Лорд и леди Рал

      Была глубокая ночь. Тихая и мирная. Все в замке сладко спали.       Не спали только лорд Рал и мать-исповедница. Они сидели в кабинете Даркена и размышляли над письмом, которое им десять минут назад отдал герцог.  — Винтерфорест — небольшое королевство, если они объявят войну они её проиграют, — рассуждала Кэлен, сидя в кресле.       Даркен Рал посмотрел на неё взглядом человека который очень устал  — Как-бы не так. Винтерфорест маленький по сравнению с Д'харианской Империей, но при желании он может найти союзников, например правителей других стран, которые боятся нашего правления. Не забывай что Винтерфорест буквально сидит на золоте.       При этих словах Кэлен немного опешила. Винферфорест сидит на золоте? Она слышала об этом месте, о том что это бедная страна, которая живёт за счёт охоты и рыбальства.  — О чём ты? Разве Винтерфорест богат?  — Винтерфорест — нет, а вот его правители — да. Эти люди, хотя даже не люди, а просто набитые кошельки, они скопили много богатства. Собирают огромные налоги, забирают то что им не принадлежит и всё подобное.  — Но у Дхары есть огромная армия.  — Армия Дхары ослаблена. Люди только что праздновали победу, и последнее что им нужно это новая война. К тому же на новую войну нужны деньги, которых у нас мало.       Кэлен не ожидала услышать такого. Она была уверена что армия и казна этой империи полны и способны выдержать испытания временем.  — Если Винтерфорест объявит войну, сколько мы продержится?  — Годы, десятилетия, столетия. Мы даже можем победить. Но мы всё равно не можем себе этого позволить.       Кэлен смотрела на Даркена и пыталась понять что творится у него в голове. Она знала как он ведёт дела. Она знает его как человека который рад был вести войну с собственным народом. Его знают как тирана и завоевателя, и мир его таким запомнит. Но сейчас этот человек сидел в кресле, облокотившись на спинку как обычно, и думал как войны избежать.  — Ты вёл войны большую часть жизни, — после долгой паузы, она заговорила очень холодным тоном, — ты воевал со всеми. Увеличивал территорию Дхары завоеваниями, — последние слова прозвучали с ниткой призрения, — но сейчас ты не хочешь войны, почему?       Глаза Рала были прикованы к матери — исповедницы, они были полны злости и ярости, но через минуту опустились вниз и он спокойным тоном произнёс:  — У войны должна быть цель. У них она есть — уничтожить Д'хару и править на этой земле. У нашего правления цель немного другая — сплотить две враждующие стороны: сопротивление и сторонников. Если мы отправил их в бой, они загрызут друг друга как собаки, а нашему врагу это будет очень кстати.       В следующие минуты они сидели молча и думали как избежать такой ситуации. В голову ничего не приходило.       Светало. Лорд Рал и мать — исповедница по-прежнему сидели и думали. Они не сомкнули глаз.  — Иди, тебе нужно поспать, — сказал Даркен.  — Тебе тоже, — немного с заботой сказала она, но тут же осеклась.  — Хорошо, — с улыбкой произнёс он.       Он не знал почему, но эта девушка заставляла его улыбаться. Её зажимы, и холод привлекали его. А иной она не была. Рал словил себя на мысли, что за всё время в замке она ни разу не улыбнулась при нём, хотя он старался хоть как-нибудь её ощастливить. Но как она может быть счастлива здесь? Её возлюбленный умер, а она живёт под одной крышей с его заклятым врагом. Скоро она станет женой самого ненавистного ей человека, и как тут быть счастливой? — при этой мысли у Даркена сжалось сердце. Жалость и сострадание — не его сильные стороны, но ему это не чуждо.       Кэлен встала с кресла, чтобы вернуться к себе, Рал встал чтобы её проводить. Путь от кабинета до покоев занимал пять минут, но для не спавших правителей это была вечность.       Полдень настал. Кэлен проснулась без капельки бодрости. Она знала что будет очень сложный день.       В комнату вошла Зои держа, как обычно в руках поднос со свежими фруктами и цветами.  — Как вам спаслось, миледи? — в её голосе слышалось здержаный гнев. Она очень яростно начала ставить цветы в вазу. Такое поведение было ей не свойственно, и оно очень удивило Кэлен, — я принесла свежие фрукты, — продолжила она.  — Зои, что-то не так? — спросила Кэлен немного насторожившись.       Зои немного остыла, выдохнула, а затем немного осторожничая сказала:  — Прошу прошения, моя госпожа, я забылась. Я не в праве вас осуждать, — сказала опустив глаза, — Я пойму если вы велите меня наказать или уволить.  — О чём ты говоришь? — перебита её Кэлен, — За что осуждать? , — она подошла поближе, положила руки на плечи Зои и боясь, что та сейчас расплачется, с лёгкой улыбкой сказала, — За что ты не в праве меня осуждать?  — За вашу ночь с лордом Ралом, — Кэлен решила, что не поверила своим ушал, а Зои продолжала, — Конечно, он ваш жених, вы женитесь через пару дней, он такой человек видный, да и кто вас осудит…       Кэлен поняла, что уши её всё верно услышали, и начала безудержно хохотать.  — Миледи? — Зои не могла понять что так расмешило её госпожу.  — Зои, — приходящая в себя мать — исповедница обратилась к своей служанке, — подай воды.       Она зделала пару хороших глотков, а потом всё побъяснила, своей милой служанке, которая нашла своё логичное объяснение тому, что её госпожа не пришла ночью, а вернулась утром в сопровождении жениха и сразу уснула.       Конечно Кэлен скрыла содержание письма и его последствия, но суть оставила прежней: она и её и лорд как правители обсуждали политические дела в стране всю ночь.       Зои ушла, а Кэлен вновь вернулась к мыслям о том письме и о возможной войне. Когда её слуги пришли, чтобы помочь ей переодеться к ужину, который для неё будет завтраком, она спросила у Зои:  — Что у нас сегодня? Снова приём с кучей гостей?  — Насколько мне известно, моя леди, нет. Милорд устроит ужин только для вас.       , Наверно чтобы реабилитироваться за завтрак» — подумала она. Эта мысль подтвердилась. Даркен встретил её возле покоев, отпустил слуг и сопровождал её до большого зала, где и был приготовлен ужин.       Кэлен уже ни капельки не удивлялись необычные места. И она не знала чем её может удивить этот "реабилитационный" ужин на двоих.       Войдя её ноги по щиколотку погрузились в лепестки роз, ими был усыпан весь пол. Хотя пол даже не был виден, можно было подумать что сделаешь шаг и утонешь в этом нежном озере. Она осмотрелась: на высоте где-то метр над головой в воздухе зависти свечи, но не замерли на месте, а немного двигались, словно знали куда смотришь и немного приближались, но оставались на равном расстоянии друг от друга. При их свете орнаменты на стенах были похожи на облака. До её ушей донеслась лёгкая музыка арфы, она обернулась и увидела, что музыкальные инструменты, как и свечи, зависли в воздухе и играли без музыкантов. Посередине комнаты стоял стол уставленный самыми разными блюдами.       Даркен взял её за руку, и спросил:  — Как вам, миледи?  — Должна отдать должное — ты умеешь устраивать свидания.       В этом раю они ели, пили и много разговаривали. Даркен рассказал пару смешных случаев из своей жизни, и Кэлен смеялась от души. На середине ужина дама высказала желание танцевать, её покорный кавалер щёлкнул пальцами и музыка переменилась на танцевальную. Как положено, Даркен пригласил её, и тут они поняли, что с их встречи они почти не касались друг друга. Это было немного неловко, но Даркен улыбнулся своей леди, взял её за талию, она положила руку ему на плечо, и они закружились в танце. Юбка Кэлен развивалась и эти двое летали в лепестках роз, быстро, а затем медленнее, и вот уже совсем медленно, смотря друг другу в глаза.       Она не могла поверить что этот человек может быть таким привлекательным в такие моменты.       Мать - исповедница немного протянулась к своему господину, и он её поцеловал. Так нежно и страстно, и она ответила ему.       Во всём мире полный хаос, назревает война, мир может рухнуть завтра. Но сегодня они здесь посреди лепестков. Этот вечер только для них.       После жаркого поцелуя они оба были немного возбуждены. Сейчас Кэлен хотела большего и Рал это почувствовал. Он крепче обнял её и поцеловал ещё более жарко. В поцелуе они сделали пару шагов к столу и Даркен стряхнул половину ненужной посуды, которая в тот же миг исчезла. Он посадил на стол Кэлен. Они оба знали к чему это ведёт. Даркен жарко начал целовать её шею и расстёгивать корсет. Через минуту она была уже наполовину обнажена. Даркен положил её на спину и одаривая поцелуями шею, пальцами потянулся под юбку. Кэлен начала постанывать. Она таяла в его руках. Он пошёл поцелуями ниже. Сначала живот, а потом и влажную киску.       Сам Даркен был ещё одет, но Кэлен решила это исправить. Она поднялась к нему и сняла его жилет, обнажив рельефную грудь, а затем ответила на поцелуи. Пальцы его ни на секунду не отрывались от её киски. Она стонала, а Даркен шептал ей на ухо пока расстегивал штаны. Она снова в горизонтальном положении, Лорд Рал вошёл в неё и начал плавно двигаться .       Даркен крепко взял её одной рукой за талию, а другой за нежную ногу. Отличная поза! Но надолго они в ней не остались. Даркен оставаясь в ней, поднял свою леди со стола и положил на лепестки роз.       Он балансировать между нежностью и доминированием. Рал взял её руки и зафиксировал их над головой, чтобы его пальцы могли скользить по её груди и талии. Что же, Кэлен это определенно нравилось. Она обхватила его ногами, стонала и изгибалась.       На секунду Рал остановился, он посмотрел на Кэлен с улыбкой и, словно дразня её, жарко поцеловал и продолжил.       Когда они кончили, Даркен прилёг рядом на розы и обнял свою обнаженную невесту. Она была уже без сил и пара просто лежала на полу слушая арфу.       Они потеряли счёт времени. Знали только что уже за полночь. Там они были словно на небесах, но пришло время вернуться на землю, и Кэлен спросила:  — Ты готов вернуться к разговору о Винтерфоресте?  — У тебя есть мысли по этому поводу? — Даркен ответил вопросом на вопрос.  — Есть одна, — Кэлен при поднялась на локте и продолжила, — У Дхары самая сильная армия, ни один народ не станет помогать маленькому колевству в завоевании огромной страны, которое может длиться годы.  — Допустим, но наша армия  — Ждёт момента когда мы сплотим их, — перебита она его, и продолжила, — Нужно показать нашу силу, показать что сейчас мы сильны как никогда, и как можно быстрее.  — Что ты имеешь ввиду? — озадачено спросил Даркен.  — Мы должны пожениться. Не через неделю как планировали, а послезавтра.       Пара минут молчания. Они встали и начали одеваться. Даркен обдумывал эту мысль. А затем ответил.  — Хорошо! Мы поженимся послезавтра. Придётся немного ускорить наши планы, но это может сработать, — он вынул что-то из кармана своего жилета, который лежал недалеко, а затем встал на одно колено перед ещё обнажённой матерью- исповедницей и спросил:  — Кэлен ты выйдешь за меня послезавтра?  — Да, милорд, — ответила она протянувшийся руку на которой теперь красуется обручальное кольцо.       Даркен щелкнул пальцами и зал опустел. Он провёл невесту до её спальни, и она скинув с себя недавно надетое платье, мгновенно уснула.