Кто-нибудь может найти мне любовь?

      Бен стоит перед дверьми офиса уже несколько минут, не решаясь войти. Его руки дрожат, во рту все пересыхает, он пытается облизнуть губы, но язык наждачкой обдирает нёбо и прилипает к нему. Внизу живота поселяется неприятное ощущение, парень понимает, что, возможно, сейчас стоит в начале нового витка в своей жизни и вот-вот встретит человека, который так или иначе предназначен ему судьбой. Ведь не может же быть всё так символично, верно? Пока разного рода мысли посещают его пустую на данный момент голову, на плечо уверенно ложится чья-то ладонь. — Хэй?       Бен вздрагивает и оборачивается. Ему приходится поднять взгляд, ведь человек, стоявший перед ним, выше его, пожалуй, на голову. — Ты Бен, да? Я Гвилим. Приятно познакомиться! — мужчина протягивает руку, и Бен расслабляется, моментально поддаваясь его очарованию. От него идёт приятная аура, и Бен пожимает его руку в ответ. — Рад знакомству, — только и может выдавить из себя парень. — Что ж, может, зайдём? Мне кажется, нас уже все заждались. Ох уж этот Лондон, сплошные пробки, — Гвилим комично закатывает глаза и улыбается. Бен отмечает, что у его нового знакомого красивые белые зубы и голубые льдинки-глаза, небрежно взъерошенные волосы, он одет в лаконичную и простую одежду. Но какая-то деталь, которую он никак не может уловить, не даёт Харди покоя, словно слово, вертящееся на кончике языка и никак не приходящее на ум. «Кончик языка, точно! Акцент. Да он англичанин!» Бен делает шаг в офис следом за мужчиной и обдумывает мельчайшие детали, которые могли бы доказать, что Гвилим — тот человек, из-за которого все его детство и юность протекали под хиты Queen.       Как ни странно, за столом сидят лишь двое человек, одним из них является Сингер, второй, вероятно, продюсер. — О, здравствуйте, ребята! Пока ждём вторую половину состава, может, хотите чая, кофе, воды? — Чай, пожалуйста, — мужчины одновременно отвечают и, улыбаясь ситуации, кивают друг другу.       Внутри Бена растекается приятное тепло. Но он со странным облегчением отмечает, что это не более чем симпатия к сидящему рядом человеку. Гвилим вызвал у него доверие, они могли бы стать хорошими друзьями, по крайней мере он чувствует себя с ним с первых минут комфортно. Съемки предстоят долгие, им придётся проводить много времени вместе, так почему бы не завести себе друзей?       Бен отпивает горячий чай, любезно принесённый ассистенткой, и собирается ответить на вопрос Гвилима о своих предыдущих проектах, когда в комнату стучат и, смеясь во весь голос, заваливаются Малек и Маццелло. — А вот и вы! — Сингер широко улыбается и приглашает их жестом присесть. — Ох уж эти двое, — Сингер косится на Бена и Гвилима, — знают друг друга уже около 8 лет.       Сердце Бена пропускает удар, потому что именно в момент, когда двое мужчин перешагивают порог, в голове Бена негромко начинает играть «I was born to love you». Глоток чая, что он сделал пару секунд назад, видимо, решает пожить своей жизнью и, поперхнувшись, парень заходится в кашле.       Рами, оказавшись рядом в две секунды, хлопает его по спине и, убедившись, что все в порядке, плюхается на стул напротив Гвилима. Джо садится рядом с ним, оказавшись перед Беном.       Час, который был посвящён обсуждению фильма, Харди запомнил плохо. Он то и дело покашливал в кулак и боялся даже посмотреть на мужчин, сидящих напротив. Ладони потели, мыслей в голове становилось всё больше и больше, желудок неприятно ныл, хотелось поскорее сбежать и спрятаться где-нибудь, где его не будут трогать ещё пару дней, а желательно всю оставшуюся жизнь. Он сдуру ляпнул, что умеет играть на барабанах, вовремя прикусил язык и мысленно ущипнул себя за руку. Нервы были натянуты до предела, не давая возможности обратить внимание на то, как Джо отбивает пальцами ритм мелодии, игравшей у него в голове. Когда первостепенные вопросы были решены и все могли быть свободны, Бен пулей вылетает из офиса и, оказавшись на холодном воздухе, вытаскивает из пачки сигарету и, затянувшись, выпускает изо рта сизый дым. Мысли отступают на задний план, звонкая никотиновая пустота наконец успокаивающе поселяется в голове, и под шум проезжающих мимо кэбов Бен не замечает, как его одиночество нарушается. — Уже вживаешься в роль, ха? — приятный низкий голос заставляет повернуться Харди к его обладателю. — Уже 8 лет как, — Бен возвращает усмешку и протягивает пачку Рами. — Спасибо, бросил давно. И тебе советую. Бен кивает. — Значит, Queen, да? Никогда бы не поверил, что сыграю Роджера мать его Тэйлора, — Бен нервно хихикает и бросает взгляд на Рами, надеясь что что-то — неосторожный излом губ или резко распахнутые глаза — выдадут тайну, которую мужчина может хранить с рождения.       Но тот слабо улыбается и поджимает нижнюю губу. Спокойствие и мерность читаются во всём его поведении, он напоминает Бену чёрного уличного кота, самого себе на уме, плавно потягивающегося под лучами солнца. — А я Фредди, — Малек оглядывает улицу, вздыхает и глядит Бену в глаза, — мы с парнями собираемся в бар, ты как?       Харди не успевает открыть рот, потому что на его плечи ложится чужая рука, макушку обдаёт горячее дыхание, и радостный голос Гвилима сообщает: — Конечно он за!       Бен улыбается и краем глаза видит, как рядом вырастает ещё один человек. Он поворачивает голову и взглядом сцепляется с орехово-зелёными глазами. Джо тепло улыбается ему, и Бен, смутившись, опускает взгляд, стряхивая пепел на асфальт. Сделав последнюю затяжку, он понимает, что оказался в самой наиглупейшей ситуации в своей жизни и, затушив окурок об урну, в два прыжка догоняет удаляющихся парней.

***

      Джо предлагает Рами вместе добраться до офиса. Они встречаются впервые спустя несколько месяцев, но совершенно не чувствуют неловкости, и разговор завязывается о последних новостях из жизней друг друга. Не забывая отметить, как порой удивительна бывает судьба, они вспоминают времена «Тихого океана» и, когда открывают дверь офиса, Рами повторяет давнюю шутку со съёмок сериала, и Джо хохочет от нахлынувших эмоций.       Парень, сидящий за столом, кажется, давится чаем, но Джо не может сдвинуться с места, потому что слышит знакомую мелодию, и вакуум выстраивает вокруг него прозрачный шар. Рами оказывается куда расторопнее и помогает блондину прийти в себя. На ватных ногах Маццелло подходит к столу и пожимает начальству руки, садится напротив парня, и тогда до него доходит, что его судьба, кажется, сейчас вытирает ладонями рот и извиняется, бегая глазами от одного лица к другому. На его щеках пылают розовые пятна, и капелька слюны остаётся в уголке губ. Джо отмечает, что взгляд больших серо-зелёных глаз немного косит, еле заметно, и его сердце сжимается от счастья. Сложить два и два не вызывает трудности, и Джо понимает, что парень намного моложе их с Рами, и всё станет ясно, как только он увидит его дату рождения.       После переговоров он знакомится с Гвилимом и, извинившись, отходит в туалет. Опустив крышку унитаза, он садится на неё и дрожащими пальцами вбивает в поисковую строку Харди, Бен.       Все встает на свои места, когда он видит среди ссылок «2 января 1991 года».