Потерянный на перекрёстке

       Утро каждого ребёнка начинается по-своему. Кого-то с утра будит ароматный запах свежего завтрака, который ему приготовила мама. Кто-то же сам пораньше пробирается на кухню, чтоб устроить домашним сюрприз и в то же время, глянуть одним глазком утренние мультсериалы.        Каждый ребёнок добавляет собственного шарма в этот странный ритуал, и даже, в канализации, в таком, казалось бы, неприглядном месте, ребёнок не будет отказываться от своих же правил, даже если это маленькие черепашата-мутанты.        Под землёй, в такой необычной семье, каждое утро обычно непохоже на предыдущее. Около одного из туннелей, скрытый от посторонних глаз, сидел один до жути смышлёный черепашонок. Иногда он заставлял своих братьев думать, что тот уже давно спит. Дожидаясь удачного момента, он неслышной тенью пробирался мимо сладко спящих братьев и окунался с головой в свой собственный книжный мирок.        На этот раз Донни читал новую книгу.        Её сенсей принес совсем недавно, сказав, что увидел, как один хороший господин оставил её около мусорного бака.        Радости Донателло не было предела. Это ведь не просто книга, это целая Всемирная Энциклопедия! Проглатывая залпом новый раздел об астрономии, черепашка всё больше удивлялся:        «Как кто-то мог отнести такую книжку на свалку?» — не унимался разум юного гения.        Для него оставалось большой удачей, что ни один из братьев не хватился и не загнал его в постель, отбывать законный отдых.        Но вдруг…черепашонок почувствовал на себе взгляд чьих-то уж очень любопытных глаз. На подтверждение его догадкам, в просторном логове раздался глухой звук стука об пол. От неожиданности столь «грациозного» падения, Донни аж немного вздрогнул.  — Ну как? Я был скрытным, как настоящий ниндзя? — шёпотом, спросил самый младший из четвёрки, тихо выплывая из тени.  — Настоящий ниндзя никогда бы так не свалился с трубы, прям перед носом своей цели.— таким же, еле слышным шёпотом ответил обладатель книги.  — Но я ведь только учусь. — обиженным голосом заявил весельчак. — Я просто проснулся, а тебя рядом нет. Пошёл искать, а ты вот тут сам сидишь.   — Я тут читаю. — ответил умник, показывая немного содержание книжки.  — А что ты читаешь? — бесцеремонно заглядывая внутрь, спросил младший. — Это сказка?  — Нет Майки. Это книга о том, как устроена вся наша планета. — сказал Донни, пытаясь показать в полумраке редкие картинки. — Вот ты, например, знал, что кольцо вокруг Сатурна состоит из разных космических обломков, которые просто двигаются по его орбите с огромной скоростью?        Микеланджело на такие заявления лишь сильнее хмурил брови. Конечно, он иногда был не прочь почитать, но почти во всех случаях это были рассказы о героях, которые побеждали злодея, спасали мир и к тому же успевали заполучить какую-нибудь принцессу.        Обычно, книги ему читали Донни или сенсей, а когда уж они были заняты, можно было попросить Леонардо. Отвлекать Рафа на подобное было, конечно, рискованно, но даже раз в год палка выстреливала.        Сам Майки конечно умел читать, но делал он это плоховато, и ему удобнее было попросить кого-то.        Видя такую реакцию со стороны слушателя, Донателло сообразил, что конструктивный диалог на эту тему очень скоро может превратится в конструктивный монолог.  — Ладно уж, проехали. Ты ведь никому не скажешь, что я тут сидел?  — Хоть под пытками, но не выдам! — с широчайшей улыбкой выпалил весельчак, отдавая импровизированный жест чести, который он подсмотрел в одном потрёпанном военном журнале.  — Хорошо, но тогда я взамен никому не расскажу, как ты сегодня рухнул с трубы. — поднимаясь с бетонного пола, ответил умник. — Договорились?  — Договорились. — сказал черепашка, убегая вперёд своего старшего братца. ***        После утренней тренировки, каждый чувствовал себя немного измотанным. Особенно это было видно на третьем по старшинству мутанте. За бессонные ночи в книжном мирке приходилось платить свою цену — цену бодрости.  — Ты чего на тренировке такой вялый был?! Тебя и таракан мог бы с ног свалить! — возмущался с недавнего времени, гордый обладатель сай.  — Не лезь к нему Раф. Может он просто плохо спал? — сказал Леонардо, вставая на защиту младшего брата.  — А может он вообще не спал? — не унимался темперамент, бросая грозные взгляды на каждого из братьев. — Может, он опять всю ночь свои заумные книжки читал?  — Он не читал! — как всегда, встревая в середину разговора, заявил Микеланджело. — Он со мной всю ночь спал!        Заявил, и сразу же немного испугался своей смелой лжи. Ведь разом, три пары изумлённых глаз бросили на него взгляд. А от взгляда одних недоверчивых глаз и вовсе хотелось поскорее спрятаться.        Резко развернувшись, сердитый юный ниндзя пошагал прямиком к источнику недоверия.  — Не врёшь? — спросил черепашонок, вглядываясь в глаза младшего и пытаясь выискать там ложь. — Обещаешь?        И тут даже сам Донателло побоялся и за младшего и за их совместный секрет. Ведь под напором самого сурового из четвёрки, даже он мог сгоряча взболтнуть лишнего, что уж говорить о младшем.  — Клянусь всеми своими запасами конфет! — выпалил весельчак, складывая свои небольшие лапы на пластоне, как на груди.        Глядя в такие чистые и невинные глаза, можно даже и поверить в эту искреннюю ложь, ведь она была сказана, ради спасения брата. Рафаель ещё с полсекунды глядел в них, а потом фыркнув, отвернулся.  — Ладно уж, живите пока, оба. — с негромким саркастичным смешком ответил тот.        В этот раз, маленькую бурю удалось пережить благодаря актёрским способностям Микеланджело. За свою, хоть и не очень продолжительную жизнь, он научился неплохо врать. Не перед отцом, конечно, но иногда это помогало обернуть к себе удачу лицом.        В моменты, подобные этим, просто забываешь, что врать — плохо. Это уже больше начинает напоминать немного неисправный инструмент, который ты используешь для достижения цели.        Да, он неудобный, но если наловчится им пользоваться, то в случае пропажи обычных инструментов, такой всегда будет на подхвате. ***        Ближе к вечеру, каждый из нашей четвёртки занимался своим делом.        Донателло читал уже излюбленную книгу. Майки рисовал любимые картинки, и всё то, что могла изобразить его фантазия, то и дело подбегая к братьям, чтобы они смогли оценить его творчество.        Старшие, тем временем, отрабатывали уже отученные приёмы, периодически поглядывая за младшими, дабы удостоверится в их целостности.        Закончив, по мнению самого художника, свой лучший рисунок, весельчак помчался к старшему.  — Лео, Лео! Смотри, что я нарисовал, правда похож? — протянув свой лучший листок, не унимался младший.  — Ну, что на этот раз? — не теряя попытки подколоть брата, спросил Рафаель, пытаясь взглянуть на рисунок, через плечо старшего брата.        Конечно, упрекать ребёнка в его художественных способностях было бы плохо, ведь в таком изобилии цветов на бумаге, всё же вырисовывался силуэт.  — Эм… Это крыса?  — Это не просто крыса. — обиженно ответил весельчак, сделав по театральному, грустные бровки «домиком».        В то же время, подошёл Донателло. Ему также хотелось посмотреть на рисунок обладателя нунчак.  — Это похоже на Мастера Сплинтера.  — Правильно, Донни! Угадал, тебе приз! — крикнул черепашка, повиснув на шее у братца и чуть не свалив того с ног.        Стоя посреди этого балагана, темперамент выхватил у лидера листок, попутно рассматривая его. — Знаешь Майки. Думаю, если закрыть глаза — рисунок будет выглядеть лучше.  — Очень смешно, Раф. — без всякой злобы ответил младший. — Вот Мастеру Сплинтеру он точно понравится. И вообще…а… а когда сенсей вообще вернётся?  — Не знаю. У нас он только Бесстрашному говорит, когда вернётся. — ответил темперамент, указав на лидера лапой.  — Он точно не говорил. — сказал Леонардо, несильно пихнув брата за такое прозвище. — Сказал лишь, что может задержатся на поверхности.  — Хм… Я тоже хочу на поверхность. — с грустным выражением лица протянул младший.  — Все мы этого хотим. — в такой же манере, ответил юный гений. — Я, например, хочу посмотреть на звёзды и сравнить их с теми, что я видел в книгах.  — А я вот хочу найти каких-нибудь плохих людей, о которых рассказывал сенсей, и начистить им панцири! — уже в своей манере, мечтал Раф, вставляя посреди речи боевые приёмы. Для убедительности.  — Но у людей ведь не бывает панцирей! — недоумевал Майки, поглядывая на всех братьев, конкретнее, на одного. — Правда ведь не бывает, Дон?  — Конечно не бывает. — с теплотой ответил самый умный черепашонок.  — Вот только мы не можем туда выйти. — констатировал неприятный для всех братьев факт, как всегда, самый старший.  — А что, если мы очень хорошо его попросим? Вот так, все вместе! — черепашонок не унимал свой энтузиазм. — Нам ведь когда-то придётся выйти отсюда.  — Это могло бы стать для нас хорошей практикой. — сказал Дон. Когда чего-то хочешь всей душой, начинаешь доставать этому причины и плюсы прямо из воздуха.  — Ну так, кто за? — заявил главный зачинщик сей странной аферы. В ответ были подняты лишь две из трёх маленьких ладоней. Буквально, через секунду, троица выжидающе сверлила взглядами самого старшего брата. Уж так повелось в их семье, что без его слова, дело нормально не пойдёт.  — Ну как, Бесстрашный, ты с нами, или один против всех? Окидывая взглядом каждого, Леонардо прикидывал план такой аферы.  — Эх… Куда я против своих братьев то пойду?        И вот, последний голос был принят. Но никто из них не подозревал, чем может обернутся эта идея. Особенно для самого главного зачинщика.