A New Adventure

Все было тихо, не считая мягких шагов медленно расхаживающего по комнате Шерлока, который вспоминал о событиях годовой давности. Столкнулся с сестрой и не помнил ее, увидел, как мужчина совершает самоубийство в тщетной попытке спасти жену, целился из пистолета в собственного брата… С него сорвали всю защиту до тех пор, пока его обливающееся кровью сердце не показало всему миру, как сильно и глубоко он любит. Любовь к брату, то, как перевернулся его мир при мысли о смерти Майкрофта. Его любовь к Джону и Рози, борьба за жизнь лучшего друга и за то, чтобы его любимая крестница не потеряла единственного оставшегося родителя. И его любовь к Молли, скрытая даже от него самого ради ее защиты. И его самого. Потеря контроля в мгновение паники, и он оказался лицом к лицу с осознанием того, что любит ее, а потом чуть не потерял. Был полностью эмоционально выпотрошенным. Шерлок, каким он был до Джона Уотсона, до Молли Хупер, до Мэри Морстан, до любого из них, никогда бы не поддался экспериментам Эвр. Он назвал бы себя слабаком за то, что сдался и отвернулся от нее, угрожая собственной жизнью, чтобы спасти кого-то из них. Он ворвался бы в ситуацию и, скорее всего, убил бы их всех. Но сейчас? Он улыбнулся. Сейчас он знает, что они его сила. И их влияние научило его учиться и принимать свое сердце, которое он так долго старался уничтожить. Это спасло Эвр. — Почему ты не спишь? Шерлок обернулся, его халат всколыхнулся вокруг его ног. Молли прислонилась к дверному косяку, провела рукой по спутанным волосам и сонно нахмурилась. Сердце его защемило, и он широко улыбнулся. — Не могу уснуть. Молли подошла к нему, не обратив внимания на то, что его старая футболка сползла с ее правого плеча. — Когда-нибудь тебе придется выпустить его из рук, милый, — поддразнила она. — Не сегодня, — прошептал он и крепче сжал в руках драгоценный сверток. То, как его новорожденный сын прижимался к его груди, полностью доверяя ему, даже в четыре дня от роду, было чудом, которого он никогда не понимал. Молли понимающе улыбнулась и поцеловала его, потом наклонилась и поцеловала их сына в пушистую макушку. — Спи спокойно, любовь моя, — пробормотала она в его мягкие волосы. Взглянула на Шерлока, обменялась с ним нежными улыбками перед тем, как поцеловать, и, шаркая ногами, вернулась в постель. Оставшись наедине со спящим сыном, Шерлок снова принялся медленно расхаживать по комнате, время от времени покачиваясь. Его навсегда поразило то, как много изменилось за один год. Даже в самых смелых своих теориях он и представить себе не мог, что будет стоять здесь, женатый, с сыном на руках, совершенно довольный жизнью, которую они строили. Он улыбался, глядя, как лунный свет играет на лице сына. — Это будет грандиозное приключение, Джонатан-Виктор. И я не променял бы его ни на что в мире.