окна трамваев

      Раньше серость этого города чувствовалась не так. Точнее сказать, раньше она не чувствовать вообще. Никакой связи с тем, что ты уехал отсюда, без сарказма, нет.       Это просто два рандомных факта: моя ненависть к тому, во что превратилась моя жизнь за последние полгода, и тот момент, когда ты оборвал почти все связи между нами ещё до того, как исчез отсюда.       Я еду в место, которое я так ненавижу; еду и пытаюсь хоть на пару минут избавиться от чёртовых мыслей, в каждой из которых ты занимаешь отдельное место.       Старый трамвай шумит слишком громко по путям, которые никто и не думает ремонтировать. Его окна грязные, — мало того, что за ними далеко не чисто. Вижу в отражении только себя с синяками под глазами и потухшим взглядом. Да и какая разница, на что смотреть — на город, который мне теперь нахер не сдался, или на свой взгляд, на который я тоже давно забила?       Многие мечты и планы, конечно, остались лишь мечтами. Глупыми, которые рада бы забыть, да сердце всё воет, напоминая. Многие люди, с которыми так хотелось остаться вместе, присоединились к тем мечтам, что теперь воспоминания о них только гниют. Обидно только, что среди тех людей и ты тоже. Не то чтобы мы клялись друг другу в вечной верности. Мы оба слишком круто умели скрывать эмоции и чувства. Самое смешное, что эту войну проиграли мы тоже вдвоём. Ни ты, ни я — никто не остался победившим, потому что оба получили боли столько, что ещё надолго хватит.       Правда — слишком глубокая рана, так пелось в одной песне. Но ты и представить себе не можешь, насколько глубоко она проткнула и так убитое сердце. Правда, которую я так хотела услышать от тебя, а услышала совсем от других людей. И даже тогда — случайно.       Тебе тоже было не плевать.       Если вспомнить: я плакала, надеясь, что ты поймёшь меня. Надеясь, что хотя бы одна строка из всех твоих стихов была мне. Надеясь, что осознаёшь — ты бы на моём месте ушёл тоже. Ты, в общем-то, почти это и сделал.       Ты не сказал мне ни слова, что ни одна строка — они все, — чёрт, были мне. Ты решил, что знаешь меня лучше, чем это было на самом деле. Ты позволил мне поверить, что я смогу всё исправить, и я поверила. Я была почти счастлива, пока не узнала, что это всё было специально. Чтобы просто оставить меня в конце так же, как и я тебя когда-то.       Месть удалась, поздравляю. Мне всё ещё больно. Потому что я никогда не хотела такого конца. И, судя по ещё одному глупому плану — уехать вдвоём, — ты тоже не хотел.       Мы могли бы быть в городе, где нет наших знакомых. Где нет бывших, чёртовых сплетен, друзей-советчиков. Но ты сейчас там один, и это адекватное решение. Эмоций было так много, что тогда, когда это было самым важным, мы их выключали. И должно ли быть стыдно за это?       Я столько раз обещала себе забыть всё это и выкинуть тебя из головы. В списке дешёвых обещаний вот это стоит на втором месте. Знаешь, какое на первом? Обещание попрощаться друг с другом тепло и без ссор, если время прощаться придёт. К херам, в принципе, такие обещания.       Мой взгляд всё так же пуст. Глаза только как-то предательски заблестели на минуту. Я смотрю на отражение в окнах трамвая. Люди рядом не намного веселее меня выглядят.       Тоже очень глупо проебали потеряли любовь? Впрочем, можно и не отвечать.       Стараюсь улыбнуться. Несильно, не по-настоящему, но так будет точно уж лучше. И улыбаюсь окну трамвая. Лучше.       На следующей выходить.