Через врата к жизни

После поездки на косую аллею я всерьёз задумался о том, как скрыть свою ауру от чужих взглядов, ведь неизвестно что подумает её увидевший. К тому же учитывая, как тут относятся к темной магии, а аура боли и голода никак не тянет на светлую, то на этой почве у меня могут возникнуть проблемы. Да и к слову, в Хогвартсе же находится самая большая община домовиков… Н-да, скверная ситуация получается и желательно быстро найти способ её решить. С этой мыслью я и направился в родовую библиотеку. И после нескольких часов поиска нашёл несколько методов с помощью которых можно было реализовать скрытие ауры, однако из-за того что чары я знаю едва ли на уровне первогодки Хогвартса, а руны и вовсе незнакомый мне зверь, оставался вариант с одним узкоспециализированным зельем. И все бы ничего, так как зелье хоть и нелегко в приготовлении, но думаю мне по силам, если бы основным ингредиентом не была кровь жеребёнка фестрала, а они, как известно за своё потомство борются до конца. К тому же это запрещённый ингредиент, так как используется в некоторых незаконных зельях, то есть в обычных магазинах зельеварения его не найти, поэтому придётся закупиться на местном «чёрном рынке» в простонародье именуемым Лютным переулком. Вот уж куда действительно не хотелось лезть, но особого выбора то и не было, а домовым эльфам к превеликому сожалению там ничего не продают, поэтому грустно вздохнул, я приготовился идти в переулок на следующий день. Лютный переулок встретил меня своими темными и узкими проулками переполненными магами-мошенниками и другим подобным контингентом. Впрочем, я старался не обращать на них внимания и поплотней, укутавшись в свою чёрную мантию с глубоким капюшоном с чарами отвода глаз. В переулке такие мантии в большинстве своём носили либо аристократы, либо весьма состоятельные люди, поэтому в случае если местному подполью удавалось увидеть через чары, то на них старались не нарываться. Однако это не отменяет того, что вполне себе могут найтись отбитые решившие рискнуть и напасть, поэтому нужно быть предельно внимательным. Благо Донки со мной и в случае чего я уж точно буду в безопасности. Хотя эльф все же больше выступает в плане подстраховки, так как, являясь если не сильнейшим алхимиком, то где-то около, могу и не только отбиться, но и заодно в бараний рог скрутить, по крайней мере, пока я буду иметь контакт с любой поверхностью. Звучит то весьма пафосно, впрочем, сам себя не похвалишь — никто не похвалит. К слову я собрал довольно-таки много информации об окружающем меня мире за время моего пребывания здесь, хотя по большей части из бумаг в кабинете у отца. Так вот я узнал, что практически каждый аристократ магической Британии, даже если и левой пяткой, но связан с подпольным миром. Впрочем, ничего удивительного, ведь не зря говорят, что чем выше сидит человек, тем и маловероятней то, что его руки чисты. В моем мире так же было. Даже моя семья, которая хоть и относительно светлый род имеет свой малый бизнес некоторых «условно запрещённых» да и что уже там вполне запрещённых ингредиентов на чёрном рынке. «Условно», потому, что только в законах нашей страны они запрещены, а других вполне себе легальны. Так, что-то я отвлёкся, поэтому думаю, пришло время вернуться к нашим баранам. Возвращаясь к Лютному переулку, через который я проходил вполне себе размеренно с поправкой на предельную внимательность. В таком темпе вскоре я дошёл до нужного мне магазина. Толкнув дверь рукой, я услышал звон маленького колокольчика висящего над ней, а затем зашёл. Внутреннее убранство было довольно мрачным, впрочем, как и у большей части здешних магазинов. На полках немногочисленных шкафов стояли банки с законсервированными частями тех или иных существ, различные зелья и кожаные и тканевые мешочки с разнообразными порошками. Слева над самим прилавком висела кучка высохших говорящих голов, которые начали, что-то усиленно обсуждать с того момента как я зашёл. Справа же от прилавка стоял вполне себе обычный на первый взгляд ящик, из которого то и дело исходил звук вроде помеси плямкания с шипением. И пока я неторопливо изучал обстановку магазина к прилавку уже успел подойти торговец не блистающий своим внешним видом, такой себе тучный мужик с засаленными волосами, маленькими черными поросячьими глазами горящими желанием наживы и короткими усиками. — Ищешь, что-то определённое? — басом спросил он. — Да, — и ещё раз осмотрел полки и кивнул головой, — кровь жеребёнка фестрала в наличии? — Есть определённый запас, сколько? — 50 миллилитров. — 45 галлеонов, — сказал торговец с искоркой алчности в глазах. — Да, это же грабёж. В других местах цена вполовину меньше, — возмутился я. — 40, и не галлеоном меньше, — продолжал он гнуть свою палку. — 30, не больше, — парировал я. — По рукам, — сказал он после недолгого обдумывания. Забрав кровь, и расплатившись с этой пренеприятнейшей личностью, я уже было направился к выходу, как мой взгляд зацепился за одну покрытую пылью склянку с ярко малиновой жидкостью. Чем-то она притягивала к себе взгляд. — А что в этой склянке? — как бы нехотя спросил я. — Этой? А, да так бесполезная вещица. Это зелье превращается в довольно большой красный овальный камень, соприкасаясь с поверхностью, и обратно в жидкость при попадании в склянку. Нашли его…— с толикой пренебрежения рассказывал он, однако я уже его не слушал, пребывая в диком шоке. Мог ли это быть философский камень? Да ладно, бредово как-то, но все же убедится, не помешает, ведь если это все же он, то…он не должен попасть не в те руки. — Сколько? — перебивая его рассказ, спросил я. — 30 галлеонов, — назвал он цену. — Это же шутка? Такая цена за не имеющей магической ценности зелье, которое просто превращается в камень овальной формы? Да за такие деньги можно купить 20 наборов ингредиентов для Оборотного, — начал я сбивать цену. — Ладно, сойдёмся на 20 галлеонах и больше я не скину ни кната, так как вещица все же единственная в своём роде. — Идёт, — немного нервно согласился я, стараясь не выдать своей заинтересованности. Кинув мешочек с галлеонами ему на стол, и забрав склянку с предполагаемым философским камнем, я вышел из магазина и подозвал Донки, который в тот же момент трансгрессировал нас домой. Зайдя в дом, я отнёс кровь фестрала в зельеварню, после чего пошёл к себе в комнату. Там, достав 50 миллилитровую закупоренную на вид обычной пробкой склянку с широким горлышком, в которой и находился объект моего неуёмного интереса, начал её осматривать. Впрочем, после нескольких бесполезно потраченных на изучение склянки, я не найдя чего-то необычного откупорил её и вылил содержимое на стол. Жидкость мгновенно начала принимать форму овала длинной 8 см шириной в 5 см и толщиной 3 см. Взяв его в руку, я почувствовал некий прилив сил, а после решил проверить на практике философский камень ли это. Взяв листок бумаги, и приложив к нему руку начал преобразование. В тот же миг из-под руки стремительно появились красные молнии, а на месте листка появился маленький нож. Да уж это без сомнений философский камень. Однако сколько же душ в нем заключено.…Припоминаю, что вроде бы камни доктора Марко были созданы из 30 душ заключённых ишваритов на один экземпляр. Однако они были во много раз меньше. Предполагаю, что на этот камень была потрачена не одна сотня, а то и тысяча жизней….Нужно освободить эти души. Думаю после того как сварю нужное зелье займусь этим. Я бы и сейчас этим занялся, однако магическая кровь очень быстро теряет свои свойства, да и на последующие полторы недели пока я буду варить зелье, мне будет не до камня. Так как процесс варки этого зелья требует постоянного контроля, а вот после, когда я поставлю пропитываться бинты, можно будет и камнем заняться. Однако осталась одна мелочь в этой истории, что гложет меня больше всего. Как камень оставался незамеченным? В теории он должен сильно фонить аурном видении, что я и решил тут же проверить. — Донки. — Да, молодой господин, — быстро откликнулся на мой зов эльф. — Посмотри на этот камень и скажи, что ты видишь, — сказал ему я и показал камень. — Много, очень много алой энергии с оттенком отчаяния в нем молодой господин, — сказал он, подтверждая мои догадки. После этого я вертикально вставил философский камень в склянку и тут же начал плавится, вновь превращаясь в жидкость. Закупорив ёмкость с жидким камнем, я попросил его снова посмотреть. — А теперь? — задал я ему волнующий меня вопрос. — Ничего, молодой господин, — ответил он мне. — Можешь идти. — Как вам будет угодно, молодой господин, — сказал он, после чего исчез из моей комнаты. Теперь-то понятно, почему камень оставался незамеченным. Хотя не думаю, что-то то бы помешало человеку, владеющему аурным зрением посмотреть на камень и в твёрдом состоянии. Однако поскольку в мире людей владеющих этим навыком единицы, к тому же они вполне себе могущественны, так что весьма маловероятно их посещение таких злачных мест как Лютый переулок. Что ж с второстепенной проблемой разобрались, пора браться за основную. Спустившись в зельеварню, я приступил к варке зелья. *** Полторы недели спустя *** Да уж, процесс варки вымотал меня сильней, чем я думал. Даже сказал бы, что я слегка переоценил свои возможности и раза три я едва не испортил зелье, но теперь все в порядке и я с облегчением вбросил в котёл бинты. По идее завтра их можно будет доставать и сушить. Эх, теперь разве что в аурном зрении руки и ноги не будет видно, но если на данной почве и возникнет проблема, я думаю, что придумаю что-нибудь в оправдание. Так как рука и нога без ауры лучше того, что могут увидеть сейчас. Слегка расслабившись, я, попросив Донки приготовить перекусить, начал подниматься в свою комнату и внезапно вспомнил о философском камне. Да как-то за время проведённое в зельеварню подзабыл о нем, не до того было. На днях нужно будет начертить круг преобразования, чтобы уничтожить камень. С такими мыслями я и зашёл в свою комнату, а точнее с порога прыгнул в кровать, уткнувшись лицом в подушку и развесив руки по бокам. Пролежав пару минут в своеобразном состоянии амёбы, я перевернулся на бок и посмотрел на тумбочку, на которой и стояла та склянка. Сев рядом с тумбочкой я взял склянку в руку. Мне внезапно захотелось повертеть в руках философский камень ещё раз, чисто интереса ради. И вот вылив содержимое на тумбочку, и подождав пока жидкий камень примет форму овала я протянул к нему руку, как внезапно я правая рука хватает его и со всей силы вбивает его мне в сердце. Кашлянув кровью, я в шоке посмотрел на свою ладонь, которая вместе с философским камнем полностью вошла мне в грудь. Кровь, пульсируя толчками, вытекала из груди, а дикая боль не давала потерять сознание. Я чувствовал, что жизнь медленно, но верно покидает моё тело. А тем временем моё сознание, решив поиздеваться надо мной, посылало образы моей прожитой жизни от рождения до сегодняшнего дня. И вот после минуты мучительной предсмертной агонии мой взгляд начал затягиваться мутной пеленой. Перед тем как меня окутала тьма, я заметил ало-фиолетовые искры, возникшие в моей груди. *** Молодой господин сильно перетрудился за последние полторы недели. Практически не отходил от котла, выделяя всего пару часов на сон и еду. Тем не менее, ему все удалось. И вот он уставший попросив Донки приготовить поесть, пошёл в свою комнату. Донки мигом отправился на кухню и, приготовив еду, направился к молодому господину в комнату. Однако когда Донки постучал в дверь, ему никто не ответил. Может молодой господин уснул? Вполне возможно. Донки уж было решил оставить еду возле двери и уйти, как услышал сильный кашель. Переживая за состояние здоровья молодого господина Донки, не раздумывая открыл дверь. Перед его взглядом предстала ужасающая картина. Молодой господин лежал на полу с дырой в груди, откуда вытекала кровь, а вокруг него кружили алые и фиолетовые молнии. Донки попытался подойти к молодому господину, однако внезапно молния ударила его, отбросив в стену, из-за чего он потерял сознание. *** — В.а.ай. По…ем.Ты встанешь уже или как? — эхом отдавались эти слова произнесённые басовитый голосом в моей голове. — Эй, слышь, а он часом не того? — продолжал этот голос… Погодите, а почему я слышу…я же умер… — Нет, он жив, ты слишком торопишься Гр…— начал отвечать первому голосу другой холодный и слегка высокомерный, однако его перебил уже я. — Что здесь происходит и кто вы? — вяло спросил я, открывая глаза, но тут же закрыв из-за режущей боли. Черт, будто спросонья на солнце посмотрел. Немного проморгавшись я заметил, что все ещё нахожусь в своей комнате…. Как я же точно помню…но додумать мне не дали. — О, очнулся, наконец, — сказал басовитый голос, — и года не прошло. Я решил осмотреться, чтобы найти обладателя голоса, однако в комнате был только я и лежащий без сознания возле входа Донки. — Можешь не смотреть по сторонам, все равно ничего не найдёшь, — сказал басовитый голос, а затем ехидно добавил. — Лучше на себя посмотри на себя, ничего не замечаешь? Прислушавшись к голосу, я подошёл к зеркалу и с лёгким скептицизмом пытался понять, не галлюцинации ли это. В отражении я увидел вполне себе человеческого цвета правую руку и ногу, правда, с довольно знакомыми из прошлого мира татуировками в виде красных полос с точками на концах, как у гомункулов. Однако это были не все изменения, так как в центре груди красовалась ещё одна алая татуировка, как на руке и щиколотке в виде змея пожирающего свой хвост в центре, которого красовался символ Кадуцей. — Ну и как тебе? Видок, что надо, — продолжал весело вещать басовитый голос, а потом добавил более серьёзно. — Думаю, ты уже догадался, кто мы. — Вы же те гомункулы, что бы у меня вместо руки и ноги, — сделал я вполне логичное предположение. — Именно, позволь представиться. Я олицетворение желание владеть всем будь то деньги, женщины или власть, все должно быть моим, ведь я сама Жадность или Грид, а тот холодный парень пышущий высокомерием, что сейчас молчит, да и в принципе говорить не любит, Гордыня или проще Прайд. — Хн, — немногословно ответил ему Прайд. —Интересно, знал я уже гомункулов с такими именами. И что теперь попытаетесь захватить тело или тому подобное, да и чем мне грозит наше с вами слияние? — поинтересовался я. — Да, мы чем-то похожи на тех гомункулов из твоих воспоминаний, и не только именами. По поводу тела… ну, хотелось бы, но, увы, это невозможно. Слишком уж сильно ты укрепился в нем. Поэтому все, что мы сейчас можем так это говорить. Эх, даже не имеем доступа к нашим способностям без твоего разрешения, тоска, — ответил он мне. — Способностям? — спросил я. — Ты же не думал, что после преобразования с помощью философского камня отделаешься лишь новыми татуировками, нормальными конечностями и личной шизофрении в виде голосов в голове? — Я вообще об этом не думал и хотел уничтожить камень и сделал бы это, если бы мне не помешали, — со злостью ответил ему. — Инстинкты, разума тогда у нас не было. Да и чего ты так заморачиваешься по поводу камня? Люди все равно были принесены в жертву и неизвестно когда, а значит и шанс того, что души вернуться в положенные им тела. Весьма глупо уничтожать такую вещь… — Ладно, не важно сделанного не вернуть. Так, что там со способностями, — перебил я его, не желая слушать логичные, но неприятные мне факты. — Ну, пожалуй, начну с изменений в теле. Слегка обострённые чувства восприятия, повышенная регенерация, правда, не такая как у гомункулов, так как там используются души для этого, а весь философский камень ушёл на пробуждение наших разума и способностей и улучшение твоего тела, но думаю, за неделю оторванную конечность ты отрастишь. А ещё жить ты будешь долго, не вечно, но долго, очень… По поводу способностей, думаю, ты помнишь об абсолютном щите и манипуляции тенями? Так вот именно этими способностями ты и обладаешь, правда, весьма урезанными. Абсолютным щитом ты сможешь прикрыть разве, что треть тела и нет никакой гарантии, что местные чары его не пробьют. Тенями же ты можешь управлять лишь в пределах 15 метров от себя. Правда ещё есть некоторые минусы от нашего слияния… — Какие? — напрягшись, спросил я, нервно потирая виски пытаясь переварить полученную информацию. — Ну, на зелья можешь больше не рассчитывать, так как на тебя они больше не влияют. Хотя это можно отнести и к плюсам, ведь если тебе подольют какое-то зелье, которое может нанести вред, то оно вряд ли подействует. А второе…это ну… — Говори уже, — тяжело вздохнул я. — Магия будет даваться тебе сложнее, чем сейчас. Так как по непонятной причине преобразованное тело хуже пропускает энергию нужную для волшбы. И вряд ли даже спустя годы тренировок у тебя получится освоить высшую магию. — Прелестно, — слегка закипая, сказал я. — Что-то ещё? — Нет, — кратко ответил Грид, и замолчал, видимо почувствовал, что я не в духе. Так Эд, тебе надо остыть лишние потраченные нервы все равно ничего не изменят. Подумай и о хороших сторонах…которых практически нет. Единственный плюс это повышенная регенерация, а способности гомункулов хоть и хороши, но и в открытую ими не попользуешься. Мало ли, что правительство магической Британии это воспримет. Я хоть и силен, но толпу профессиональных магов вряд ли одолею. А длинная жизнь выглядит больше как проклятие, нежели благо. Я теперь банально боюсь привязываться к людям, ведь исходя из слов Грида, я проживу не одну сотню лет, а все те с кем я сближусь, вряд ли и до сотни доживут… Так, лишние мысли в сторону. Нужно будет позже плотнее обдумать, а пока надо привести в чувство Донки. Легонько встряхнув тело эльфа в надежде, что тот проснётся. В принципе это помогло и, кряхтя Донки приподнялся. — Донки, ты как? Все в порядке? — Да, все в порядке молодой господин, но вы… — Что? — У вас пропала аура. Одной проблемой больше и тяжело вздохнув, указал ему на дверь, эльф, явно чувствуя моё напряжение мигом ушёл. Я же лёг на кровать и быстро уснул. Все же сегодняшний день слишком меня вымотал. А обо всем случившемся можно будет подумать и завтра.