Принцессы не плачут

      Ларри молча склонился и жадно прильнул к шее Салли. Протезник попытался оттолкнуть от себя патлатого, но это было все равно, что пытаться осознать, как хомячки понимают, что они влюбились. Более того, Ларри еще сильнее прижал Сала, а его поцелуи стали напоминать укусы. Из уст Сала доносится тихий стон, который он старался сдержать. Шея оказалась его чувствительным местом. Ларри никак не унимался, а протезник уже не сдерживал свои стоны, и, наконец, осознав в какой ситуации они находятся, что ещё пять минут и Салли на этом же диване изнасилуют, сал, как бешеный, оттолкнул от себя металлиста и даёт ему нехилую пощёчину.        — П-придурок! Ты что тут вытворяешь?! Жить надоело?!  — вбешенстве орал Сал на Ларри, а тот просто сидел и умилялся, всё же, когда на тебя орёт человек, который младше тебя на год, да ещё и ниже тебя на голову, как тут не умилиться.        — Сорян, чел, оно само.       — Ага, само. Ещё пять минут, и ты бы меня отымел прямо тут!        — Ну тут ты прав. Кстати, а принцесса-то и не особо сопротивлялась.        — Ч-чего?! Я сейчас, болван, тебя выгоню!       — Не-не-не. Чел, не надо, я ещё жить хочу. Всё больше не буду…       Сал всё же не мог долго злится на своего приятеля. Он придвинулся к Ларри и просто обнял его, от чего вызвал ступор у художника. Сал сам не понимал, с чем это связано, просто хочется его обнять, вот и всё. Прижать к себе, прикоснуться к нежным волосам, почувствовать его запах и вдохнуть его полной грудью.        — Чел, ты меня провоцируешь.        — З-заткнись…       — Как скажешь, принцесса.       Сал всё крепче прижимал к себе Ларри, ему казалось, что вот-вотон уйдёт, или появится какие-нибудь тварь и уведёт его. Боже, что это за чувство? Ревность? Но ревность не возникает просто так, ей движет что-то другое, но что же это? Сал уже давно не мог вспомнить, что это за чувство. Вроде так знакомо, но в тоже время не изучено и не возникало у Сала ни к чему и ни к кому.       — Чел, и долго ты будешь ко мне жаться? Я так задохнусь и сдохну.       — Ничего… Я просто… Умф, забей.       В ответ металлист что-то пробурчал и просто поцеловал Сала в макушку. Откинувшись на спинку дивана, он прижал Салли к себе и начал гладить его по спине. Оба парня наслаждались этим моментом, но протезник этого не показывал. Ларри он доверился с первого дня. Что-то в нём было. А что— никто не мог понять. Просидев так непонятно сколько времени, парни решили поиграть в приставку, в карты и, конечно же, с Гизмо.Время пролетело быстро, и часы уже показывали 00:13. Ребята всё же решились спать. Вообще Ларри должен был спать на диване, но он был упёртым и заставил Фишера спать с ним на одной кровати.        — Ок, я буду с тобой спать, но можно я хотя бы в душ один схожу?       — Я подумаю…       Говоря эту фразу, Ларри уже натягивал на себя футболку, в которой он собирался спать, и обратил внимание на Фишера, который был уже без своего джемпера. Его тело было худым, рёбра слегка выпирали, а на самом теле были царапины и синяки. Ларри ещё не видел принцессу в полной красе, и все эти тайны создавали ещё большее желание узнать Сала всего.       Периодически в металлисте просыпалась некая потребность овладеть Салли, что бы он смотрел только на него, забыл почти все слова кроме его имени, играл для него на гитаре и просто проводил всё свое время с металлистом. Тем временем Мальвина прихватила свою футболку для сна, полотенце и направился в душ, и, пробыв там около двадцати минут, он медленно вышел из ванной, по телу стекали капли воды и падали на пол, отдаваясь тихим эхом в комнате. На его теле можно было почувствовать сладкий запах геля для душа. Зайдя в комнату, он сразу почувствовал взгляд Ларри на себе либо потому что на нём не было протеза либоиз-за того что на нём была одна футболка.       — Что-то не так?       — Всё охуенно, чел.       Дослушав Джонсона, сал лег к стенке и уткнулся мордахой в стену, а Ларри прильнул к нему и прижал к себе.