Гей-радар

      Юнги паршиво. Ему паршиво как в моральном, так и в физическом плане. В помещении душно, глаза слезятся от большого количества табачного дыма, а запах алкогольных напитков разъедает слизистую оболочку в носу и чихнуть хочется до невозможности.       Он оперся ладонью о столешницу, выглядя совсем не презентабельно. Последнее расставание с теперь уже бывшей девушкой не подкосило его, оно просто еще раз дало ему знать о том, что он не умеет держать людей возле себя.       Черт с ней, с этой девушкой, она постоянно была чем-то недовольна, если говорить начистоту. И до нее были такие же. То ли у Юнги отвратительный вкус, то ли на него все подобные сбегаются как мухи на мед.       Она дала ему пощечину, и сказала то, что он и так знал без ее помощи. Лишний раз тыкать в это носом было не обязательно. Ты отвратителен, тебе нужен только секс и ничего больше. Юнги, зачем ты заводил себе девушку, если даже не можешь уделить ей достойного внимания?       Он усмехнулся про себя, вспоминая слова, которые уже вгрызлись в подкорку сознания, отпечатались на внутренней стороне век, служат уже моральным ориентиром в этой жизни. Мин не стал лишний раз бесить эту истеричку тем, что достойного внимания она как раз таки и не заслуживает. Но факт все равно остается фактом. Жаль он не успел упомянуть при ней, что пару раз пробовал с парнем. И трахаться, и встречаться. Вот это бы она охренела.       Ощущения клевые, но удержать — не удержал. Вроде бы парень, зачем ему все эти розовые сопли, спрашивается?       А все равно, Мин Юнги просто не разбирается в людских чувствах и эмоциях. Тут хоть собаку заводи, она тоже уйдет от недостатка внимания и любви к себе.       Юнги горько усмехнулся и провел ладонью по взъерошенным темным волосам, поправляя вечно сползающую толстовку с плеча, и осмотрел местный контингент.       Он не знает, зачем вообще пришел в какой-то непонятный бар, в котором, кажется, собрались одни байкеры и иже с ними.       Он отсалютовал бармену, заказывая виски с колой, а потом догнался парой рюмок абсента и приложился лбом о прохладную поверхность барной стойки.       Если в жизни все и идет по пизде — то только у Юнги, и только так.       Мин уже хотел попросить очередной стакан крепкого пойла, но столкнулся взглядом с парнем, который удивленными глазами полумесяцами смотрел на него и теребил веревку на своей ветровке. Они смотрели друг другу в глаза, казалось, целую вечность. Юнги перевел взгляд на мужиков рядом с этим парнем, которые отборно матерились на весь бар, громко стукаясь бокалами каждый раз, когда нужно было говорить тост. Байкеры, понял Юнги. И, похоже, что у этого парня тут точно не отец, если судить по его зажатости.       Мужчина рядом с ним хлопнул его по пояснице, пододвигая ближе к себе, и что-то громко сказал своим друзьям, чем вызвал натянутую улыбку этого паренька. Было видно, что ему некомфортно, и он чувствует себя не в своей тарелке. Мужики рядом с ним заулюлюкали, вызывая гомон и свист по всему помещению, и одобрительные хлопки по спине.       Это было просто отвратительно, даже с одного взгляда было видно, что к нему относятся как к вещи.       Юнги отвернулся к бару, оглядывая пузатые бутылки с разноцветной жидкостью позади бармена, который упорно натирал и без того чистую стойку.       — Что за праздник? — обратился Юнги к бармену охрипшим голосом.       — Мото-забег, первое место и прочая ерунда.       — Этот малый тоже участвовал в мото-забеге? — брюнет скосил взгляд в сторону паренька, который старательно пытался натянуть рукава короткой олимпийки на запястья.       — Не, скорее всего это парень кого-то из них. Признаться честно, выглядит так, будто его заставили. Его и так заставили, это же очевидно, пронеслось в мыслях Мина.       Он еще раз посмотрел на парня со светлыми волосами и отметил, какой он худой. У него безумно очаровательные глаза, в которых плещется неимоверная тоска и отвращение к жизни. Парнишка выдохнул сквозь сжатые зубы и провел языком по нижней губе, поднимая взгляд на опешившего Юнги.       Блондин оперся локтями о стойку, выгибая поясницу и откидывая голову назад, оценивающим взглядом пробежав по телу Мина.       Ладно, знаете что? Если же тут и был его парень, то он точно слепой и не видит, что на его глазах творится. Парень прикусил губу, сгибая одну ногу в колене и упираясь ею в стол, полностью повернув корпус в сторону Юнги. Он призывно опустил воротник ветровки, оголяя шею.       Мин сглотнул непонятный ком в горле, задерживаясь взглядом на открывшемся участке кожи. Шея бледная и тонкая, будто только надавишь, а она уже сломается. Юнги не знает, насколько далеко готов зайти этот парень в открытом заигрывании, но Мину становится уже немного тошно от того, какая атмосфера создается в баре: стояла немыслимая духота, а выпитый алкоголь давил на виски, заставляя их пульсировать в голове с новой силой.       Он отпрянул от стойки, еще раз кинув взгляд на парня, который был уже не просто сексуально прекрасен, но еще и сексуально смущен. Юнги достал из кармана пачку сигарет и вышел на улицу, прислоняясь спиной к бетонной стене бара. А затем крепко приложился к ней затылком. Он выудил из кармана зажигалку, щелкая ею пару раз, но газа в ней не оказалось, а потому она неминуемо полетела прямиком в стоящий рядом мусорный контейнер.       Юнги уже хотел положить обратно пачку, как рядом кто-то чиркнул зажигалкой, поднося ее поближе к зажатой между губами сигарете.       Мин прикурил и глубоко зятянулся, выпуская серое облако дыма в ночной воздух. Он повернул голову, встречаясь с ничуть не изменившимся настроением парня из бара.       — Спасибо, — прохрипел Мин, сбрасывая пепел под ноги.       — Я просто оказал тебе услугу, — пожал плечами парень, прислонясь к стене.       — И много ты таких услуг оказываешь? — спросил Юнги, проходясь языком по сухим губам.       — Каждая услуга разная. Сейчас дал прикурить, потом дам в рот.       Юнги на полпути остановился, не донося сигарету до рта. Он посмотрел на парня насмешливым взглядом.       —Так ты у нас «мальчик по вызову»?       Парень вымученно засмеялся и откинул голову на холодный бетон.       — Нет, но ты точно так подумал, когда увидел меня с теми мужиками.       — Я подумал, что твой парень мудак, раз относится к тебе, как к вещи.       — Он мне не парень. Он мудак.       Между ними повисло молчание. Для одного — неловкое, для другого — такое необходимое.       В какой-то момент парень придвинулся к нему непозволительно близко для незнакомцев, которые по счастливой случайности оказались в одном баре. Он забрал у Юнги сигарету, и кинул ее под ноги, придавливая носком ботинка, чтобы погасить фитилек на ненужной сейчас сигарете; и прижался своими мягкими губами к обветренным напротив. На губах брюнета отчетливо сохранился запах и вкус сигареты с терпким табаком. Парень позволил себе еще одну небольшую вольность, полностью наваливаясь на Мина и языком проникая внутрь. Юнги не понял, что сейчас произошло, но словил себя на мысли, что ответил на поцелуй этого парнишки, который вообще-то в компании тех огромных байкеров и все еще непонятно, кто ему есть кто.       Первым отстраняется, как ни странно, сам паренек, но не от нехватки воздуха, а для того, чтобы сообщить важную информацию:       — У меня проблема одна есть, — с придыханием говорит он прямо в губы, глазами судорожно оглядывая непроницаемое лицо Мина. — Кончить не получается.       Юнги не понимает для чего ему эта информация и что с ней делать, но тот все решает за него.       — Ты ведь мой должник, помнишь? Пора отдать долг, — пьяно улыбнулся парень, на миллиметр отстраняясь.       Юнги должен был догадаться, что в жизни не бывает все просто так. Сначала тебе предложили закурить, а теперь ты должен помочь незнакомцу кончить. Не иначе как бесконечный круг «кто-то кому-то обязательно будет должен».       Блондину вроде бы и не столь важен ответа Мина, потому что и так прекрасно осведомлен — он пленит каждого своей красотой. Тот за руку тянет Юнги на себя, ведя брюнета в место, которое только ему известно.       — Твой байкер не будет против?       Чимин смеется заливисто, но не перестает идти вперед, даже не обернувшись на Мина. И так знает, что тот никуда не денется.       — Забудь о нем, — тормозит на секунду, крепче перехватывая пальцами запястье брюнета. — Лучше подумай о том, что произойдет сейчас.       Юнги не знает, что произойдет или уже начало происходить. Он лишь знает, что этот вечер после очередного расставания отличается лишь тем, что в нем присутствует невероятно красивый парень, который еще и сам на него клюнул. Хотя, это довольно странно. Юнги похож, если не на панду своими огромными синяками под глазами, то на привидение точно.       — Можно узнать твое имя? — не сдается Мин выпытать хоть крохи информации.       — Пак Чимин, — ответил он, останавливаясь перед лифтом многоквартирного дома. — А тебя?       — Мин Юнги.       — Надеюсь, теперь мы можем приступить, если уж прошли стадию знакомства, — ухмыльнулся одним уголком губ Чимин и потянул его за собой в приехавший на первый этаж лифт.       Он быстро нажал кнопку шестого этажа, и припал своими пухлыми губами к шее Юнги, параллельно пытаясь расстегнуть пуговицу на его джинсах. Мин прикрыл глаза, рукой перебирая волосы на затылке Чимина, пока лифт не остановился на нужном этаже. Чимин оторвался от Юнги, разочарованно вздыхая, и вышел из лифта, не отпуская руку своего любовника.       Он подошел к двери, достал из-под входного половичка ключ, открыл дверь и ввалился в квартиру, делая это настолько быстро, насколько только возможно.       В квартире было темно, но даже в таком мраке можно разглядеть насколько здесь тесно. Они только вошли, а их уже услужливо встречает расправленная постель. Чимин включил ночник над кроватью и повернулся к Юнги, у которого пронеслась мимолетная мысль, что он здесь совершенно лишний, особенно его образ извращенца, ворвавшегося в покои принцессы дополняет растегнутая мотня и сползшая с одного плеча толстовка.       — Ну же, — протягивает ладонь Пак, подзывая Юнги к себе и замечая его легкую заминку.       Брюнет посмотрел на закрытую входную дверь, а потом перевел взгляд на раскрытую ладонь Пака, в конце концов протягивая собственную. Чимин сел на кровать и потянул Юнги на себя, лицом утыкаясь прямо в его пах.       Он снизу вверх посмотрел на Юнги и рывком снял нижнее белье вместе с джинсами до колен, сразу же перехватывая одной рукой полувставший орган. Он пару раз провел ладонью вверх-вниз, оттягивая крайнюю плоть, не разрывая зрительного контакта. Ночник над кроватью делал обстановку слишком интимной; на одну часть лица Чимина падал тепло-желтый свет, в то время как другая была скрыта в темноте. Юнги положил обе руки на голову парня, и тот послушно поддался вперед, открывая рот и принимая уже возбужденный член в свой влажный рот. Мину кажется, что Чимин создан для того, чтобы быть на коленях, одни его пухлые губы чего только стоят, а глаза… в глазах озорной блеск. Попытайся Пак быть скромнее и сделать самую милую мордашку — его все равно бы выдали эти бесовские глаза.       Юнги откинул голову, руками продолжая направлять Чимина. Пак не поспевал за агрессивным темпом, а потому часто давился, и приходилось сглатывать прямо с членом во рту. И не то чтобы на Юнги это не возымело нужный эффект. Он буквально не мог стоять на ногах; колени постоянно подгибались от нехитрых манипуляций, которые проделывал с ним Пак.       Мин ослабил хватку на голове Чимина, позволяя ему выбрать удобный для него темп, и сразу же пожалел об этом: Чимин невозможно долго оглаживал языком от основания до головки, задерживаясь на последней, упорно надавливая языком на уретру.       Юнги зажмурил глаза, ногтями впиваясь в оголенные плечи Пака, уже готовясь получить самый незабываемый оргазм от простого отсоса, но у Чимина были совсем другие планы, а хватка на собственных плечах лишь только дала понять, что пора прекращать.       — Черт, — прошипел Мин, когда Пак с характерным звуком выпустил его член изо рта, напоследок любовно чмокая в покрасневшую головку.       Блондин схватил Мина за шею и потянул на себя, уже по привычке хватая его ладонь и опуская ее на свой пах. Юнги почувствовал каменный стояк и перевел взгляд на довольного Чимина. — Часть пути уже пройдена, осталось совсем немного — кончить, — улыбнулся Пак, откидываясь на подушки и снимая с себя узкие брюки.       Юнги навис прямо над ним, помогая снять коротенькую ветровку, внезапно вспоминая, как блондин перед ним извивался в том баре у черта на рогах. Мин через голову перекинул собственную толстовку и впился жадным поцелуем в губы Пака, который не ожидал подобного нападения. Он так до конца и не снял штаны: они болтались вместе с бельем на одной ноге, но было уже как-то все равно.       — Знаешь, — между поцелуями пытался что-то сказать Чимин, но Юнги абсолютно не хотел ничего сейчас слушать, поэтому Паку пришлось упереться ладонями в обнаженную грудь Мина, заставляя его прекратить, — тебе повезло.       Юнги не понял, чем ему повезло, кроме того, что сейчас он трахнет очаровательно горячего парня. Мин с секунду смотрел на него вопросительным взглядом и Чимин поднялся на кровати, переворачиваясь на живот и оттопыривая задницу.       Оу, он говорил про это.       Между половинками отчетливо проглядывала анальная пробка.       — Я так понимаю, ты решительно был настроен на продолжение вечера, — хмыкнул Мин, пальцами обводя кожу вокруг латексной пробки.       — Хороший настрой дает положительный результат, — приглушенно ответил Чимин, носом уткнувшись в подушку.       Юнги нарочно несколько раз задевал пробку, замечая, как дергается твердый член Пака, и как дрожит брюшной пресс у парня. Юнги бы и дальше продолжил таким изощренным способом пытать его, но вот собственное возбуждение давило не только на мозг, но и на яйца. Мин нежно обвел рукой его правую ягодицу, подбираясь к члену любовника, сочащегося смазкой. И тогда Чимин своим высоким голосом протяжно застонал, выгибаясь в пояснице. Он так резко дернулся назад, что брюнету пришлось одной рукой крепко придерживать его за бедра.       Пак чувствовал, как у него медленно начинают неметь руки, согнутые в локтях, и дрожащей рукой он отдернул ладонь Мина.       — П-прекрати, давай дальше п-по сценарию, — всхлипнул Чимин.       Юнги послушно убрал руку с члена Пака и резким движением вытащил черную пробку, смотря на то, как пульсирующая дырочка пытается безрезультатно затянуться. Юнги отметил про себя, насколько хорошо смазан Пак, когда он на пробу двумя пальцами вставил их в парня. Чимин встрепенулся и отодвинулся, а затем подполз к тумбочке у кровати и вытащил оттуда презерватив, кинув его прямиком Мину в руки.       — Предупрежден, значит вооружен, а? — хмыкнул Юнги раскатывая прозрачный латекс по всей длине члена. — Но это подождет, да?       Юнги шлепнул Чимина по левой ягодице, заставляя перевернуться на спину.       — Холодный или горячий? — с задумчивым видом спросил Юнги, смотря на Чимина, который не поймет смысла вопроса.       — Н-не зна-аю, холодный? — наугад выпалил Чимин, ерзая голой заднице по уже мокрым простыням.       — Хорошо, где у тебя тут лед?       — Э-эй! — встрепенулся Пак. — А горячий тогда что, кипяток?       — Парень, я пытаюсь придумать, как помочь тебе. Разве простое засунуть-высунуть тебе раньше помогало? Я так не думаю.       — От кипятка я точно не кончу! – пискнул Пак, принимая сидячее положение.       — Завязывание глаз? — предположил Мин.       — Нет.       — Кляп?       — Еще чего.       — Фистинг?       — Если ты сейчас не прекратишь, я все это проделаю с тобой, — грозно сказал Чимин, перебираясь на колени Мина.       Он положил одну руку на его плечо и, столкнувшись лбами, взял член Юнги в другую руку, привставая над ним и направляя внутрь себя. Брюнет обхватил его за бедра, крепко впиваясь пальцами в филейную часть, оставляя на ней красные следы, и помог Чимину плавно опуститься на собственный член, но Пак, видимо, мазохист и начал сразу с бешеного темпа.       Он лихорадочно скользил своими руками по всему телу Мина, не зная, куда их деть; сначала они спокойно сползли с плеч на спину, а потом Чимин начал сильно царапать спину Юнги, который, в свою очередь, оставил огромный засос на голом плече Пака. Парень буквально скакал на его члене, даже не пытаясь скрывать удовольствие, он стонал во весь голос и изредка всхлипывал. А потом легко прикоснулся к губам Юнги, но все резко перешло в жадный поцелуй вперемешку с прикусыванием и оттягиванием губ.       Юнги соврет, если скажет, что это не самый страстный любовник в его постели.       И если Мин уже начал чувствовать приятное тепло, которое расползалось по всему телу, свидетельствующее о развязке этой истории, то Чимин — нет.       Юнги видел это по лицу Пака — оно было заплаканное. И больно ему не было, у него просто уже села батарейка и чувствовалась жуткая усталость.       Мин перебрался руками к талии блондина, крепче обнимая его и меняя угол проникновения, попадая точно по простате, стимулируя ее самым приятным способом.       Пак резко вскрикнул, оставляя длинный след от своих коротких ногтей на спине Юнги и выгнулся в пояснице… но так и не смог кончить, даже от многочисленных попаданий по простате.       Юнги уже успел излиться внутрь Чимина и уткнуться лбом ему в шею в попытке отдышаться.       — Что ж, — хотел начать Пак.       — На колени, — осипшим голосом приказал Мин, выкидывая наполненный презерватив куда подальше.       Чимин хотел было возразить, но решил посмотреть, что из этого выйдет. Он слез с коленей брюнета, перебираясь на кровать, и локтями уперся в матрац, ожидая непонятно чего.       Мин пристроился сзади, большим пальцем обводя покрасневшие края дырочки и пальцем другой руки раздвинул ее пошире. Прежде чем что-либо произошло, Мин набрал в легкие побольше воздуха и выдохнул теплый воздух прямо в отверстие. Чимин задрожал и опустил голову вниз от странных ощущений. Мин подул еще раз, прежде чем коснулся языком дырочки и протолкнул его внутрь, с особой тщательностью обводя каждый уголок внутри.       Чимин ахнул, а его колени непроизвольно начали разъезжаться в стороны. Он буквально чувствовал, как усталость огромным грузом валится на него сверху, а эти незнакомые ему ощущения приводят его в дикий экстаз. Сейчас, именно сейчас он был точно уверен, что сможет, наконец, кончить.       Чимин жалобно хныкал от каждого движения мокрого языка внутри, и Юнги пришлось поддерживать блондина за бедра, потому что с каждой секундой он становился все слабее и слабее.       Когда Мин толкнулся достаточно глубоко, задевая бугорок внутри, Чимин крикнул настолько громко, что в ушах заложило и он, наконец, излился на простыню.       Его грудная клетка тяжело вздымалась, а сам он перевернулся на спину и уперся взглядом в белый потолок, испытывая самый сильный оргазм из всех, что только могли быть.       — Я тогда забыл спросить про римминг, — нарушил тишину Мин, укладываясь рядом.       — А я забыл сказать «нет», — заплетающимся языком ответил Пак.       — Да кто стал бы тебя слушать, — ухмыльнулся рядом Юнги, поворачиваясь лицом к Чимину.       Они пролежали так несколько минут, пока Чимин отходил от оргазма с закрытыми глазами. Юнги просто смотрел на его прекрасное умиротворенное лицо.       — Еще тогда, в баре, я знал, что ты доведешь меня до оргазма. Правда не языком, — улыбнулся Чимин, поворачивая голову к Юнги и сталкиваясь с пронзительным взглядом.       — Это с чего бы?       — Я как только увидел тебя — у меня член в штанах дернулся. Он как компас — всегда находит правильное направление. А ты как полярная звезда. В древности, когда еще не существовало компаса, люди шли по направлению полярной звезды.       Юнги на такое сравнение только улыбнулся и провел рукой по вспотевшим белым волосам Пака.       — Меня еще не называли звездой. Но знаешь, у тебя скорее просто гей-радар отлично настроен.       Чимин перевернулся набок, указательным пальцем выводя узоры на бледной груди Мина.       — Ты все же не ответил, что это были за байкеры.       Пак пожал плечами.       — Да хер их знает. Я пришел напиться, а у них там мероприятие такое, подумал, что хоть на халяву напьюсь с ними. Но все сложилось куда лучше, чем я мог предположить.       — Что ж, всегда к твоим услугам.       Чимин закрыл глаза, а в голове все еще вертелось это въедливое «всегда». Всегда или нет — это уже как карта ляжет.