На мгновенье или в вечность?

— Я Мин Юнги.           А Чимин задыхается. Сердце ждет свою остановку, и кажется она совсем близко. — О, ну наконец-то! Мое время вышло. Давай, оставляю этого мальца на тебя. — Намджун кинул усталый взгляд на омегу — Кстати, Пак Чимин, я слышу твой запах. Что-то не так? — В-все хорошо! — блондина затрусило. Он даже поворачиваться к Юнги не хотел, он понял кто это, понял по запаху. Своими ручками Пак смял края рубашки и опустил голову. — Ладно, Юнги, он новичок, поэтому не загоняй его в первый день. — сказав это Намджун еще раз проскользил взглядом по дрожащему Чимину и покинул студию. — Снова встретились. — подошел сзади альфа. Пак дернулся и повернулся. Встретившись взглядом с мятным Чим отошёл и зажался. — Не переживай, я с тобой ничего не сделаю. — А жаль. — омега грустно вздыхает. Но через секунду понимает что ляпнул. «Что еще за «жаль»?! Видимо из-за этой сущности я окончательно потерял рассудок». — Давай не будем тратить время и просто займемся учебой. Я так понимаю, ты раньше не был в студии? — Мин как-будто бы пропустил все мимо своих ушей. Проигнорировал. — А как вы поняли? — По взгляду. Слишком он у тебя растерянный. Подходи сюда, сейчас будем оценивать твои навыки пения. — альфа протянул Чиму какую-то листовку, на которой были написаны слова с нотами.  — Пой только то, что выделено. — Мне идти в ту комнату? — повернул  голову Пак в сторону звукоизоляционного помещения за стеклом. — Нет. Ты же не собираешься записываться. Я просто поставлю тебе мелодию, а ты должен ее напеть. Что ж, готов? Я включаю.          Пак не успел и слова сказать как мелодия началась. Она была такой нежной, такой приятной. «Точно, текст» Чимин его даже не просмотрел. Но музыка уже идет, и петь надо. Тихонько вздохнув, он начал: — Не думай ни о чём Не говори ни слова. Просто улыбнись мне. Я до сих пор не могу поверить… Всё словно во сне Не думай исчезать. — Чимин исполнил это на одном дыхании и посмотрел на Юнги, который все с таким же каменным лицом глядел на него. Омега почуял вызов и следующие строчки он уже исполнял упрямо  смотря на альфу. — Сердце издаёт глухие удары, Сон это или реальность, не понятно. Эффект бабочки, освещающий меня, Моё сердце всё ещё разбивается об тебя. На куски, тает, становясь чёрным. — было ощущение будто бы омежка признается ему в любви, что немного помешало парню чисто допеть припев. — Бабочка, как бабочка Ты совсем как бабочка. — музыка затихла. И Чим очнулся, он не понял что произошло, песня как бы взяла над ним контроль. Столь приятная слуху мелодия поселилась в голове омеги. — Ну что ж, голос у тебя приятный, только вот видно что ты волнуешься, по крайней мере это было заметно на первом куплете. Дальше пошло как по маслу, однако конец все равно немного съел. — хриповато заключил Юнги. — С-спасибо, я старался. А кто автор? — Я. — как-то странно улыбнулся мятный, и увалился на кожанный диван. — Ох... Очень красиво. А эта песня есть в исполнении? — взволновато уставился Чим, впервые он увидел такие эмоции сурового альфы. — Пока что нет. Думаю и не будет, она мне не очень нравится. — А жаль. — Что-то ты много сегодня жалеешь. — ухмылка на лице альфы и конец спокойствию Чимина. Хотя какое там спокойствие, он все это время находился как на иголках. Только самоконтроль помог удержаться на ногах и не рухнуть. — А еще, мне кажется на сегодня тебе достаточно. Я узнал на что ты способен, теперь же я напишу тебе расписание. До завтра свободен. — махнул рукой Мин, и тяжело вздохнув, закинул голову назад. — Уже так поздно. Вы не собираетесь домой? — Студия — мой дом. — как-то по-особенному прошелся взглядом Юнги по помещению, и провел рукой по быльце дивана. — П-понятно. — Чимин не знал что говорить, но и молчать он не хотел. Ведь сейчас он так близко к своему истинному, который может спасти его, просто находившись рядом. — Ну чего стоишь? Я уже все сказал. — вопросительно глянул альфа на замявшегося омегу. — Я не могу уйти. — Почему же? — Вы мой истинный. — немного краснея, уставился на Юнги. — Снова затеял. Малой, я не хочу ссориться с тобой. — нахмурился тот. — Но это правда. — Чимин поборол себя и подошел вплотную к альфе. — Я чувствую это. — Был уже один, который тоже чувствовал. — Мин приблизился к красному лицу. — Просто скажи, что тебе нужно чувствать чужой член внутри себя. Зачем выдумывать лишнее?            Пак начал отступать, но Юнги пошёл на него. Через доли секунды омега спотыкается об собственные ноги и понимая что падает, инстенктивно хватается за что-то близкое, этим оказывается воротник альфы. Чимин уваливается на диван и тянет за собой Мина. Тишина. Тяжелое дыхание. — Блять. Малой. Ты меня чуть не удушил. — мятный не меняя положение при падении висит над Чимом. Дыхание такое горячее, обжигает лицо бедного омеги, который уже готов отойти в мир иной. Но почувствовав  напряжение младшего, Юнги поднялся. — Ты многово не знаешь. Так что не мути воду, всплывет вся муть и ты только испачкаешься. — Вы правы, я ничего не знаю. Но я уверен в том, что вы мой. — собрав всю свою волю выдал Чим. — Парень, я не могу чувствовать запахи. — с каким-то убийственным и безэмоциональным голосом произнёс тот. — Тогда... как вы догадались в больнице, что я омега и у меня течка? — Чимин уже проклял себя за такой настырный и странный вопрос, дожидаясь грубости. — Таблетки. Они на время дают мне возможность услышать запахи. Но они такие слабые у обычных омег, что я только и могу учуять течных. — альфа подошёл к аппаратуре, сел в кресло и надел наушники, всем своим видом показывая нежелание продолжать разговор.           Чимину ничего не оставалась только как уйти. Ему не хотелось приносить неудобства своему альфе, но покидать его было так больно. Всю дорогу до выхода из гимназии Пак рассуждал о своей жизни. Столько всего успело произойти. Подойдя к арке, омега заметил черную машину и стоящего рядом с ней Джина. — Ну и как первый день? — старший быстрым шагом дошел к омеге и подхватил его сумки. — Хорошо. — Чимина немного смутили такие действия. Он не слабак и мог сам донести свои вещи. — Тогда что с настроением? — Сегодня...Я говорил с Юнги. — Юнги? — Мой истинный. — Так это же отлично! Чего тогда такая мина кислая? — Джин залез в машину и открыл изнутри дверь Чимину. — Он не признает меня… А еще у него проблемы. Сказал, что не может чувствовать запахи. — уселся на заднее сидение. — Ох… слышал о таком. В нашей больнице наблюдался один. Только вот помочь мы ему не смогли. — скомкал брюнет. — Что со мной будет, если он так и не поверит что я его? — С твоим странным организмом...не хочу тебя пугать, но возможен летальный исход. — Джин тяжело вздохнул, увидя в отражении зеркала лицо Пака, которое стало бледнее прежнего. — Но не нужно сейчас об этом думать. Я что-нибудь сделаю, обещаю. — попытка приободрить парня потерпела неудачу. Чимин лежит в своей теплой кровати. Лунный свет проскальзывает в окно. Мысли в голове мешают заснуть. Омега боится представить свое будущее, свой завтрашний день. А вдруг все повторится, снова приступ, эта режущая боль. Он не хотел. Вдруг Чим слышит, как входная дверь хлопает. Резко подрывается и выбегает из комнаты. Джина не было дома, он ушел. «Меня бросили?» — проносится в мыслях. Полностью убитый Чимин садится возле двери в надежде, что хен все же вернется и как обычно приготовит потрясающее блюдо для их двоих. Как обычно, просто погладит по голове и прижмёт к себе. Проходит несколько часов. Омега чувствует как кто-то гладит его по щеке, поднимает и куда-то несет, укладывает на приятную простынь и укрывает одеялом. Чим приоткрывает глаза и видит перед собой Джина. Старший нежно улыбается смотря на младшего. — Малыш. Я ездил в больницу. Юнги это тот наш пациент. Он действительно не чувствует запахи, а также даже используя таблетки, у него нет возбуждения на аромат. — голос на мнгновенье потяжелел — Но, истинный, может его излечить, то бишь ты. Я не знаю каким именно образом, но мне кажется, нужны терпение, близость и доверие. — Хен, спасибо за все. — глаза Чимина на мокром месте. Хоть он и не узнал способа, как помочь альфе, такие слова ему помогли. И парень просто счастлив, что хен вернулся к нему, что он так о нем заботится. Почему-то на душе полегчало от одной мысли, что Юнги когда-нибудь сможет услышать его запах.