Белоснежное счастье

      В лесу стоял спокойный летний денек. Изредка дул ветер, тяжело пробирающийся сквозь толщу деревьев, и приносил с собой свежесть лесных трав. Молодой омега лежал на поляне сочного зеленого оттенка и наслаждался этим моментом, но все же тень грусти залегла на его лице. Как бы он хотел сейчас лежать здесь точно также, но не одному, а с родителями. Они жили втроем, в небольшой избушке, глубоко в лесу, далеко от людских глаз. Папа занимался травками и всему учил сыночка омегу, а отец охотился и продавал шкурки и целебные отвары в ближайшем к лесу городке. Все бы так могло быть и дальше, уютно и тепло, если бы не одно но. В один из похожих на этот летний день, родители вдвоем отправились в город. Сыночек их, Даниэль, уже был взрослым и они без страха оставляли его одного. Однако, родители так и не вернулись из города. Встревоженный пропажей отцов, Даниэль мысленно попросил у них прощения и рванул по тропинке, ведущей к городку на поиски. Нашел. Их небольшую телегу, сожженную почти дотла, следы сбежавшей лошади, и сумку отца с мешочком монет внутри. Даниэль тогда долго и горько плакал над последней крупинкой родителя. А вернувшись домой, нашел забытую папой сумку с травками и снова не сдержал слез. Около года мальчику понадобилось чтобы прийти в себя и взяв себя в руки вспомнить папины уроки и начать носить травы в город. Он должен быть полезным! Он не позволит пропасть папиному делу! К сожалению, охотиться он не умел, поэтому хоть и разочаровал покупателей отца, но был рад что они его поняли и не стали мучать расспросами. Сейчас же Даниэлю уже 24 года и он омега в полном расцвете сил, завоевавший уважение в городе своими способностями, но одинокий. Альфы заинтересованно поглядывали на него и вели носом, но подойти не решались. Все знали что свой домик в лесу омега не бросит, и сами не хотели покидать цивилизацию. Вот и лежит поэтому Даниэль на поляне и смотрит в бескрайнее голубое небо совсем один. Или уже нет. Откуда-то сбоку донеслось тихое сопение, смешанное с рычанием и омега тут же подскочил, садясь на попу и испуганно озираясь. Дикие звери на то и дикие. Тут неожиданно на поляну выходит белоснежное нечто и не пройдя и пары метров с глухим рыком валится на землю. Неужели Даниэлю чудится? Волк? В южных то лесах? Да и такой необычный? Помедлив пару секунд и не видя никаких признаков жизни со стороны белого комка шерсти, омега все же решился и медленно поднявшись подошел к волку. Увидев пропитавшийся кровью бок животного, Даниэль забыл о какой-либо опасности и спохватившись порылся в папиной сумке, которая теперь стала его, нашел нужные мази и травы, и незамедлительно стал лечить волка. Только он нашел рану и приложил к ней травы, волк взвыл и клацнул зубами у самой руки омеги. Даниэль испуганно сжался, но не бросил свое дело и не ощутив боли приоткрыл один глаз. На него смотрели лазурного цвета глаза, с толикой грусти, боли и… благодарности? Омега подумал что сошел с ума, раз глаза животного напомнили ему человеческие, но почти сразу забыл об этом, когда волк будто фыркнул и уронил голову обратно наземь. Тогда то он и принялся за дело со всей серьезностью и лишь шикал на волка, когда тот угрожающе рычал. С трудом перебинтовав волчару, а это было ой как нелегко с его постоянными капризами! , Даниэль отошел от него на пару шагов и когда тот поднялся изумился. В холке животное доставало Даниэлю до середины живота и выглядело… устрашающе. Но белоснежное чудо, как окрестил волка про себя омега, измученно посмотрел на своего спасителя и… опять фыркнул! Фыркнув в ответ, Даниэль подхватил свою сумку и не оборачиваясь зашагал в сторону дома с высоко поднятой головой.

***

Кто бы сомневался, это белоснежное чудо доковыляло за омегой к самому порогу его дома и остановилось вместе с хозяином жилища. — Ну и? — хмыкнул Даниэль, скрестив руки на груди, — Чего пришел за мной? Я помог тебе? Помог. Все, моя работа выполнена, — обиженно просопел омега из-за тех фырков волка. А он так пронзительно посмотрел на омежку, будто сказал «И ты оставишь меня? Прямо здесь?» что бедный Даниэль сдался и открыл дверь в свою обитель. — Заходи, сейчас печку затоплю, — протянул омега и проследил взглядом за фигурой волка, чьи ушки заинтересованно задергались. Да, хоть сейчас и лето, но в деревянном домике прохладно, а волка после такого ранения может начать бить озноб, поэтому омега должен позаботиться о нем.

***

Прошла неделя. Белоснежное чудо начало проявлять свой характер и иногда даже легонько прикусывал омегу за ноги, когда тот долго засиживался за разборами трав. Даниэлю начинало нравиться общество этого большого и теплого зверя. Теперь, ему есть с кем поговорить. Пускай он не получит ответа, но взгляд передаст омеге все что хочет сказать волк. Еще через неделю Даниэль снял с волка бинты и ему даже разрешили вымыть шерсть зверя. Теперь волк точно был белоснежным чудом, но часто стал пропадать в лесу. И все же, возвращался каждый раз с добычей в зубах. Даниэль сначала не понимал зачем волк тащит добычу к нему в домик, когда может и сам съесть ее в лесу, но когда белоснежное чудо укладывало еду у ног омеги и уходило, а возвращалось лишь после того как Дан приготовит ужин, до него дошло. Он охотился для них двоих. Видимо, все же надоели животному не столь питательные овощные да ягодные блюда. Теперь омега мог вновь торговать шкурками! От радости, он чмокнул волка между ушей и умчался в соседнюю комнату. Зверь же встряхнул шерсть и подняв выше голову важно прошел на крылечко и лег под солнечные лучи, греться.

***

Когда пришел конец лета, пришла к омеге его беда. Он потек. До такой боли скручивало Даниэля, что он боялся разогнуться, вдруг опять скрутит. Эта течка уже с первого дня не щадила омегу, а волк под окном вился как уж на сковородке и скреб когтями землю, готовый сорваться в лесную чащу, но верно сидел на месте и угрожающе порыкивал на каждый подозрительный шорох. Ближе к ночи Даниэля чуть отпустило и он смог провалиться в спасительный сон, а белоснежное чудо вовремя отвадило от домика путника альфу, что учуял аромат свободного омеги. Только пятки сверкали и довольный собой волк скрутился клубочком под окном.

***

Снился Даниэлю в эту ночь сон, да такой дивный… никогда такого не было. Нежные руки касались его везде куда только дотягивались. Бережно коснулись кончиками пальцев щек, скользнули ниже по шее к хрупким плечам и груди, с нежно розовыми ореолами сосков. Чуть задержались на них, покручивая и пощипывая, а после двинулись дальше исследовать тело омеги. Огладили стройную талию, чуть сжав с боков и юркнули вниз, касаясь возбуждения омеги. Так сладко Даниэлю еще не было ни разу в жизни. Эти умелые руки доводили его до грани и не позволяли сорваться в пропасть, безжалостно мучая. А после добавились губы. Боже, что они творили. Кажется, его тело будет помнить эти прикосновения даже после пробуждения и еще долгое время после. Омеге хотелось большего, но незнакомый и неожиданный любовник словно и не собирался прикасаться к нему в этом плане, только ласкал и дарил море удовольствия. Когда же Даниэля выгнуло в очередном оргазме, он ощутил невесомый поцелуй у уголка губ и услышал тихий шепот: «Спи, мой лучик, еще не время»       А на утро омегу вновь скрутило судорожным желанием ощутить прикосновения альфы из сна и окунуться в его объятия навечно. Так прошли все четыре ночи течки. И каждую ночь Даниэль слышал эту фразу и цеплялся за бархатные нотки в голосе альфы. Утром пятого дня Даниэль вполне устойчиво держался на ногах, не считая редких случаев на улице когда его подхватывал волк и затаскивал в дом, тихо рыча. Он был весь будто нервный, всклокоченный, но жутко довольный. Периодически облизывал свою морду и ненадолго исчез, вернувшись с упитанным кроликом в зубах. — Ты ж мое белоснежное чудо, — ласково произнес Даниэль, погладив волка по шерсти, — Чтобы я без тебя делал, — вздохнув, омега поднялся и пошел готовить ужин.

***

Приближалась зима и нужно было запастись дровами, да поздними осенними травками. Даниэль суетился и бубнил себе что-то под нос, будто жужжа не хуже противного комара. Порой волк осадит его легким укусом в щиколотку и омега притихнет, но потом опять по новой. Прошло почти три месяца, что означало еще и скорую зимнюю течку, что радовало еще меньше. За две недели Даниэль управился с приготовлениями к зиме и на следующее утро омега проснулся уже в зимней сказке. Но он не до конца прочувствовал первые нотки зимы, так как от холода его оберегал с недавних пор повадившийся спать на ногах омеги волк. Поднявшись, Даниэль аккуратно потянул свое белоснежное чудо на улицу и они с утра до вечера провеселились на улице, прыгая под снежинками по первому снегу и падая в него. Кто бы мог подумать что за ночь может выпасть столько снега, тем более первого в уходящем году! А после их обоих ждал сюрприз. Лежа в снегу, под тяжестью теплого тела волка, Даниэль не сразу уловил запах чужака, а потому испугался рыка волка, но поняв его причину вскинул голову и ловко извернувшись уставился на путника альфу. — Могу я попроситься к вам на ночь, хозяин? — вежливо спросил альфа и Даниэль подумав немного и наконец вылезя из-под белоснежного чуда произнес, — Можете. Омега зашел в дом, а путника сопроводил злой взгляд недовольного волка, перед носом которого этот нежданный гость посмел захлопнуть дверь! Раздраженно рыкнув, волк сел у двери и тихо завыл. Скрестись как псина побитая не в его правилах. Тут же его взгляду предстало обеспокоенное и немного сердитое лицо омеги, который чуть не задушил волка в объятиях и скорее впустил его в дом. Белоснежное чудо победной походкой прошло мимо этого никчемного альфы и важно село во главе стола, чуть виляя хвостом. Волк был рад что Даниэль так его любит и переживает. Накормив путника и свое чудо, Даниэль поел и сам и приготовив спальное место гостю позвал за собой волка, но тот не зашел в комнату, а лег у двери снаружи мордой к заезжему альфе. Пожав плечами Даниэль со спокойной душой лег спать зная, что его чудо рядом. Правда в этот раз было холодно без теплого тела зверя под боком.       Утром Даниэль не нашел волка ни в доме, ни на улице. За то путник нашелся почти сразу же как омега открыл глаза. Переживая за свое чудо омега пропустил начало течки и то как стал усиливаться его аромат. В этот раз течка начиналась тягуче медленно и почти незаметно. Но было поздно когда Даниэль заметил ее начало, альфа уже повалил омегу на пол, срывая одежду. Даниэль плакал, кричал и умолял чтобы альфа с ним ничего не смел делать, пытался вырваться, но куда ему тягаться с сильным альфой, воином вероятнее всего. Омега уже успел потерять надежду, как в дом вбежал белый ураган и схватив альфу за шкирку вытащил на улицу, угрожающе рыча и клацая зубами на каждую жалкую попытку прорваться к течной омеге. Отстояв Даниэля, волк удостоверился что чужак ушел и зашел в дом видя до сих пор подрагивающее тело Дана на полу. Подползя к омеге, белоснежное чудо подобрался под его руку и позволил сжать себя сильно-сильно, пока Даниэль не успокоился и вновь не стал возбуждаться. Тогда зверь подкинул его себе на спину и отнеся в спальную сбежал на улицу под окно. В эту течку все вновь повторилось, только фраза сменилась одна другой: «Мой лучик, еще немного. И я обещаю, я всегда буду рядом и защищу тебя еще лучше» и голос стал звучать будто ближе.

***

Отойдя от дурмана течки, Даниэль аккуратно поднялся с кровати и медленно выйдя из комнаты чуть не упал, споткнувшись о лежащего под дверью волка. Тот сначала рыкнул, не поняв что произошло, а когда осознал ласково потерся головой о руку омеги. — Спасибо тебе, чудо, если бы не ты… — нервно вздохнул Дан и сжал кулачки, на что получил гладким языком успокоительное тепло и хихикнул, — Поймаешь нам что-нибудь? Есть ведь нужно, — улыбаясь спросил Дани белоснежное чудо, а он весь будто сиял и вилял хвостом как верный песик. — Ты чего, чудо? — хохотнул омега и не успев погладить волка по голове, как задумывал, остался стоять с вылизанным лицом, а зверя уже и след простыл. Волк вернулся с самым упитанным, красивым и когда-то самым быстрым во всем лесу зайцем и еще с довольной моськой. Даниэль принял добычу и приготовил вкусный ужин, да еще мяса и на завтра осталось.

***

А потом волк стал пропадать. Не так как раньше, на несколько часов, теперь это растянулось на несколько дней. Даниэль подумывал что у волка появилась волчица за которой хитрец увивается, но каждый раз он возвращался вымотанным, с небольшими ранами и неизменной добычей. Лечить себя не давал и стал вести себя отстраненно. Не давался гладить, избегал любого касания, а когда втихаря Даниэль пытался коснуться его во сне, волк тут же будто чувствовал, подпрыгивал и рыча пятился к выходу. В один из таких «побегов» омега разозленно топнул ножкой, осел на пол и закрыв лицо ручками заплакал. — Даже тебе я стал не нужен, — услышал волк тихий скулеж Даниэля и застыл. Волку безумно хотелось слизать все слезы с лица омеги, но он лишь разозленно рыкнул на себя и сбежал. Только и было слышно что вой волка, полный сожаления и доносящийся все из дальних частей леса. С того вечера Дан не видел свое белоснежное чудо уже три месяца. Сейчас середина весны и могучий лес возвращает свои яркие краски, наполняясь ароматами набухающих почек. Омега был в предвкушении когда же наконец сможет их собрать и приготовить лечебные отвары для жителей городка. А вот альфы, что вновь начали покупать шкурки у омеги, заинтересованно расспрашивали его когда же вновь смогут приобрести обновки, но получали в ответ лишь грустную улыбку и полные тоски глаза. Даниэль безвольной амебой лежал на кровати и не хотел делать абсолютно ничего. Он чуть задержал течку при помощи травок для того чтобы собрать первые ягоды и сейчас чувствовал себя разбитой вазой, которую никто не склеит воедино. Кто знает сколько бы он еще так провалялся если бы не резкий спазм внизу живота. — Хах, а я все гадал насколько же хватит трав, ммм, — болезненно простонал Даниэль и с нетерпением ждал наступления ночи. Ведь именно в это волшебное время он любим и желанен. И омега не ошибся, ночью его вновь ласкали нежные руки и в этот раз позволили коснуться в ответ. Тело любовника было сильное, поджарое и до такой степени горячее, что могло бы запросто согреть его холодной зимой вместо печки. И… этой ночью загадочный любовник Даниэля позволил себе гораздо больше. Бедный омежка от переполнявших его чувств распахнул глаза, но вместо четкой фигуры любовника увидел лишь ее размытые очертания и немного испугался. Получив успокаивающие поцелуи возле уголков губ Даниэль успокоился и полностью отдался во власть страсти. Альфа не допустил сцепки, что немного разочаровало омегу. Даже во сне им просто воспользовались, но мысли Дана опроверг тихий шепот: «Спи, лучик. Через пару дней я приду за тобой и ты навеки станешь моим» А на утро у омеги лишь слабо потягивала спина и напрочь исчезли все признаки течки.

***

Возвращаясь с очередной вылазки в город с полной корзинкой мяса и уже подходя к дому, Даниэль услышал злобный рык, который принадлежал явно не одному животному и быстро побежал к своему жилищу. То, что увидел Даниэль, не описать словами. Белоснежное чудо, ЕГО белоснежное чудо, обступили кругом еще волков 10 и угрожающе рычали, медленно ходя по кругу и периодически царапая его тело своими лапами, заливая белую шерсть подтеками крови. Когда один из более крупных волков, обступивших белого красавца в середине, дернулся на него Даниэль сам не понял как выронил корзинку и прорвался сквозь это кольцо, с громким криком «НЕТ!!!» и загородил белоснежное чудо собой. Тут же все волки замерли и смотрели на омегу. Тот волк что кинулся на чудо Даниэля фыркнул точь в точь как и он и выпрямился, выпятив грудь вперед. — Он достойный омега, Кайл. Ты был прав, — услышав рокочущий голос черного волка, Даниэль почти осел на землю, но его как и всегда поймало его чудушко. — Спасибо, отец, а теперь уйдите все и дайте мне ему все объяснить, — фыркнул откуда-то снизу порыкивающий голос, а когда до Даниэля дошло что это произнесло его белоснежное чудо, омега вообще окончательно запутался. Волки медленно начали уходить с поляны перед домом омеги, а двое последних игриво куснули друг дружку за уши и нагнали своих сородичей. Белоснежное чудо бережно опустило омегу со своей спины на молодую траву и стыдливо прижимая уши и хвост посмотрело на него. — И… Что это сейчас было… Кайл??? — недоуменно поинтересовался Даниэль, смотря на волка будто впервые. Он вздохнул и лег на живот, смотря на омегу снизу вверх. — Тебе так все рассказать или тебе будет привычней, если ты будешь говорить с человеком? — спросил волк, а омега был в еще большем шоке. Тряхнув головой, Дан озвучил, — Лучше так. К тебе человеку я буду привыкать долго… Согласно кивнув головой, Кайл чуть ближе подполз к Даниэлю и уложив морду ему на колени начал рассказ. — Тогда, на поляне, не была наша первая встреча, Дани. Мы уже встречались с тобой когда погибли твои родители и именно в тот момент я твердо решил что ты будешь моей парой. Отец, именно ему ты преградил путь, наказал мне что если ты пройдешь испытание то он примет тебя как моего омегу. Но я не думал что он провернет все так… Выпихнул меня раненого к тебе на поляну, а потом я и сам не захотел от тебя уходить. Твой запах, Даниэль… Одним богам известно как я сдерживался. Учуяв тебя первый раз, когда ты залечивал мою рану, я понял что мы созданы друг для друга! Прости, что скрывал от тебя настоящего себя почти год, Даниэль. Ты безумно мне дорог, а несколько месяцев назад, когда ты заплакал… Меня разрывало на части изнутри из-за вины что заставляю тебя чувствовать все это, но я не мог иначе. Отец бы тогда никогда не дал мне свободу и спокойно жить с тобой. Прости меня, Дани, прости. Весь рассказ сопровождался слабой вибрацией по всему телу от порыкивающих звуков, которые издавал Кайл. Даниэль пытался переварить поступившую новую информацию и когда у него это вышло, он по-доброму улыбнулся и коснулся головы волка. — Кайл… Спасибо, что вернулся, спасибо тебе за то, что был рядом все это время и… Я так скучал по тебе, глупый, — чуть похныкивая вымолвил омега, утирая слезы кулачком, — Покажись мне, засранец, хочу увидеть тебя настоящего. — Я и так настоящий, Дани. Я боюсь ты долго не отойдешь от моего обращения, — пытался переубедить его альфа, но омега был непреклонен, — Ох, лучик, — вздохнул волк, и поняв, что ляпнул, испуганно поднял глаза на Даниэля. — Лучик?! — воскликнул парень и уже в следующую секунду перед ним белоснежный волк обернулся в красивого мужчину и завладел его губами, нежно играясь с язычком омеги и поглаживая щеки большими пальцами. — Люблю тебя, мой лучик, — тихо шепнул… Кайл и получил тяжелый вздох от омеги, — И я тебя, мое белоснежное чудо. Счастливый Кайл подхватил Даниэля на руки и занес в теплым дом, укладывая чуть подрагивающее тело омеги на мягкую кровать и накрывая его своим.

***

                  Эпилог       На поляне, усыпанной разноцветными цветами, стоял омега с счастливой улыбкой на губах и смотрел за резвящимися на ней белыми и рыжими волчатами. Со спины его обняли заботливые и как всегда теплые руки мужа и нежно чмокнули в шейку. — Как поживают мои волчата? — с улыбкой спросил альфа и приобнял омегу, вставая рядом. — Старшие резвятся вовсю и кусают друг дружку, а вот младший сегодня весь день пинается, — пожаловался омежка, погладив большой животик рукой, — Что сказал отец? — Прибудет сегодня с братьями. Младший нашел омегу и отец планирует проверку для мальчонки, — ухмыльнулся альфа и присев на корточки перед омегой чмокнул того в животик. — Нашим детям ты тоже будешь устраивать такие проверки, Кайли? — хихикнув протянул омега, запустив руку в волосы любимого. — Посмотрим, Дани, посмотрим, — лукаво улыбаясь отозвался альфа и был почти сбит с ног старшими сыновьями близнецами, но не по шерсти. — Кайл, — тихо позвал Даниэль, но его волк услышал его, — Ты — мое белоснежное счастье, любовь моя.