задолбавшиеся (ПАНДЕМОНИУМ)

Илл прячется под стойкой. Нет, нет, нет, только не снова. В который раз за последнюю неделю его смена совпадает с приходом его бывшего? У Илла дёргается нижнее веко, когда он слышит ржущего Макса – скотина, сидит прямо за столиком возле окна и пытается, по всей видимости, беззвучно угорать. Беззвучно явно не получается. Илл хочет максимально быстро подать Стеф знак просьбы помощи, но та слишком занята, сидя на плечах у Кокеса, пока они вдвоём украшают дверной проём прохода в кухню и подсобку рождественскими бантиками. Нэйл неспешно заходит в кафе – весь до жути милый со своими русыми кудряшками и веснушками по всему лицу. Честно говоря, Иллу он всегда напоминал милейшего щенка (синдром Тома Харди у него всегда зашкаливал). По крайней мере до того момента, когда все начали называть Нэйла «подружкой Бэмби». Это, конечно, всё замечательно, но Илла немножко смущала перспектива быть оленем. Судорожно оглядываясь, Илл думает о том, что, да, Тви, я настолько отчаялся, что готов обратиться за помощью к тебе, но даже долбанная розоволосая бестия не рядом – кажется, это сейчас она на Тсу пронзительно визжит, по поводу заказа эклеров? Господь, помилуй эту кухню и этих двоих... Илл всегда был атеистом. Приходится мужаться. – Добрый день, чем хотите сегодня себя порадовать? – заученно машинально выпаливает Илл, выныривая из-за кассового аппарата. Он правда старается не смотреть на Нэйла. Тот мило улыбается. – О, мне кажется, или у тебя новый свитер? Мне нравится, – посмеивается он. Илл неистово краснеет – чёрт бы побрал эту идиотскую Тви с её идиотскими уродливыми рождественскими свитерами! А ведь буквально минуту назад Илл просил Бога, в которого не верит, уберечь эту стерву. Крики с кухни становятся громче, к ним прибавляется грохот битой посуды (Иллу определённо следует вычесть это из их зарплаты) и, казалось бы, спокойный голос Тсу не может выдать что-то вроде «пошла нахрен с моей кухни» но Илл надеется, что до слуховых галлюцинаций ему далеко. Он мысленно делает себе пометочку купить один большой двусторонний свитер «naughty/nice» и засадить этих идиотов туда, чтоб перестали распугивать клиентов. – Это, вообще-то, не мой, – кашляет в кулак Илл, непонятно даже для самого себя почему пытаясь оправдаться. – О, это свитер твоего нового парня? – всё ещё улыбаясь, спрашивает Нэйл, чуть щурясь. – Мои соболезнования. – Окей, можешь считать, что это у моего несуществующего нового парня дерьмовый вкус, я- – Вообще-то, – нарочно перебивает Нэйл, – мои соболезнования твоему новому парню. Илл гневно сжимает губы в тонкую полоску, а затем выдыхает. – Что будете заказывать? – Хэй, Нэйл, сегодня у нас акция – к каждому кофе мы даём в подарок одного ворчливого кассира, – подмигивает Макс, вальяжно раскинувшись на своём диванчике у окна. – Пошёл к чёрту, – шикает Илл, сдерживая порыв бросить в этого сына маминой подруги собственника магазина что-то потяжелее. – Заманчивое предложение, – Нэйл снова улыбается и, боже, очаровательно заправляет волнистую прядку волос за ушко. У Илла каждый раз останавливается сердце, когда он так делает, твою же мать. – Я бы не отказался от такого. Не хочешь выпить со мной кофе? – Нэйл приподнимает бровь и Илл снова умирает, потому что, чёрт, невозможно так манипулировать его, Илла, желаниями, вообще-то. Окей, ладно, глядя на Нэйла он понимает – возможно. – Я на работе, – бурчит Илл. – Давай-ка я тебя подменю, пупсик, – мурлычет Тви, возникая практически из-ниоткуда. У неё смазана помада, сломан ноготь и чёрт-знает-что на голове, но выглядит она как всегда чудесно, даже запыхавшаяся и сдувающая спадающую на лоб прядку розовых волос. Нэйл и Илл моргают одновременно. – Приветики, – девушка дружелюбно машет рукой Нэйлу, а затем выпихивает Илла из-за прилавка, обращаясь уже к нему. – Иди давай, ты сто лет на свиданиях не был! Илл закатывает глаза и шипит, отпихиваясь, но в итоге только вздыхает, сдавшись – если Тви что-то задумает, её вряд ли удастся отговорить. Стеф, уже слезшая с Кокеса, наблюдает эту сцену со стороны, пока Пашка, высунув язык от старания, вырезает снежинку из бумаги. Немного потеребив в тонких пальчиках блестящий декоративный скотч, девушка плавно переводит взгляд с Тви на Кокеса. – Что они с Тсу каждый ра- – Ты не хочешь этого знать, – абсолютно спокойно, будто ожидая этого вопроса, отвечает парень, хмыкая и улыбаясь. Стеф моргает. И тоже улыбается. Что ж, она правда любит эту атмосферу и, прикрыв глаза, расслабленно выдыхает. Тви что-то снова кричит в сторону кухни, Макс ржёт, и, кажется, сползает с дивана под стол, а это пищание маленького перегревшегося чайничка, кажется, исходит от Илла. Идиллия.