Ещё одна из Гёрлз-РИТМ

- Эм, - Удивленно мямлит Сёма, прикрывая за собой дверь. «Узнал!» - это первое, что пронеслось у меня в голове. Я так и застыл, обнимая гитару. Медиатор выпал у меня из пальцев. - Ты же… Тоже Саша, верно? Не узнал. Я шумно выдыхаю и немного расслабляюсь. Смотрю на него исподлобья и киваю. - Да. Сёма делает ещё несколько шагов вперед, оглядывая репетиционную, словно кого-то ищет. - А где другая Саша? Она мне писала, что собирается сюда. - Она… - Я быстро перебираю возможные отмазки, совсем забыв, что одна у меня была уже заготовлена. Я совсем не ожидал, что Сёма всё-таки придёт! – Уже ушла. Сказала, что поедет домой. - Что? – Не верит Сёма. – Как так? Я пожимаю плечами, опускаю взгляд на гитару, делая вид, что очень занят и намерен продолжать репетировать. Я краем глаза даже заметил, что Сёма развернулся, чтобы уйти, то вдруг он проговорил как-то грустно: - Странная она у вас. То веселая, то молчаливая. То зовёт, то убегает. Ты не знаешь, есть ли у неё кто? Снова пожимаю плечами: - Какая есть. Насчёт парня не знаю. Сёма хмыкает и этот звук был похож на смешок. - Ты же ведь понимаешь, - начинаю я, но вдруг на полуслове обрываюсь. Думаю, говорить-не говорить? Сёма застыл в дверях, ждёт. Я всё же решаюсь и, взглянув в глаза Сёме резко произношу: - Что у вас ничего не получится. Хочу, очень хочу, чтобы он узнал меня! Будет даже лучше, если сам узнает! Не смогу, не захочу рассказывать ему! Но он должен будет узнать правду. Почему он не понимает, что это и есть я? Мы смотрим друг другу в глаза слишком долго. Я, полный решимости и Сёма, с видом, будто бы подойдёт и сейчас же стукнет меня. Я первый не выдерживаю – поджимаю губы и отворачиваюсь. Неужели он не узнаёт меня? Мои глаза? Мою манеру держаться? Мой голос. Конечно, при нём я стараюсь деревенеть, но всё равно себя из себя не выгонишь! Я – это я! Сёма, ну узнай же! Давай, побей меня, если хочешь! Закончим с этим здесь и сейчас! Но вместо ответа Сёма уходит прочь. Стой. Не уходи. Я же просил тебя прийти и ты пришёл, так побудь тут ещё немного. «Ты же ведь понимаешь, что у вас ничего не получится?» - На этот раз я говорю это сам себе. *** После этого как-то больше не игралось и я, сложив гитару, решил выйти на улицу. Нет, всё же с этой песней я выступать не буду! Не идёт она у меня! В смысле, не технически не идёт, а морально. С Риткой встречаемся на сдвоенной паре. Она в кой-то веке без Влада. Видит меня, грустного и подлетает, как ураган. - Санька, ты чего? Кто тебя укусил? - Никто, - сегодня моё коронное движение – пожимание плечами. - А чего ты тогда без настроения? – Ритка не отстаёт, пихает меня в бок, пытаясь растормошить. – Что-то случилось с Сёмой? Ой, неужели угадала, чего ты так сразу вздрогнул? Вы виделись? Не могли же видеться! Девочка-Саша должна быть сейчас в педе. Сашка, ты чего? Неужели виделись? - Он видел, как я играю на гитаре. Ритка так и застыла с открытым ртом. - Да не переживай ты так, - сразу же успокаиваю я. – Я был самим собой, никакого парика. - Фух! А я уж испугалась, думала, мало ли чего ты там удумал. Ну и чего ты так расстроился? Не может быть! Неужели он узнал тебя? - Нет, не узнал, конечно. Но лучше бы узнал. - О чём ты? Зачем? А как же твоя конспирация? - Да какая конспирация, Рит, вам с девчонками смешно, а обо мне вы подумали? - Чего ты так загоняешься, это же просто шутка. Я поднимаю на неё полные грусти глаза и, наверное, первый раз за всю жизнь вижу серьёзную Риту с нахмуренными бровями. - Са-а-аш, - тянет она, прожигая меня требовательным взглядом. – Ты случайно не того…? - Чего, того? – Вскрикиваю я. – По-твоему, мне должно нравится переодеваться девчонкой и пудрить мозги парню? Рита виновато опустила глаза. - Ты прав, мы слишком заигрались. Это всё далеко зашло. Для Сёмы это не шутки. А мы с девчонками всё превращаем в приколы, когда ты просишь у нас совета, прости. - Да, - соглашаюсь я. – Рад, что ты, наконец, поняла. - И что ты хочешь? Рассказать ему? - Нет. Это бред. - А что тогда? Сам он не догадается, уже давно бы всё понял, так ведь нет, тугодум, видимо. Давай, может, я расскажу? Эй, ты чего? Это Ритка увидала мои вскинутые брови и полные страха глаза: - Не надо. - А что? Если это всё произойдёт вдали от тебя, то, я уверена, он позлится, но точно не захочет с тобой больше видеться! И вы больше не встретитесь, всё, проблема решена. Да что с тобой? Почему ты так расстроился? Я и правда поник. - Са-а-аш, - снова тянет Ритка и мне от этого её «Саш» как-то не по себе. – А он тебе точно не… - Точно! – Отрезаю я. Ритка хмыкает, кажется, не верит. - Ты то ему точно нравишься. - Не я, а девочка-Саша. - Поправляю. - Ну да. А девочке-Саше Сёма нравится? - Кажется, - произношу я еле слышно. – Кажется, да… - Вот те на! – Вскрикивает Ритка так громко, что рядом стоящие студенты на нас косятся. – Ты сейчас серьёзно? Ты хоть понимаешь, что это значит! - Не понимаю, - этот ответ её не устроит, но зато честно. - Так, мы должны срочно что-то предпринять. - Ничего мы не должны. – Говорю я и иду вслед за одногруппниками в аудиторию, которую нам только что открыли. Рита хватает меня за локоть, стараясь задержать: - Стой, Сань, надо это всё решить, я же вижу, ты хочешь, чтобы он понял, но не хочешь, чтобы обижался, что с ним так поступили, и я хочу… - Не важно! – Отрезаю я вырываю локоть. – Я буду играть столько, сколько понадобится. Я захожу в кабинет и даже не слышу, как Ритка мне в спину шепчет: - Потом может быть уже поздно. *** Вечером получаю сообщение от моего Сёмы. Я рад. Семён Семёныч: Куда же ты сегодня утром убежала? Я пришёл, а тебя уже не было. Сашка Доношевич: Да вот, решила не оставаться, прости. Семён Семёныч: Это ты прости. Я сразу же понял, что не могу не прийти. Отпросился, думал, приду, сюрприз устрою, хотя бы десять минут с тобой побуду. Нужно было сразу сказать. Сашка Доношевич: Ничего страшного. Сёма, знаешь что? Семён Семёныч: Что? Сашка Доношевич: Ты можешь теперь тоже называть меня Санькой! Я думаю, мы уже достаточно друзья. Семён Семёныч: Ну, спасибо. Я, правда, не понял, сарказм это или нет. Ясно же, что Сёма не хотел быть девочке-Саше просто другом. Ну а я… Я должен всеми силами намекать ему, что на большее он не может надеяться. Да, ему больно, но мне не лучше! Ритка, кажется, не рассказала девчонкам о нашем с ней разговоре, за что я ей очень благодарен. Не хочу, чтобы девчонки сейчас вмешивались в мои с Сёмой дела. Когда я просил помощи, они отшучивались, а теперь я уже сам знаю, как действовать. А знаю ли? Наши с Сёмой отношения не изменялись – мы ходили, держась за руки, обнимались на остановке, он даже целовал меня в макушку (через шапку, конечно же). А больше ничего и не было. Ближе не подойти, дальше не зайти. Наверное, Сёма просто даёт мне то самое время, которое я у него попросил тогда на репетиции. Кстати, о репетициях. Я по-прежнему танцую для него, если он приходит. Ритка при этом кидает на меня косые взгляды. Мне кажется, она чувствует себя виноватой из-за того, что она была одной из тех, кто заварил эту кашу, а теперь страдают двое. Но разговор тот она при всех не поднимала. Тоже понимает, что Иринке это будет не интересно, а глупышка Маринка и сердобольная Тома толком ничего не смогут посоветовать. Выступаем уже в эту субботу. Время пролетело довольно быстро. Однако за этот месяц кое-что поменялось. Помню, что когда-то говорил, что мне больше подходит песня APink, где я должен петь о том, что не люблю, что нет чувств. Но теперь, мне кажется, эта песня мне совсем не подходит. Теперь мне снова больше по душе японская, со своим глубоким смыслом-просьбой не бросать что бы не случилось. Сёма, на выступлении я буду петь тебе японскую песню с названием «Не подводи».