В примирении, как на войне

С момента признания Артура законным Царем Атлантиды прошло полгода.

Орм с яростью смотрит в такие же пылающие неприязнью глаза брата, готовый вот-вот вступить в привычную потасовку, из которой, как обычно, никто не выйдет победителем, и вдруг понимает, что в жизни ничего прекраснее не видел собственного брата в зелено-золотых одеждах, восседающего на троне Атлантиды. На Его троне Атлантиды. Орм смаргивает и мотает головой, пытаясь сбросить мутное устрашающее наваждение. Как только он вновь фокусирует взгляд на фигуре брата, глаза Орма, вопреки его сознательной воле, задерживаются на обтянутых золотой броней бедрах брата и Орма, как неприятной магией предательницы-невесты, окатывает с ног до головы желанием. Орм ругается, трет пальцами глаза, отступает на шаг назад и упирается спиной в горячий даже сквозь чешую брони могучий мускулистый торс. Разворачивается. Сталкивается глазами с пылающими глазами брата, - с таким же горящим тёмными недопустимыми желаниями взглядом полукровки. Последними крупицами сознательности, Орм не понимает, что с ними происходит. В следующее мгновение он оказывается распят на троне Атлантиды под тяжестью тела взбесившегося брата. Орм и сам, должно быть, спятил. Как иначе объяснить то, что он сам целует Артура первым? Засасывает, как оголодалый. -------- Они лежат плечом к плечу на троне Атлантиды, изредка кидая друг на друга убийственные взгляды, слишком уставшие, разомлевшие от полученного в отнюдь не братских объятиях удовольствия, чтобы начинать разбирательство прямо сейчас или развязывать драку.