Лифт.

Дарт Вейдер быстро решил проблему с годовым отчетом. Лея с удовольствием взялась за это, привычное ей, дело, нагло стырив при этом кое-какую секретную информацию и переправив её Альянсу. Об этом отлично знал Вейдер. Но он не только ничего не сказал ей, но и просто-напросто закрыл на это глаза. Почему? Да потому, что Вейдер отлично понимал: эта информация - единственный шанс на более-менее равную войну. Хотя он, все же, знал, что это не сильно повлияет на итог войны. Империя сильна, у неё большущий флот, армия, много денег и техники. У Альянса же есть только их храбрость, сила воли, их идеалы, за которые они готовы погибнуть. Про себя Вейдер называл Альянс сборищем тупых идеалистов-камикадзе, при этом забывая, что когда-то он сам был таким. По правде говоря, Вейдер уважал их, несмотря ни на что, хотя бы за их храбрость и мастерство. Да и к тому же Вейдер знал, что если Альянс уничтожить, то, во-первых, Лея на него смертельно обидится, во-вторых, ему будет очень скучно. А самое главное то, что Императору тоже станет скучно. А если Палпатину будет скучно, то он начнет пристально следить за ним и узнает о Лее... О том, что будет, если Палпатин узнает о Лее, Вейдер предпочитал не думать. Но одно он понимал совершенно точно: этого ни в коем случае допустить нельзя! Лея же знала: Вейдер знает о том, что она сливает информацию Альянсу. Потому и сильно не наглела и не передавала супер секретные сведения. Но если с проблему с отчетом Вейдер решил быстро, то проблему с балом и ультиматумом Палпатина он откладывал до последнего. Все-таки довольно скоро ему стало понятно, что придется в этом непростом деле задействовать Лею. Он сделал для неё документы на имя Лили Блэк, составил легенду, официально оформил её как своего личного секретаря, арендовал одного из самых известных модельеров Корусанта - месье Мартини, его бригаду стилистов и весь его модный салон на три часа перед Балом. Надо сказать, когда Вейдер анонимно позвонил в салон и попытался договариваться об аренде, то он получил отказ, аргументируемый тем, что сейчас, перед балом, у них и так много заказов. Тогда Вейдер лично наведался к ним. Месье Мартини искренне считал, что ему очень повезло - он отделался сильнейшим испугом и заиканием на два дня, а не сломанной шеей или прижатой сонной артерией. Так вот Вейдер обо всем позаботился. Но сказать об этом Лее он никак не решался... В результате решился он только тогда, когда до Новогоднего Бала оставалось чуть меньше четырех часов.