрыве, — нехотя поясняет Райан. — О, — только и говорит Брендон.— Я не видел. — В любом случае, — спешит перевести тему Райан, — мне стало жаль. И я подумал, что, ну, ты ведь никогда не праздновал Рождество в одиночку. И… и вот я здесь, — будто извиняясь, продолжает он. — Извини, если помешал. — Нет, — мотает головой Брендон. — Всё хорошо. Это было лучшее Рождество. Спасибо, — искренне благодарит он и смотрит на Райана. Тот смотрит в ответ, но в итоге не выдерживает и отворачивается: — А-а, боже, не смотри на меня так. Это смущает. — Как? — Так, что мне хочется тебя поцеловать, — выпаливает он. — Прости, — и выдыхает. — Я не должен был это говорить. Просто… это тяжело. Знаешь, я… думаю, я всё ещё люблю тебя, — вымученно смотрит на Брендона, который выглядит удивлённым. — Боже, прости. Забудь, что я сказал. Брендон не отвечает, и только целует его. Не как раньше. По-другому. Медленно. Нежно. Почти извиняюще, если так вообще можно сказать о поцелуе. Райан выглядит удивлённым, когда они отстраняются, но ещё раз притягивает Брендона за шею. А тот отвечает. — Что нам делать? — спрашивает Райан Брендона, отрываясь. — Мы… можем попробовать заново? — неуверенно предлагает он. — А Сара? — сомневается Райан. — Мы не подходим с ней друг другу. Никогда не подходили, — отвечает Брендон. И вновь целует. На этот раз — никаких сомнений. Они начнут новую главу для себя. Заново. Набравшиеся опыта и простившие друг другу ошибки. Вместе.