Месть по-слизерински

      Хогвартс — самое безопасное место во всей магической Британии! Хм-м-м-м… спорное утверждение. Для кого оно безопасное? Северус был уверен, что исключительно для директора сего заведения; для всех остальных, включая директорских любимчиков — гриффиндорцев, безопасностью в этих стенах даже не пахло. А уж для слизеринца и полукровки, которого с первого курса всякие-разные дебилы считали темным магом, Хогвартс вообще был девятым кругом Ада. Северус заколебался противостоять четверке безбашенных «мародеров», что устроили на него охоту с полного попустительства дорогого директора Дамблдора.       После последнего, самого страшного (додумались же малолетние идиоты подставить его оборотню!) происшествия, Северус решил, что мстить так, как он делал это раньше — не вариант. Да, Поттер и Ко частенько попадали в больничное крыло, то снимая проклятия, которыми щедро их одаривал Северус, то выводя из организмов разные интересные зелья, которые Снейп изобретал специально для них. Но в этот раз они перешли все мыслимые и немыслимые пределы, посему и месть должна была быть соответствующей.       Первым шагом был разговор с Римусом Люпином. Снейп, напившись умиротворяющего бальзама, чтобы не дрожать от ужаса перед оборотнем, хоть тот и пребывал в человеческом обличии, остановил старосту Гриффиндора в коридоре, подловив его в одиночестве. — Люпин, угомони своих дружков, — потребовал Северус. — Ты понимаешь, что они из тебя едва убийцу не сделали? Про себя я вообще молчу. — Извини, Снейп, — Люпин имел совесть опустить глаза, — я попробую, конечно, но они меня навряд ли послушают.       Северус, дослушав Люпина, презрительно хмыкнул и ушел, взмахнув полами заношенной мантии. Вторым шагом в планах стоял разговор с деканом Гриффиндора, профессором МакГонагалл. — Профессор, вы знаете, что случилось в это полнолуние? — задержавшись после урока, Северус подошел к преподавательскому столу. — Да, директор рассказал мне, мистер Снейп. И, хочу вам сказать, что в этом неприятном происшествии есть и доля вашей вины, — МакГонагалл недовольно поджала губы, оглядывая слизеринца, из-за которого у ее любимчиков могли быть нешуточные проблемы. — То есть, вы не собираетесь их наказывать? — Это не ваше дело, мистер Снейп, — отрезала профессор и указала студенту на дверь.       Посещения директора в планах Снейпа не было. Он уже выслушал его сентенции сразу после нападения. Тот, как обычно, лил много воды, угощал сладостями и чаем, и вещал про прощение, всеобщую любовь и вторые шансы, вперемешку с завуалированными угрозами. Нет! Выслушивать этот бред второй раз Снейп не собирался. Дальше была месть.       Травить и проклинать «шутников» в этот раз Северус не собирался — пройденный и безрезультатный этап. Посему он решил, что с наказанием гриффиндорцев лучше самих гриффиндорцев никто не справится. План был намечен, оставалось претворить его в жизнь!       Аргус* Филч — полностью оправдывал свое имя. Пронести что-то мимо его бдительного взгляда было почти нереально. Как только не изгалялись старшекурсники, чтобы контрабанду, состоящую в основном из огневиски и сливочного пива, внести на территорию школы — пустая трата времени. Если Филч не изымал ее сразу, то его неизменная спутница, миссис Норрис, находила спрятанное лучше любой собаки-ищейки. Но Северусу не нужно было проносить алкоголь в Хогвартс. Вернее, ему нужно было пронести картину с натюрмортом: вино, ваза с фруктами, сыры и дичь. Так что он даже не сильно прятался, просто обернул раму плотным полотном. И пусть на это ушли трудом заработанные на варке зелий деньги, но… Месть.       Полная Дама, охраняющая вход в гриффиндорскую гостиную, как и любая другая женщина, была падка на лесть и ухаживания, а еще любила выпить и вкусно закусить. Заманить Даму на картину с натюрмортом, а после пообещать регулярно обновлять ассортимент на ней — дело пары часов. Тем более, что «милый мальчик», хоть тот и слизеринец, не пытался проникнуть на охраняемую территорию, а хотел всего-навсего сменить пароль. Северус поклялся Магией, что никогда не попытается воспользоваться этим паролем, и никому его не скажет. Жизнь у жителей картин скучная, и от предстоящего развлечения, а так же от чудесного натюрморта, Полная Дама отказаться не смогла, да и не захотела. Итак, пароль был придуман и одобрен Дамой, и шалость началась! На рождественские каникулы гриффиндорцы покинули школу все до единого, а когда вернулись… — Это шутка такая? — возмущались гриффиндорцы. — Мы требуем сменить пароль! — Нет, — хорошо поставленным голосом отвечала Дама, — Это новый пароль. Или называйте его, или ночуйте в коридоре.       Вскоре за входом в гриффиндорскую гостиную следила едва не половина представителей трех других факультетов. Потому что, чтобы войти в гостиную, каждый должен был назвать пароль. Каждый. Дама пропускала только по одному. А еще через пару недель по Хогвартсу поползли сплетни, что виновники этого издевательства — четверка «мародеров». Как и чем их воспитывали гриффиндорцы — неведомо, но стали они тихими-тихими. Никого не задирали, ни над кем не издевались, и вообще, старались не отсвечивать лишний раз. Только иногда, с хорошо скрытой ненавистью, поглядывали на слизеринский стол, где сидел довольный спокойной жизнью Снейп.       Сам Северус бережно хранил четыре фиала с воспоминаниями, в надежде, что когда-нибудь, когда у него появится собственный Омут Памяти, он будет поднимать себе настроение тем, как Поттер, Блэк, Люпин и Петтигрю громко и с выражением говорят Полной Даме пароль: — Гриффиндор — слабоумие и отвага!