Ты плакал, а кругом была тишина...
6 января 2019 г., 18:48
«И придёт день, когда я загляну в его глаза,
глаза моего Доктора,
и у него не будет ни малейшего понятия о том, кто я,
и я думаю, это убьёт меня».
Ривер Сонг «Невозможный Астронавт»
Скрипучий металлический голос безапелляционно заявил: — Самоуничтожение через две минуты! Кудрявая белокурая женщина в белом скафандре сидела в огромном кресле и сосредоточенно подкручивала проводки. Украдкой она посматривала на Десятого Доктора, лежащего без сознания на полу. Она смотрела на самого близкого и дорогого ей человека, человека, который теперь не узнаёт её, потому что ещё не встретился с нею. Её не должно это мучить, но мучает. Экран переливался разноцветными огоньками, а она вспоминала, вспоминала самые лучшие моменты в своей жизни с ним. С её Доктором. Хотя, по сути, это всегда был один и тот же человек, просто её временные линии ещё не пересеклись с его, а если и пересекаются, то в неправильном порядке. Она уже видела его и хорошо знает. Знает, каким он может быть замечательным, и поэтому теперь просто обязана исполнить свой долг. Долг жизни. Смахнув пот со лба, профессор тяжело вздохнула. Ах, какой это был вечер!***
Он появился как всегда неожиданно, в новом костюме и с потрясающей причёской. Как обычно Доктор решительно схватил её за руку и, не говоря ни слова, повёл в ТАРДИС. Профессор очень удивилась, когда он, загадочно улыбаясь, протянул ей подарок. Сколько она знала Доктора, он никогда ничего не делал просто так. Да и подарков тоже не дарил. Открыв праздничную упаковку, Ривер обомлела. — Звуковая отвёртка? Ты подарил мне отвёртку! Потрясающе! — от неожиданности она так растерялась, что никак не могла собраться с мыслями и подобрать нужные слова. — А что такое? Тебе не нравится? — грустно улыбнувшись, он неожиданно выхватил подарок из её рук и посветил женщине прямо в лицо. — Смотри, как здорово жужжит! — Нравится, очень-очень! Она просто восхитительна, спасибо! — от радости Ривер закружилась вокруг Доктора в импровизированном танце, совсем как девчонка. Торопливо обняв мужа за шею, она нежно чмокнула его в щёку. — Пойдём на балкон, я хочу тебе кое-что показать. Тебе понравится! — заморгав, он суетливо отвернулся, пряча от жены покрасневшие глаза. Тихо ахнув от изумления, Ривер замерла, заворожённая открывшимся перед ней зрелищем: небо заиграло всеми оттенками красного, оранжевого и золотого, в эфире растворилась волшебная мелодия знаменитых башен Дариллиума, а тёплый ветерок нежно ласкал кожу. Доктор неслышно подошёл и встал рядом с ней. Его высокая гордая фигура резко обрисовалась в вечерней дымке. Тонкое аристократическое лицо побледнело и заострилось от внутреннего напряжения, брови привычно нахмурились, а губы сжались в тонкую линию. Чарующая музыка на мгновение вырвала его из плена горестных переживаний и душераздирающих противоречий. Вздрогнув, он медленно повернулся в сторону женщины и прищурился. Гаснущие лучи солнца игриво переливались в её золотистых локонах, губы расплылись в мечтательной улыбке, а точёные пальцы медленно поглаживали перила. Доктор невольно залюбовался ею и не сразу заметил, как в глазах предательски защипало. Башни пели, а они молчали, думая каждый о своём. — Музыка! — восхищённо прошептала Ривер. — Послушай её! — улыбаясь своим мыслям, она медленно повернулась к Доктору и недоуменно заморгала. — Ты плачешь? — счастливая улыбка моментально исчезла с её лица. — Это просто ветер! — поспешил успокоить её Повелитель Времени. — Ветер всегда ни при чём! — Нет! Он дует через систему пещер, гармонируя с кристальной прослойкой… Почувствовав что-то неладное, Ривер взволнованно вгляделась в лицо Повелителя Времени. Уж слишком хорошо она знала своего мужа. Доктор всегда начинал говорить какую-то несуразицу, когда хотел оттянуть неприятный момент в разговоре. Тем самым пытаясь успокоить и себя, и собеседника. — Почему тебе грустно? — настойчиво тормошила она Доктора. — Почему тебе грустно? — невозмутимо парировал он. — Я слышала, что последнюю ночь вместе мы проведём в Дариллиуме. — Тебе не следует слушать истории про нас, — вздохнул Доктор. — Спойлеры! — Но это объясняет, почему ты постоянно избегал этого места, отменял ужин, и если это наша последняя ночь вместе, то я жду, что ты найдёшь выход! Печально посмотрев на жену, он еле слышно пробормотал: — Не всего можно избежать! — Но ты — это ты! Всегда есть лазейка! Ты ждёшь, а потом ошарашиваешь меня! — Ривер, послушай меня… — Но ты найдёшь выход! Подождёшь, когда я лишусь последней надежды и… потом улыбнёшься и спасёшь день! Ты так всегда делаешь! — Время истекает… это его свойство. Правда слишком жестока, и мы придумываем сказки, чтобы обманывать себя. Ты потрясающая женщина. Единственная и неповторимая, — заглянув ей в глаза, Доктор проникновенно прошептал: — О, Ривер Сонг… мне так жаль, но мы замечательно провели время. Чудесно! Прости… — Когда-то я хотела быть с тобой вечно, но потом я выросла и поняла, что вечно значит всего лишь время. Только тебе этого не понять… У нас есть ещё немного времени? — Что ты думаешь о башнях? — перебил её Доктор. — Я их обожаю! — Они простояли тут тысячи лет, и никто не знает наверняка, откуда берётся музыка! — Доктор нежно обнял жену за талию, крепче притянул поближе к себе и указал пальцем на башни. — Наверное, это зависит от их расположения и расстояния между башнями. Даже местные не уверены, но любой может подтвердить, что когда ветер не дует, а ночь безоблачна, когда ты этого меньше всего ожидаешь, и это тебе нужно больше всего — звучит песня. — Значит… как долго длится ночь на Дариллиуме? — Двадцать четыре года… — тихо ответил Доктор, он знал, что это время, но для него это было слишком маленьким сроком, хоть это и самое большее, что он мог сделать. Ривер чуть приоткрыла рот, не в силах сдержать слёзы. Он так отвратителен, но так любим. — Я ненавижу тебя… — Нет. Это не так.***
Она слабо улыбнулась. Перед глазами встал совсем другой образ — «сумасшедший из будки». Сумасшедший в своей безудержной энергии, внешне совсем ещё юный, смешливый, находчивый, но такой до боли родной и любимый. Непокорная вихрастая чёлка, неизменная жизнерадостная улыбка, озорной блеск в глазах. Ах, ну, как же он похож вот на этого Доктора-мальчишку. Ну, конечно же похож — это была его следующая регенерация. Ему ещё очень долго будет нравиться изображать непоседливого живчика, экстравагантного, внезапного и чрезмерно эмоционального. Картинка задрожала и расплылась. Моргнув, Ривер глубоко вдохнула и, слегка прищурившись, посмотрела невидящим взглядом прямо перед собой. Тонкие пальцы, наконец-то, перестали терзать провод, и перед ней воскресло самое важное, самое прекрасное событие для любой девушки или женщины на любой планете, в любой системе галактик. Свадьба, её свадьба — причудливое и страшное переплетение линией времени.***
У неё не было белоснежного платья, музыки и гостей. Она — заложница своей судьбы, наёмница, которая дважды провалила задание. Не смогла исполнить миссию сумасшедших фанатиков, не смогла убить Доктора. Потому что любовь сильнее любых вживлённых в сознание программ, сильнее сломленной психики, сильнее самой смерти. Она даже способна остановить само время ради любимого. Они стояли на вершине пирамиды, ветер трепал её кудрявые волосы, а по щекам уже текли слёзы, душащие слёзы. Картинка была размыта, но Ривер ещё видела Доктора перед собой. Только его и видела. Он так несправедлив к ней со своим идиотским желанием спасти всех и вся, но он не виноват, просто не знает, какую боль она испытывает. Доктор недоволен, она не любит, когда он злится, особенно в этом юном теле с большим подбородком. Тайм Лорд напрягается и сильно хмурится. Ривер не хотела его злить, но просто не могла иначе. — Ривер, ты и я, мы знаем, что это значит. Мы — эпицентр взрыва, который охватит всю реальность. Миллиарды и миллиарды будут страдать и погибнут! — он кричал на неё, и это причиняло боль ещё сильнее. Она просто хотела, чтобы всё было хорошо. Она хотела счастья. Счастья для себя. Она его заслужила. Счастье со своим Доктором. — Я буду страдать, если убью тебя, — выдавила Сонг из себя, стараясь прогнать вставший ком в горле. — Больше, чем любое живое существо во Вселенной?! — Да… Между ними повисло молчание, а надежда Мелоди на то, что всё будет хорошо, практически оборвалась. Она боялась, что не смогла убедить его, и слёзы вновь наворачивались на глаза. Доктор смотрел на неё так недовольно, но что-то было ещё в его взгляде, что-то, что она не могла прочитать, от этого становилось лишь хуже. — Ривер… — наконец произнёс Доктор, — Ривер… Ну почему нужно быть такой. Мелоди Понд. Ваша дочь, — взглянул Одиннадцатый в сторону Эми и Рори — единственных гостей на их торжестве, если это можно было назвать торжеством. — Гордитесь? Рори, как и было ему свойственно, не сразу соизволил осознать всю суть ситуации, и даже две чёткие и короткие фразы его супруги из другой реальности не внесли ясности в голову великого центуриона. Он просто умолк, впрочем, он и без того был негромкий, просто посчитал, что сейчас не время для допроса с пристрастием, молча кивнув. Доктор отвернулся от Мелоди, собираясь с силами. Он уже знал всё дальнейшее развитие событий, потому что как всегда тянул до последнего, до момента, когда угаснет последний уголёк надежды в её глазах. Он поступал подло, но он спасал не только их личное счастье. Он спасал Вселенную, Время и Пространство и не мог вести себя иначе. — Эми, сними с меня наручники, — после этих слов сердце Ривер упало, она думала, что и эту миссию провалила, провалила окончательно. Ему стоило только коснуться её, и всё обрушится, время запустится, а у них не будет будущего, их счастливого будущего. — Так… — Доктор развернулся и хлопнул в ладоши. Так эффектно, так в его стиле — игра на публику. — Мне нужна полоска ткани. Где-то с фут длиной. Подойдёт любая. А, забудьте, — он развязал бабочку, резким движением снял её с шеи и подошёл к Ривер. — Ривер, возьми один конец, оберни вокруг ладони и протяни мне. — И что мне делать? — её сердце колотилось быстро как никогда, она старалась не смотреть ему в глаза и ждала какого-то трюка, фокуса, который перевернёт всё с ног на голову. Но Доктор ничего не делал, она так думала. — То, что тебе говорят, — ответил Одиннадцатый на её вопрос. — Мы сейчас в зоне боевых действий, так что подойдёт укороченный вариант. Капитан Уильямс, — громко обратился он к Рори, — скажите: «Согласен и с радостью отдаю». — Зачем? — прозвучал непонимающий голос Уильямса. — Просто скажи это, — в нетерпении прыснул Доктор. — Согласен и с радостью отдаю, — оттараторил Рори. — И ты скажи то же… — спокойно сказал Доктор, мельком взглянув в сторону Эми, а потом добавил: — Мать невесты. — Согласна и с радостью отдаю, — сразу же спохватилась Амелия, а Ривер ещё не всё понимала, но уже почти не ждала того, что Доктор всё исправит. — Сейчас, Ривер, я собираюсь прошептать тебе кое-что на ушко, и ты должна запомнить это крепко-накрепко и никому не говорить. Она лишь кротко кивнула. Он чуть наклонился, а в сердце Мелоди вновь затеплилась надежда. Она думала, что сейчас он скажет что-нибудь заумное, а потом рассмеётся, глядя ей прямо в глаза, и спасёт всех. Спасёт её. Она будет ненавидеть Доктора, но её любовь сильнее ненависти, она слишком сильно любит его и не сможет долго злиться. Ривер тоже наклонилась, затаив дыхание, а после услышанного она словно вновь ожила. — Загляни в мой глаз, — прошептал Доктор. Одновременно ей хотелось и убить его, и прижаться к нему, больше никуда не отпуская. Он нашёл выход как обычно, снова отыскал лазейку. Залез внутрь собственного тела, одурачив всех вокруг. Какой же он всё-таки гад, но любимый всем сердцем. Он спас Время и Пространство, но самое главное, он спас её и спас их счастье. Шокированная Ривер отстранилась от него, сдерживая огромное желание отвесить ему смачную пощёчину, и заворожённо смотрела на Доктора. Вновь начали подступать слёзы, но теперь не от горечи, грусти и отчаяния. Это были слёзы счастья. Слёзы самой счастливой женщины во всей Вселенной, которая только что вышла замуж за Доктора и убила его одновременно. Одиннадцатый еле сдерживал улыбку и с целью прогнать недоумение Эми и Рори последовал самому первому правилу Доктора: — Я только что сказал тебе моё имя. Ну вот, Ривер Сонг… Мелоди Понд — женщина, которая вышла за меня замуж. И, жена, — уже громче произнёс он, — у меня есть к тебе просьба. Мир умирает, и это моя вина, я не в силах выносить это больше ни секунды. Пожалуйста, помоги мне. Другого способа нет. — Тогда ты можешь поцеловать невесту, — произнесла Мелоди Понд сквозь слёзы. — Это будет один из лучших поцелуев. — Сделай ещё лучше. Они вместе сделали это. Поцелуй скрепил их союз, подтвердил искренность намерений, время было запущено, и все спасены. И пусть теперь она большую часть своей жизни проведёт в самой охраняемой тюрьме, зато она самая счастливая. Мелоди Понд — женщина, вышедшая замуж за Доктора. И это без всяких сомнений был самый лучший день в её жизни, несмотря ни на что.***
«А этот Доктор считает меня всего лишь своей побочной спутницей. Одной из многих, которых он встречал на своём пути. Одной из тех, которую он опять потеряет… прости, сладкий… мне так жаль!» — Нет, нет! Не делай этого! Это моя работа! — надрывный вопль Доктора вывел Ривер из задумчивого оцепенения. — А мне нельзя иметь свою карьеру? Я правильно понимаю? — саркастично прокомментировала она. — Почему я в наручниках?! — вновь возмутился Доктор. — Спойлеры, сладкий! — кокетливо дернув бровью, она ласково ему улыбнулась и подмигнула. — Это не шутка, остановись! У тебя нет ни малейшего шанса! Ты умрёшь! — судорожно дёргая рукой, прикованной к стене наручниками, он взвыл от переполнявшего его отчаяния. — У тебя тоже его нет! — сердито рявкнула Сонг, пытаясь остановить начинающуюся истерику Доктора. — Да как же с тобой молодым тяжело! — немного успокоившись, она деловито проговорила: — Я рассчитываю подключиться в конце отсчёта, когда будет перерыв в отсчёте команд. — Пожалуйста, нет! — Забавно… это значит, что ты всегда знал, как я умру! Всё это время, пока мы были вместе! Ты знал, что я прилечу сюда! Знал! Доктор ошарашенно смотрел на эту загадочную Ривер Сонг и ничего не мог понять. Кто она?! Почему так много знает о нём?! Зачем собралась жертвовать во имя него?! Попытки остановить её ни к чему не привели. Бесполезно, но нужно попробовать ещё! Иначе это будет его очередная вина, новый страшный груз на его израненную душу. Доктора снова пробила нервическая дрожь, лицо обдало жаром, рука от неудобного положения затекла и немилосердно ныла, дыхание перехватило, а мысли сбивчиво метались в голове. Повелитель Времени слушал откровения профессора Сонг и судорожно хватал ртом воздух. На сердце становилось всё тяжелее и тяжелее, там что-то дрогнуло и отдалось мучительной болью. Он чувствовал, что эта женщина необыкновенна и должна сыграть важнейшую роль в его судьбе, а он не может её спасти. Ничего не может сделать… — Думаю, ты знал, что время пришло. Время — лететь в Библиотеку. Ты даже подарил мне свою отвёртку! Это точно была подсказка! Я знала, что когда-нибудь придёт день, когда я загляну в его глаза, глаза моего Доктора, и у него не будет ни малейшего понятия о том, кто я, и я думала, что это убьёт меня. Теперь я понимаю, что это не так, совсем не так. В этой фразе совершенно другой смысл, не такой, как я это представляла себе раньше. Лихорадочно извиваясь всем телом и нервно кусая тонкие губы, Доктор упорно тянулся свободной рукой к отвёртке. Ему казалось, что стоит ещё чуть-чуть постараться, и он наконец дотянется, дотянется и обязательно всё исправит. — Позволь, позволь же мне это сделать! — Ты ничего не сможешь сделать… — печально констатировала Ривер. — Прости! Я не хотела делать тебе больно, и я не хочу, чтобы ты опять во всём винил только себя. Пойми правильно, просто другого выхода нет. Если ты сейчас умрёшь, то я никогда тебя не встречу! — еле сдерживая слёзы, прохрипела профессор. — Время можно переписать! — в отчаянии крикнул Доктор. — Не всего можно избежать! Не в этот раз! Всё хорошо для тебя! Это не конец. Ты увидишь меня снова. У тебя это всё ещё впереди, — профессор Сонг с сожалением посмотрела на терзающегося от своей беспомощности Доктора. Время истекало, и она в последний раз посмотрела на него, пытаясь запечатлеть его образ в памяти. Образ худощавого паренька с взлохмаченной шевелюрой. Привлекательные черты лица галлифрейца исказились судорогой, большие миндалевидные тёмные глаза наполнились нечеловеческой болью. — Ты и я, Время и Пространство! Мы ещё побегаем! Прощай, сладкий, мне так жаль! — Самоуничтожение через… девять… восемь… семь… Ещё раз грустно улыбнувшись, Ривер Сонг надела на голову железный шлем и зажмурилась. — Чш-ш-ш! Спойлеры! — по щеке профессора Сонг скатилась крупная слеза. Яркая вспышка озарила комнату и… всё исчезло. «Она знает моё имя, она прошептала мне моё имя!» — Доктор судорожно заморгал и, тихонько всхлипнув, смахнул свободной рукой текущие по лицу слёзы. «Есть только одна причина, по которой я могу сказать кому-нибудь своё имя! Есть только одно обстоятельство!» — страшная догадка озарила его измученное сознание. — Неужели… ох, Ривер Сонг! Прости, мне так жаль! Я не хотел. Не хотел стать причиной смерти собственной жены. Может, ещё можно всё исправить? А? Я попытаюсь! Слышишь?! Оставайся со мной! Ты сможешь! Я знаю! Донна наконец-то отыскала своего Доктора. После такой сумасшедшей перезагрузки и резкого скачка в пространстве голова всё ещё кружилась и очень плохо соображала. Она была сильно напугана, обескуражена и срочно нуждалась в поддержке своего находчивого и рассудительного компаньона. Только Доктор как всегда куда-то запропастился и именно тогда, когда он был ей больше всего нужен! А Донна так надеялась, что с его помощью она сможет найти Ли — её идеального мужчину. Устав плутать по лабиринтам Библиотеки, она раздражалась всё больше и больше, поэтому, когда всё-таки обнаружила Доктора, то первое её желание было совершенно чётким — придушить и хорошенько отпинать этого «инопланетного идиота». Как следует прокричавшись и немного придя в себя, Донна наконец-то заметила состояние компаньона и тут же осеклась. Его измученное отрешённое и совершенно убитое выражение лица пугало. В глазах Повелителя Времени застыла такая безумная боль, и это было так непривычно, неправильно… настолько по-человечески. Безудержная вспышка гнева моментально погасла и сменилась всепоглощающим чувством сострадания. Она молча протянула Доктору звуковую отвёртку и помогла ему подняться с пола. Сочувственно заглянув в его печальные глаза, Донна приподнялась на носочках и крепко стиснула его в своих объятьях, ласково поглаживая по голове. «Все знают, что все умирают, и никто не знает это так, как Доктор, но я думаю, что все небеса всех миров потемнеют, если он когда-нибудь в это поверит». Доктор положил дневник Ривер Сонг на перила, грустно вздохнув, взял Донну под руку и поднялся по лестнице вверх. Внезапно он притормозил. «Ты даже подарил мне свою отвёртку! Это точно была подсказка!» — Подсказка! Почему я подарил ей свою отвёртку?! — одним прыжком преодолев лестничный пролёт, он схватил отвёртку Ривер и торопливо покрутил в руках, внимательно ощупывая и простукивая её корпус. Вдруг раздался тихий щелчок и нижняя панель отделилась от отвёртки. Увидев ярко мигающий огонёк зелёного цвета, он радостно засмеялся и, повернувшись к Донне, прошептал: — Посмотри на это! Я очень умён! Я сохранил её. Оставайся со мной! Ты сможешь! Ты и я, последняя пробежка! «Все знают, что все умирают, но не каждый день… не сегодня!»
