Вам нужны объятия?

День объявления результатов Сунын [1] не скупился на яркие солнечные лучи для тех, к кому была благосклонна судьба, тех кто готовился не зная отдыха и положил себя на алтарь знаний. Чем ярче они сияли счастьем, тем мрачнее становились тени вечера для тех, кому не повезло, кто перенервничал и не смог сосредоточиться, кому не хватило бессонных ночей зубрёжки, чтобы поставить галочку напротив верного ответа. Юнги медленно плёлся по своим разбитым надеждам и кажется слышал, как они хрустели. На его плечи опускались горечь, сгущающиеся сумерки и начинающийся дождь. Спрятав голову под капюшоном толстовки и поправив кепку, он засунул холодеющие руки в карманы куртки, сжимая их в кулаки. Подгоняемый ветром в спину, Мин приближался к набережной реки. Чем темнее становилось вокруг, тем ярче горели пёстрые огни большого города и раскинувшегося перед ним моста «Фонтан радуги». Мимо проезжали машины, проходили немногочисленные прохожие, сливаясь в один размытый фон. Юнги с каждым шагом всё больше абстрагировался от окружающей реальности, покачивая головой в такт музыке, которая всегда придавала ему сил, независимо от обстоятельств. Сильный порыв ветра вырвал его из мыслей, заставив покачнуться и сделать неловкий шаг назад. Отворачиваясь от холодного воздуха, Мин зацепился взглядом за одинокую статичную фигуру рядом с ограждением моста. Этот человек никуда не спешил и походил больше на статую, которая опиралась широко расставленными руками на перила и смотрела в пустоту. Хмыкнув, Юнги продолжил свой путь невольно присматриваясь к незнакомцу. Его лица не было видно, побелевшие от холода пальцы ярко выделялись в темноте, намокшие волосы разметались в разные стороны. Мин нахмурился, проходя мимо застывшего парня, кажется понимая, что тот намеревается сделать. Пройдя ещё несколько шагов он остановился и посмотрел в ту же сторону, что глядел незнакомец. Беспроглядная черная бушующая бездна, поглощающая в себя дождь и уносящая его по течению дальше. Юнги повернул голову в сторону человека и не увидел никаких изменений. «Не наделай глупостей» — мысленно посоветовал ему Мин, развернулся и пошёл своей дорогой. Всего пара шагов и беснующийся ветер засчитывает на свой счет хук справа, от которого кепка Юнги взмывает вверх, крутится в воздухе, опадает наземь и быстро катится по мокрому асфальту прочь от своего владельца. — Чтоб тебя! — орёт в небо Мин, выплескивая агрессию на холодный ветер, на себя и на весь мир вокруг. Выдернув наушники, он смотрит в сторону удаляющейся защиты от непогоды и чужих глаз, понимая, что её уже не вернуть, как замечает, что паренёк изменил своё положение. Теперь он согнул руки в локтях и смотрит вниз, стоя на носочках кроссовок. Кепка Мина, подгоняемая ветром, поднимается выше и впечатывается в висок незнакомца, который отшатывается назад от неожиданного удара как от пощёчины. Кепка падает к его ногам. Парень, оторвавшись наконец от перил, поднимает её с дороги правой рукой, левой держась за горящую щеку, непонимающе оглядывается и замечает хмурого Юнги, который уже приближается к нему. — Зачем ты это сделал? — с укором смотрит бледный парень, по виду его ровесник, вцепившись в кепку уже двумя руками. — Сделал что? — Бросил в меня этим! — Ты не в своём уме или да? Хах, знаешь, на месте ветра я бы тоже тебе врезал, — кривится Юнги. — Что? Почему? — недоуменно спрашивает собеседник и как-то понуро смотрит прямо в глаза. — Просто отдай мне её, — тянется Юнги за своей вещью, но незнакомец неожиданно заводит руку с кепкой за спину. — Нет, сначала ответь, зачем ты прицепился ко мне, — его глаза горят злостью. Юнги выпрямляется и молча, что есть сил, бьет упрямца по и так пострадавшей щеке, от чего последний не удерживается и прикладывается об ограждение, разжимает руку и кепка падает вниз, пролетает между прутьями и навсегда скрывается под толщей воды. — Ты выбрал не лучший день, чтобы цепляться ко мне, сопляк. Мне уже нечего терять, знаешь ли, — только завёлся Юнги, как его прерывает незнакомец даже не поднимая головы. — Ты тоже провалил Сунын? Не слыша ничего в ответ, поднимает взгляд и видит такое же отчаяние в чужих глазах. Они читают лица друг друга и ничего не говорят вслух. — Пак Чимин, — протягивая руку представляется незнакомец и пытается выдавить из себя подобие улыбки, что выходит немного нелепо с разрастающейся ссадиной на щеке. Юнги молчит первые несколько секунд. Он чувствует, как остывает, как усталость от всего пережитого за последнее время берёт верх. — Твой спаситель, Пак Чимин. Мин Юнги. — Спаситель? О, нет-нет, я не … — замялся Чимин, переводя взгляд на реку. — Это другое, — уверенно, но тихо продолжил он уже исподлобья, возвращаясь к зрительному контакту. — Как скажешь. Повисла неловкая тишина. — Бывай, Пак Чимин, — решил наконец уйти от разговора и этой ситуации Юнги, в который раз разворачиваясь в другую сторону. — Подожди, Юнги, — схватился за рукав его куртки новообретённый товарищ по несчастью. — Я не могу вернуть тебе кепку, но напоить горячим чаем просто обязан! — Ты банный лист что ли, не могу понять? — раздраженно прошипел Мин. — Пожалуйста, позволь загладить свою вину и… поблагодарить за то, что не прошёл мимо, — не отпуская рукав, Чимин склонился в небольшом поклоне. Юнги покачал головой и усмехнулся. — Кто бы мог подумать, что этот проклятый день может закончится не так погано, как он начался. От горячего чая я бы не отказался. На лице Чимина расцвела тёплая улыбка. — Я знаю одно отличное место! Правда, до него пешком нам придётся прилично прогуляться, если ты не против, — продолжая сиять, предложил он. — Погнали, — кивнув согласился Юнги. Путь до места назначения оказался действительно долгим и запутанным, но за разговорами, прослушиванием и обсуждением избранных треков из огромной коллекции Юнги на стареньком плеере, любезно поделившимся со спутником вторым наушником, время проходило незаметно. — Ох, вот оно! — завидев знакомую вывеску выкликнул Чимин и тут же нахмурился, замечая тёмные окна заведения и листок бумаги, прикрепленный к стеклянной двери изнутри. — По техническим причинам сегодня мы не работаем. Приносим свои извинения! — на автомате озвучил содержание погрустневший выпускник. — А там что за заведение? — спросил Юнги и кивком головы указал на противоположную сторону улицы, где в окнах ещё горел тёплый свет. — Хм, никогда там не был, но думаю сейчас выпал шанс это исправить, — оживился Чимин и они направились прямиком к закусочной. Внутри она казалась ещё меньше, чем снаружи, но от этого чувство уюта будто усиливалось. — Добрый вечер! — поприветствовал вставшего работника Чимин, подходя к прилавку, в то время как Юнги осматривался. — Добрый вечер! Ребята, к сожалению я закрываюсь уже через десять минут и могу предложить только две оставшиеся порции токпокки [2] с собой, — с извиняющейся улыбкой развел руками широкоплечий красавчик. — Ох, да, хорошо, спасибо! — доставая бумажник и расплачиваясь, Чимин оглянулся на подошедшего Юнги, — Так уж выходит, что сегодня видимо нам не судьба посидеть где-то, но могу пригласить тебя к себе в гости. Это буквально в пятнадцати ходьбы отсюда, — Чимин будто перенял по эстафете извиняющуюся улыбку. Хождение в гости к незнакомцам не входило в планы Мина, но трезво оценив сложившуюся ситуацию, он решил согласиться на предложение. — Только недолго, мне на другой конец города возвращаться ещё, — без особого энтузиазма по отношению к озвученному пробурчал Юнги. — Готово! Спасибо за Ваш заказ! — подал голос работник, выставляя на прилавок упакованные порции в миленьком пакете с изображением маскота заведения. — Спасибо! — Приятного аппетита! Заходите ещё, — подмигнул им красавчик. Ребята не оценили юмора и с глупыми улыбками скрылись за дверью. — Кажется, как только я присяду, то не смогу больше подняться, — признался Юнги, следуя за Чимином. — Осталось совсем немного, потерпи ещё немного, — подбодрил его Чимин, оглядываясь назад, — можешь сразу развалиться на диване, пока я чай завариваю. — Тогда я тут же усну, — искренне рассмеялся Юнги впервые за всё их знакомство. — Мы уже на месте! — они остановились у парадной двери жилого дома. «Неплохое местечко» отметил про себя Мин. Поднимаясь на лифте на девятый этаж, Юнги кинул взгляд на их отражения в зеркале во весь рост. Промокшие, растрепанные, с покрасневшими глазами и залегшими тенями под ними, но в то же время с лёгкими улыбками в ожидании заслуженного отдыха. Провернув несколько раз ключ в замке и открывая дверь, Чимин включил свет в прихожей и пригласил гостя внутрь. — Ванная справа от тебя, потом проходи в открытую комнату и чувствуй себя как дома, начинай кушать, я сейчас подойду, — завертелся он в поисках тапочек. — Хорошо, спасибо, Чимин, — ответил Юнги, вешая куртку на крючок. Открыв кран с горячей водой в ванной, пару минут он просто грел покрасневшие и загрубевшие руки. Закрыв глаза и опустив голову он наслаждался покоем впервые за долгое время. — Зелёный или чёрный предпочитаешь? — разбудил его голос Чимина. — Чёрный и без сахара, — с трудом очнулся из небольшого забытья Юнги. Вздохнув, он вымыл руки жидким мылом с приятным холодящим ароматом бамбука и аккуратно вытер их мягким полотенцем. В открытой комнате царил творческий беспорядок в прямом смысле этого слова: на всех вертикальных поверхностях были прикреплены наброски и готовые работы в самых разных стилях — черно-белые, однотонные, схематичные, полноцветные изображения выдуманных и вполне реальных строений, животных, неба. Единственное изображение человека Юнги нашел в рамке на рабочем столе — отдалённо напоминающего Чимина, только намного старше, среди цветов. — Это мой дедушка, — раздался голос за спиной немного взволнованный голос. — Не очень похоже, но я хочу сохранить его в памяти именно таким, настоящим, а не как на чёрно-белых фото на паспорт. — Вы похожи, — отозвался Юнги, оглядываясь на Чимина. — У тебя очень здорово тут, глаза разбегаются, — разводя руками добавил Мин, чтобы немного разрядить сложившуюся немного тягостную атмосферу. — Ох, ну что ты, — приятно смутился хозяин квартиры с подносом на руках, ставя его на кровать, застеленную мягким пледом. — Угощайся! Ребята принялись за горячие сырные токпокки, разбавив тишину довольным мычанием. — Кажется, это лучшее, что я ел за свою жизнь, — откидываясь на подушки, протянул Чимин. Юнги в ответ одобрительно закивал головой, принимаясь за предложенный кимбап [3] с курицей. Чимин немного хмурится, заметив потемневший от дождя капюшон толстовки своего гостя. — Слушай, давай посушим твою толстовку, а пока я тебе своё что-то отдам взамен? — осторожно предложил Чимин. Юнги прикоснулся к насквозь промокшему капюшону, только сейчас обратив внимание не неприятный холодок на спине и плечах. — Хм, да, наверное, это хорошая идея, — вставая с кровати, Мин снял толстовку, оставаясь в тонкой чёрной футболке, пока Чимин рылся в шкафу, выбирая подходящую замену. — Вот, думаю, вполне подойдёт, — Юнги облачается в предложенный легкий свитер оверсайз, приятно пахнущий кондиционером для белья. Возвращаясь из ванной, где на змеевике повесил сушиться одежду, Чимин протянул попивающему немного остывший чай Юнги найденную в кармане смятую пачку сигарет. — Ооо, я совсем забыл о ней! — устало протянул Мин, отставляя кружку на стол и проверяя целостность пачки, — без жертв не обошлось, но парочка осталась в живых. Кстати, ты не против, если я на балконе покурю? — Только сегодня, только один раз и только тебе — разрешаю, — направился к балкону Чимин, — постою с тобой, хочу подышать ночным воздухом немного. На открытом балконе перед ними расстилалась тёмная синева ночи, подсвеченная холодными звездами, фарами машин и неоновыми вывесками. Воздух после дождя ощущался чистым и морозным. Густые клубы табачного дыма танцевали над головами мальчишек и растворялись в ночи. — Знаешь, насчёт Сунын… В прошлом году я его сдал и мог поступить куда хотел, но так сложилось, что мне пришлось оставить дом и найти работу, чтобы как-то прожить, об учёбе и речи быть не могло, — не смотря на собеседника вдруг тихо сказал Юнги. Чимин округлил глаза и медленно повернул голову к Юнги. Спустя какое-то время он ответил: — Как ты смотришь на то, чтобы поступить в следующем году? Юнги уставился на него со странным выражением лица, на котором смешались несколько эмоций сразу. — И было бы здорово, если ты переедешь ко мне, вторая комната всё равно пустует. Ещё около трёх месяцев назад, после того как… дедушки не стало, мне надо было бы найти соседа, чтобы делиться с ним коммунальными счетами, — попытался улыбнуться Чимин, но во взгляде читалось совсем иное настроение. Юнги закусил губу и отвернулся, чтобы не дать и шанса подступающим слезам быть увиденными. Кажется, только что он обрёл шанс на что-то большее, чем неопределённое настоящее и ещё более размытое будущее. Когда Мин попытался что-то сказать из горла донёсся неразборчивый хрип. — Это предложение, — спустя пару мгновений наконец смог произнести Юнги и с лёгкой улыбкой повернулся обратно к своему собеседнику, — от которого невозможно отказаться, Чимин! — и не задумываясь, протянул ему руку с оттопыренным мизинцем для совершения ритуала обещания. Чимин облегчённо выдохнул и улыбнулся в ответ, повторяя жест нового знакомого и закрепляя уговор.