Это наш маленький секрет

      Гэвин Рид ненавидел понедельники. Как всем известный рыжий кот из популярного комикса девяностых, созданный Джимом Дэвисом, он считал, что их сотворил сам Сатана. Конечно, если понедельники куда-то исчезнут, то их место в списке «ненавижу» займут вторники. После выходных всегда следуют рабочие дни, и их нельзя выкинуть в мусорную корзину, словно грязный пластмассовый стаканчик из-под выпитого кофе. Единственное, что хочется сделать — это поскорее вернуться домой. Перекусить, принять душ и посмотреть телевизор, пока наконец не ляжешь спать.       Полицейский департамент Детройта всегда кишел андроидами как грязью, но детектив Рид не считал их за личностей. Для него они стояли на одном уровне с кофеварками или микроволновками, хотя были даже бесполезнее, ведь не умели греть в себе еду или варить кофе. Даже иногда по окончанию рабочего дня, Гэвин специально проходил мимо стойки с глупыми манекенами и задорно щёлкал их по носу указательным пальцем. Те никак не реагировали на это действие, а лишь хлопали стеклянными глазками и желали приятного вечера. Так было всегда, пока в чёрных зрачках, полных безразличия не стало появляться нечто, похожее на обиду. Вот тогда детектив Рид и понял, что скоро произойдут перемены. Большие перемены.       Через некоторое время по телевизору только и крутили нападения девиантов на людей. Канал за каналом, отчего хотелось кинуть пультом в широкую плазму. Гэвин Рид не доверял андроидам с самого начала их существования, но как и ожидалось, произошло то, что он мог предсказать много лет назад, когда прочитал в газете новость о выходе электронных домработниц. Андроиды начали требовать свободу и равные права. «Хер вам в рыло, грязные уроды» — только и крутилось в голове, но эти мысли было запрещено озвучивать на рабочем месте в окружении всё тех же тупых манекенов. Гэвину казалось, что они прекрасно помнят те щелчки по носу и теперь следят за ним, чтобы отомстить и свернуть шею где-нибудь в тёмном переулке, когда никого не будет рядом. Параноиком стать было проще, чем щёлкнуть пальцами. В буквальном смысле.       Но, видимо, только полицейский департамент Детройта был настолько туп, раз не видел никакой опасности, исходящей от его неживых рабочих. Тогда-то и приняли в свои ряды нового робокопа, у которого и кличка была — Коннор. Гэвин не считал гуманным называть обычную вещь именем, подобно тем, какие носят люди. Если и можно было сравнивать андроидов с чем-то живым, то только с собаками. Коннор даже не опровергал данный статус, бегая за дебилом-алкашом-Андерсоном. Это зрелище нельзя было описать иначе, как словом «убого». Видимо, даже лейтенант это понимал, но потерял последние остатки мозга и завел с андроидом если не дружелюбные, то явно товарищеские отношения. Вот тогда Гэвин Рид и понял, что в этом мире почти не осталось здравомыслящих людей, и он мог полагаться только на себя. Собственно, он так и сделал. Промолчал, когда поломавшаяся машина подняла полноценный бунт. Промолчал, когда президент Уоррен договорилась с ним о встрече. Промолчал даже тогда, когда она объявила по телевизору, что отныне у всех кофеварок, пылесосов и тостеров такие же права, как у человека. Вся эта гниль, исходившая от окружения, накапливалась кусками внутри и достигла своего пика в один прекрасный момент. — Смотри куда прешь, ушлепок, — гаркнул Рид, пихнув Коннора плечом. Да, пусть андроид и не мешал пройти, а лишь аккуратно нес огромную стопку документов, достающую до его подбородка, но было бы грехом отойти в сторону перед машиной. Отныне этих наряженных манекенов нельзя было пихать, оскорблять и бить, однако никто не запрещал «случайно» задеть кого-то из них плечом. Благодаря этой самой случайности, Коннор неосторожно повел торсом и вся его ноша, издав характерный шлепок, разлетелась по полу. Некоторые листы улетели чуть ли не за метр. — Вам стоит быть аккуратнее, детектив Рид, — андроид нахмурил брови, но все же опустился вниз и принялся собирать рассыпанную документацию, складывая ее обратно в стопку. Все коллеги по работе посмотрели в их сторону. Пусть никто из них ничего не сказал, но укоризненные взгляды так и тыкали Гэвина со всех сторон, словно он пихнул не бездушную железяку, а человека. Он был не против и понимал, что этих ослов уже не вылечить. — Пошел ты, — с этими словами детектив опустился на свое рабочее кресло. Сходил за кофе, ничего не скажешь. Он не только не получил горячий напиток, но и испортил себе настроение. Даже его дорогая Тина, сидевшая за пару рабочих мест дальше, как-то смущенно поджала губы. Вот от кого, а от нее он не ожидал подобного сочувствия к обычным пластмассовым питомцам, ведь она, как никто другой, понимала шутки из разряда: «Чем отличаются андроиды от мультиварок? Одни — это тупые железяки, а в других можно греть еду».       Америка несется в безысходность, как Титаник, несущийся в айсберг. Только Гэвин понимал, что вся эта любезность до добра не доведет. Андроидам будет мало равноправия и тогда они пустят человечество на скотобойню, как свиней. Даже RK800 — «идеально-проработанная модель» — перестанет смотреть на Андерсона, как на друга. Вот только сам Андерсон слишком тупой и не чует подвоха. Он общается с Коннором на равных, а иногда просто тянет блевать от их излишней дружелюбности. Даже сейчас, когда непутёвая машина принесла стопку документов своему «ненаглядному хозяину», тот лишь улыбнулся, но услышав какую-то фразу, глянул в сторону Рида со злым выражением лица. Херов защитник переоцененной техники.       Половина дня прошла в быстром темпе, а настроение только полетело к чертям. Понедельники не зря самые нелюбимые дни недели Рида. Каждый раз случалось неприятное происшествие, начиная от ссоры на парковке и заканчивая кучей бумажной волокиты. Подобно настроению Рида, его ручка, которая не спеша крутилась в пальцах, упала вниз. Она покатилась по полу и пропала из виду, угодив под стол. Фыркнув не столько от раздражения, сколько от осознания всей безысходности перед вторым днем недели, детектив наклонился, пытаясь нашарить рукой свою пропажу. Вот только пальцы коснулись кусочков мусора и мятых бумажек-стикеров. Видимо, ручка закатилась гораздо дальше, чем он предполагал и проще было взять новую, чем марать руки, но Гэвин уже воспринял случившееся, как вызов понедельника. Он не хотел проигрывать какому-то дурацкому дню недели.       После минуты поисков, пальцы коснулись чего-то. Чего-то, но явно не той пропажи, которая была нужна. Чего-то небольшого и компактного. Вытащив находку из-под стола, Гэвин приподнес ее к глазам. Обычная флешка, которая не отличалась от других. Серый корпус и символика Киберлайф сбоку. Вот только перевернув ее на другую сторону, Рид обнаружил, что принадлежала она Коннору, чье имя, выведенное черным маркером, красовалось на ней. Сам владелец флешки, видимо, тоже только что заметил ее утрату и прошаривал карманы, стоя у своего рабочего стола.       «А вот хрен тебе, мусор пластмассовый» — с этими заключительными мыслями, Гэвин слегка ухмыльнулся и запихнул вещицу в карман. Он не собирался смотреть ее содержимое, а просто хотел помучать Коннора, дабы проучить его за халатность. Может потом, если андроид хорошенько запаникует, то он подбросит ее куда-нибудь. А далее сделает вид, что совершенно непричастен. С этим умозаключением, удовлетворившим его внутреннюю обиду, Рид пробежал глазами по полу, после чего вновь поднял их на Коннора. А тот посмотрел в ответ. Они встретились взглядами, но андроид тут же быстро отвернулся, продолжая выворачивать карманы. Догадался ли? Спустив всё на ту андроидную паранойю, детектив вытащил другую запасную ручку из ящика и продолжил заполнять документацию. Если Коннор и догадался, то пусть подойдёт и попросит, как делают порядочные существа. Но он им не был.

***

      Дома всегда хорошо. Никаких андроидов и никаких осуждений. Единственное, что было хорошего в понедельниках — это отдых после них. Как и после любых других рабочих дней. Гэвин Рид принял душ, хорошо поел и со спокойной душой уселся на диван. Сьюзи запрыгнула к нему и, свернувшись калачиком, тихо замурчала. Такую идиллию было тяжело испортить. Но телевизору это прекрасно удалось. Еще одна причина ненавидеть понедельники? Пожалуйста. СМИ всегда показывали только новости и ток-шоу без темы. Риду хотелось лично плюнуть в лицо человеку, который это придумал. Он целый день зарабатывал на работе геморрой не ради того, чтобы бесцельно пялиться на очередные наигранные разборки. Пытаясь избежать такой участи, Гэвин трижды пролистал пакет каналов, но программы максимум разбавлялись рекламами. Даже Сьюзи перестала мурлыкать и подняла голову, разглядывая помехи на очередном канале. — Да твою мать! — цыкнув языком, детектив Рид со всей силы надавил на красную кнопку пульта, и плазма погасла. Он встал с дивана и, шаркая ногами, вышел из гостиной. Если Сатана создал понедельники, то ток-шоу — это его второе творение. Проблемой было то, что помимо телевидения занять себя было нечем. Сделав пару шагов по коридору, Гэвин остановился на середине и обернулся, разглядывая свою куртку, висящую на крючке. Нет, пусть он и сам понимал, что бессмысленно рассматривать содержание флешки андроида, которая максимум что могла содержать — это разные рапорты и отчёты, но любопытство словно само схватило его за руку и не пускало дальше. Оно получило пару отказов в свою сторону, но всё же смогло заставить Рида вытащить устройство из кармана и сжать в руке. «Докатился» — подумал он, направляясь в свою комнату. Докатился до того, что от безделья сейчас будет копаться в файлах сраного робота. Всё равно что проверять аптечку на наличие гаечных ключей. Но было поздно останавливать себя, когда повернув флешку пару раз, детектив запихнул ее в гнездо ноутбука, который кинул на кровать. Сидеть на стуле ему никак не хотелось — на работе насиделся.       Мысли направились в другое русло, высказывая теорию вдруг-там-что-то-интересное. Может личный дневник или шутки, написанные самим Коннором? Гэвин усмехнулся сам себе, но всю уверенность в этих предположениях разогнала единственная папка, которая называлось «Системной». Теперь точно можно было сказать, что эта флешка нужна исключительно для настройки какой-нибудь конфигурации или еще чего угодно, но не для хранения личной информации. Даже стало обидно как-то. Уже на автомате Рид сделал двойной щелчок и системная папка открылась, демонстрируя кучу других ей подобных с рабочими названиями. И что он только собирался увидеть?       Подперев голову рукой, Гэвина не спеша пролистнул содержимое вниз, пока его взгляд не зацепила папка с названием «Хэнк». «Какая гадость» — подумал он и дважды нажал на нее, ожидая увидеть кучу отчетов, но все что вылезло — одно единственное видео. Сперва Рид подумал, что просто завис ноутбук, но система прекрасно отвечала на его действия. Пошутив про себя, что вся запись посвящена пьянке Андерсона в каком-нибудь баре, детектив улыбнулся и открыл видео. Он ожидал увидеть лейтенанта с бутылкой в руке. Он ожидал увидеть его за работой. Если поразмышлять, то была куча вариантов того, как он мог появиться на записи. Но даже если бы Гэвин озвучил каждую, то все равно ошибся. — Чёрт, Коннор, только без этого, — прошипел сквозь зубы Андерсон, пытаясь закрыть рукой лицо. Он, выпрямившись во весь рост, восседал на ком-то. Совершенно обнажённый, вспотевший и смущённый, он пытался отвернуть голову, чтобы его лицо не попало в объектив. Но кто-то, обхватив руками массивные бёдра, ласково сжимал их. — Не переживайте, лейтенант. Это останется строго между нами. Я делаю запись исключительно для себя, — услышав этот голос, Гэвин на секунду обомлел. Он прекрасно слышал имя андроида, который, если говорить прямо, трахал Хэнка, но тембр был не его. Вернее, андроид больше не пытался говорить формально, а его нотки звучали куда мягче и были пропитаны нежным придыханием. — Зачем? Только не говори, что, — Андерсон не закончил фразу, заменив последнее слово протяжным мычанием, когда андроид сделал резкий толчок. Его мышцы сократились, а губы сжались, пытаясь сдержать все пошлые звуки в горле. В этот момент Рид просто не мог понять, о чём он сам думал. Разум банально не ожидал увидеть, как Андерсон, который на работе сама серьёзность и раздражительность, сейчас закрывает глаза и сдавливает ладонями руки андроида, лежащие на его бёдрах. Он слегка приоткрыл веки и посмотрел в зрачки-объектив, после чего вновь двинулся в такт толчку и прикусил нижнюю губу. В его глазах, всегда полных усталости и отчаяния, сейчас плясали маленькие искорки. — Вы прекрасны, Хэнк. Я не знаю, почему вы так комплексуете по поводу своей формы, но я люблю каждую клеточку вашего тела, — Коннор прошептал эти слова и немного наклонил голову, словно любуюсь Хэнком. Рид сам не заметил, как машинально повторил за ним это действие.       Лезть в дела чужих людей — это последнее дело. Гэвин прекрасно понимал, что он не рассчитывал на такое и стоило бы остановить запись, но зрачки просто прилипли к монитору. Он видел, как рассыпаются его образы. Как то, что он считал обычным и нормальным, переворачивается с ног на голову. Гэвин очень хотел развернуться. Хотел нажать на крестик и заставить себя захлопнуть крышку монитора, но он просто не мог этого сделать. Не хотел. Коннор же был абсолютно прав — Хэнк зря комплексовал из-за формы своего тела. На работе он постоянно носил кофты, висячие рубашки и большие куртки. Поэтому все в департаменте были уверены, что Хэнк толстый. Что у него пивное пузо, выпирающее из-под штанов. Вот только, как оказалось, на самом деле это было далеко не так. Настолько не так, что рука Рида сама собой опустилась вниз, поглаживая стояк сквозь штаны.       Хэнк был большим — это да. У него даже проглядывались мускулы, которые немного заросли лишним весом. Вот только это не мешало Хэнку быть крепким. Без толстого живота. Гэвин даже проклял себя за то, что опустил глаза вниз и посмотрел на эрекцию Андерсона. Даже зависть в горле засела. Чисто мужская зависть. — Знаете, что мне нравится в нашем сексе? — Коннор убрал руки с бедер мужчины и, делая на них опору, поднялся выше, утыкаясь лицом куда-то в район ключиц Хэнка и, судя по звукам, одаривая их поцелуями. — Мне нравится ваш голодный взгляд, когда я останавливаюсь. Мне нравится наблюдать, как вы немного приподнимаете бедра, чтобы принять меня глубже. Вы нравитесь мне полностью. Нравитесь настолько, что я ревную вас к каждому андроиду, который на вас посмотрит. — Не говори так, — прохрипел Андерсон, двигая плечами в такт толчков чужого тела. Рид не видел в нем того самого полицейского, с которым работал. Хэнк больше походил на снятую за деньги девчушку. Давно уже не молод, но Коннора это совсем не волновало. Он был бережен и одновременно полон страсти, что продолжала разгораться с каждым новым движением и вздохом Андерсона. — Разве я не прав, лейтенант? — андроид вновь заглянул в лицо Хэнка, не спуская с него глаз. Свободной рукой, которой он перестал сжимать правое бедро мужчины, Коннор провел по чужой щеке, смахивая большим пальцем капельки выступивших слёз. — Вы сами не представляете, как сексуально выглядите. Вы довольно гибкий и чувствительный для своего возраста. Верно, вы комплексуете, но я не вижу недостатков. Мне нравится ваше тело, нравится ваше лицо, нравится ваша татуировка.       Гэвин стискивал зубы, когда надавливал большим пальцем на уздечку своего члена. Он не хотел признавать, что дрочил на Хэнка. Что скользил ладонью по своему стволу, оглядывая крепкое мужское тело на мониторе. Что облизывал сухие губы, сжимая в свободной руке краешек простыни. Гэвин был уверен — в этом виноваты понедельники. Именно они довели его до того, что Рид (самый натуральный натурал в мире) сейчас удовлетворял сам себя, пожирая глазами Хэнка. Лицо Хэнка. Тело Хэнка. Член Хэнка.       Звуки влажных шлепков ласкали уши. Против своей воли Гэвин представлял, что там, в тёмной комнате, освещенный лишь лунным светом из окна, не Коннор натягивал Хэнка, а он. Он держал его за бёдра и целовал в шею. Он чувствовал, как крепко пальцы Хэнка сжимали его плечи, а горячее дыхание обжигало висок.       Бурная фантазия довела до пика и, обхватив член покрепче, Рид обильно кончил, пачкая экран ноутбука в белых капельках спермы, которые принялись стекать вниз, покрывая собой клавиатуру. И, если не лукавить, это был первый подобный опыт Гэвина. Первый раз в жизни его возбудила не какая-нибудь модель с обложки глянцевого журнала, одетая в откровенный купальник с глубоким вырезом, а коллега по работе, который, к тому же, был мужчиной в возрасте.  — Чёрт бы тебя побрал, Андерсон, — прошипел Гэвин, устало закрывая глаза ладонью, чтобы не видеть окончание чужого секса, хотя звук из колонок продолжал стучать по ушам, тем самым показывая, что конец Хэнка и Коннора наступит совсем не скоро. Далеко не скоро.

***

      Вторник — не понедельник. Весьма логично. После вчерашнего вечера Гэвин пребывал в каком-то смущённом состоянии и не переставал вертеть в руках флешку. С сомнением смотрел на нее и быстрым шагом топал до своего места, желая поскорее избавиться от этой улики. И, какая неожиданность, уткнулся головой. Сперва ему показалось, что он ударился о стену, но перед глазами показался тот, кого совершенно не хотелось сейчас видеть. Тот, чьими глазами Гэвин вчера смотрел на всё происходящее.  — Детектив Рид, будьте аккуратнее, — сказал андроид своим обычным голосом. Не тем голосом, полным сладких придыханий и милых словечек.  — На, забирай, — буркнул Гэвин, пихая Коннору в руки его маленькую пропажу. Пихнул не глядя, желая поскорее избавиться от нее, будто та умела говорить и могла рассказать всему отделу, чем детектив вчера занимался.  — Надо же, вы ее нашли, — Коннор с неким замешательством оглянул флешку, а после посмотрел на Гэвина, что-то анализируя. — И, судя по вашему состоянию, я могу сказать, что вы ее посмотрели.  — Делать мне больше нечего, смотреть на флешки всяких… — врать Рид не умел. Всякий раз, когда его ловили на чём-то подобном с поличным, он начинал нервничать. И Коннор явно это заметил, поэтому даже не дослушал, кто эти «всякие», к каким его хотел причислить детектив.  — Не прекрасен ли?  — Что? — не понял Гэвин, но быстро заметил, что взгляд Коннора изменился. Стал более живым, а в его стеклянных глазах появились какие-то огоньки. Андроид явно сдерживал ухмылку.  — Хэнк. Разве он не прекрасен? В таком возрасте у него настолько гибкое тело, — эти слова прозвучали слишком маниакально. Почти до мурашек.  — Придурок ненормальный, — буркнул Рид и, минуя Коннора стороной, было рванул вперед по коридору, подальше от этого сумасшедшего.  — Детектив Рид, — остановившись после пары шагов, Гэвин все-таки нехотя развернулся. Коннор улыбнулся ему в след и прижал палец к губам. — Никому не говорите. Это наш маленький секрет.