Фамильяр

      С нетерпением дождался момента, когда синеволосая уснет. Кстати, спать она предпочитает нагишом. Девушка, как оказалось безумно любит читать. Она буквально проглатывала одну книгу за другой. Стоило ей вернуться в свою комнату после полетов и ухода за драконой, как она принялась запойно читать. И читала, все то время, пока ее просто не отключило. При этом, она разделась догола и легла на кровать, видимо, уже знает как лучше.       Убедившись, что девушка точно спит, спрыгиваю с кровати на пол попутно обращаясь в человека. И сразу же подмечаю произошедшие изменения. Одежда, раньше сидевшая идеально нынче свисает, словно на вешалке. По рукам и ладоням, сложно что-то понять. Придерживая одной рукой штаны, прошел в сторону ванной и заглянул в зеркало.       — Ахуеть… — Вырвалось против воли, стоило увидеть свое отражение.       А как иначе, если из зеркала на меня смотрел подросток лет пятнадцати. Лицо вроде и мое, и в то же время черты совершенно незнакомого человека, более скругленные что ли. Да и глаза, ранее бывшие бездонно синими омутами, теперь таковыми не являются. Точнее, левый глаз остался прежним, а правый претерпел изменения, он нынче, как и у дочки, бездонно зеленый.       Дочка, как напоминание моей гнилой и омерзительной натуры, и единственное светлое, что встретилось в моей нелегкой жизни, а так же подтверждение, что я существовал как личность. Да, история с её появлением вышла не очень приятная с этической стороны. Виноват был больше я, хотя и ее матушку никто к близости не склонял силой. Все вообще вышло как-то идиотски.       Невольно вспоминаю те дни.       Это были тяжелые, наполненные больше моральной, чем физической усталостью дни. Да приходилось бегать высунув язык, работать как вол. Но это ни шло ни в какое сравнение с тем, что испытывала психика молодых авроров реагирующих на вызовы. Чертовы пожиратели! Они не убивали до конца своих жертв, как думало большинство обывателей, это приходилось делать аврорату в качестве меры милосердия. Те куски живого мяса и плоти, перемешанных с костями, и каким-то чудом продолжающие жить, людьми назвать не получалось, даже с очень большой натяжкой. Но самым страшным в этой ситуации было то, что эти твари делали с детьми…       В эти страшные, черные дни многие сотрудники аврората, ДМП, отдела тайн, просто напросто спивались. Без алкоголя, позволяющего хоть на мгновения забыться, многие уже не видели свою дальнейшую жизнь. В их числе были Сириус и Джеймс. Каждый божий день, они наливались алкоголем до невменяемого состояния. И тогда у меня появлялась возможность перехватить контроль над телом. И все шло одним, словно под копирку созданным маршрутом.       Подхватываю безвольное тело Джеймса, и аппарирую совместно с ним к их дому. Стоит закончиться аппарации, как без промедлений откидываю тело Джеймса в сторону, сейчас его будет тошнить. Пережидаю бурю негатива и прочего словесного и морального выплеска. Подхватываю слабо сопротивляющееся и пытающееся качать какие-то права тело. С помощью левикорпуса транспортирую тело до дома. В бесплотной надежде, что Лили уже спит, так и не дождавшись возвращения с работы домой мужа.       И, как и десятки раз до этого, надежды развеялись прахом, стоило только открыть дверь и войти внутрь. Лили, так привычно нахмурив брови и скрестив руки на объемной груди стоит облокотившись боком на перила лестницы ведущей на второй этаж. Как по мне, дурное расположение обстановки, нет возможности маневра. Но, кто из этих упрямцев меня слушает?       — Лилс, не ругайся, сегодня был тяжелый день. — Сразу, с порога, еще не видя собеседницу заявляю, втаскивая безвольное тело. — Семь вызовов, из которых пять связаны с ПСами. Поверь, без алкоголя было не обойтись.       — Все настолько ужасно? — Она уже давно привыкла, что пока она беременна, ей никто и ничего говорить не будет, дабы не нервировать.       — Лилс, не начинай. Все равно ничего более не скажу. Да, ты и так все можешь понять по нашему состоянию. — Прохожу в гостиную, и укладываю заклинанием пьяное тело Джеймса на диван. — Это мне выросшему в семействе Блэк видеть подобное не так тяжело. Джеймсу и прочему молодняку приходится гораздо тяжелее. ПСы лютуют, народа не хватает. А стоит курсантам раз побывать на вызове, и с вероятностью в девяносто семь процентов, он уйдет из аврората. — Пока говорю все это, отхожу к стене, и присаживаюсь на пол, откидывая голову на стену. — Лилс, уговори его уехать из страны. — Открываю глаза, нахожу глаза Лили и внимательно смотрю в них. — Прошу.       — Нет. — Она мотает головой. — Пока я беременна этого нельзя делать. Ты же не хуже меня знаешь причины. — Укоризненно, с долей сожаления и безмерной усталостью в глазах смотрит на меня она.       — Знаю. — Тяжело выдыхаю я. Поднимаю руки, и с силой растираю ладонями лицо. — Знаю Лилс, все знаю. Просто боюсь. — Честно признаюсь ей.       — Я тоже боюсь. — Так же откровенно признается девушка. — Это вначале все казалось веселым приключением. Молодая была, дурная. — Она пожала плечами, и принялась заклинанием раздевать спящего на диване мужа. Таким образом, стараясь скрыть страх и обуревавшие ее чувства за бытовыми заботами. — Приключения в одном месте играли. А стоило забеременеть, как, наверное, произошла переоценка ценностей. Мозгов не прибавилось, а вот чувство страха, поселившееся внутри, с каждым разом все туже сковывает внутренности.       Поднимаюсь от стены и подхожу к ней вплотную. Просто молча обнимая девушку, стараясь таким образом подарить ей частицу тепла и уверенности. Внушить, уверенность в завтрашнем дне. Да и мне самому не достает банального человеческого тепла.       — Лилс, не переживай, я пригляжу за Джеймсом. Поверь, я сделаю все, чтобы он вернулся к тебе и остался невредимым. — Искренне пообещал ей я.       — А кто приглядит за тобой. — Отстранилась от меня девушка, но объятий не покинула.       — А чего за трупом приглядывать. — То, что шутка была неудачной, я понял практически сразу, по напряженным плечам. — Лилс, прости дурака, — постарался улыбнуться, — ляпнул не подумав.       — Ты так и не снял проклятье? — Без какого-либо удивления, и прочих чувств в голосе констатировала она.       — Нет, и не сниму. Слишком дорогая цена. — Помотал головой, а она словно ища тепла или какой зверек, прижалась к моей груди спиной. — Моя жизнь подобного не стоит. Да и времени мне вполне достаточно оставили.       — Дурак ты. — Сказала, словно отрезала. — Пойдем, я тебя хотя бы чаем горячим напою да покормлю нормально. А то знаю я тебя, питаешься, чуть ли, не подножным кормом.       — Лилс, я едва ли не каждый вечер у вас бываю, и ты каждый раз повторяешь одну и ту же фразу. Да и готовить я умею. Научился за столько-то лет самостоятельной жизни. — Улыбаюсь, но тем не менее иду за ней на кухню. — И Лилс, вы бы перенесли вход, а лучше лестницу на второй этаж. Слишком не рационально расположение.       — Ох, опять ты об этом. Да я и сама Джеймсу неоднократно говорила, он все никак не сподобится. Все на службе в аврорате пропадает, либо с тобой бухает. — Укоризненно посмотрела она на меня, разогревая заклинанием рагу и пирог, от вида которых у меня невольно побежала слюна.       — Лилс, не начинай а?! — Затем на пару секунд задумался, и произнес. — Хотя нет, лучше высказывай все мне, чем Джеймсу. Не хочу стать причиной ваших размолвок.       — Дурак. — Она шутливо ударила меня в плечо и поставила передо мной тарелку с разогретым рагу. — Ешь давай, — улыбаясь проговорила она, — сейчас еще чай сделаю.       — Лилс, ты просто сказочная фея. — Улыбнулся ей в ответ, подхватывая вилку и отправляя первую порцию рагу в рот. — У-у-ум! Бесподобно. Лилс, ты потрясающе готовишь.       — Ты каждый раз это говоришь. — Она улыбнулась и села напротив меня, помешивая быстро заваривающийся чай, и с каким-то умилением смотря на то, как я ем.       — Что поделать, если каждый раз все вкусно, а я голодный как волк. На службе то целый день бегаешь, высунув язык, перекусить времени нет совершенно. Это вон Джеймсу хорошо, он в отделе расследований, а не как я в боевом подразделении. — Говорить приходилось быстро и в перерывах, слишком все было вкусно и прерываться не хотелось. — Ешь давай, а не болтай. Вижу что голодный. — Она улыбнулась, а я ощутил какую-то странную атмосферу. В мыслях промелькнуло определение «домашняя», но откуда мне знать?       — Лилс, спасибо ты просто чудо. Не бойся я получить от твоего мужа на орехи, расцеловал бы. — Улыбаюсь ей, а сам жестоко и в зародыше душу все возникающие ростки чувств к этой женщине. Нельзя. Это жена друга. Да и я всего лишь огрызок, но до чего же больно. — Кстати, — необходимо было срочно перевести тему, а я как раз вспомнил, что выполнил ее просьбу. — Вот держи, ты просила книги и артефакты. Что-нибудь еще необходимо?       — Нет. — Она с улыбкой помотала головой. — Только если ты можешь клубники с хаггисом достать. — Вот на этих ее словах я едва не проблевался, поскольку знаю, что такое хаггис.       — Хорошо, через полчаса пришлю совой. — Улыбаюсь ей в ответ, и быстро ухожу из дома.       Черт, каждое подобное посещение разжигает внутри какую-то иррациональную надежду. Бессмысленное и в большей степени бесполезное чувство. Какая надежда может быть у подобного мне? И ладно, если бы я был второстепенной личностью, а не осколком непонятно чего. Да я даже побороть главную личность не могу. Черт, как же это все бесит.       Подобная ситуация периодически повторялась, и с каждым разом все чаще.       От мыслей о прошлом меня отвлек звук исходящий из комнаты, где спала синеволосая. Осторожно заглянул внутрь и услышал как девушка плачет, кого-то зовя во сне. Оставить ее в подобном положении мне совесть не позволяла. Я еще помню, как Лили точно так же металась по кровати после первого своего убийства. Она тогда как раз потеряла родителей, поссорилась со Снейпом, и тут случилось это первое в ее жизни сражение.       — Тише, тише девочка. — Подошел к ней, и присев на кровать, погладил по руке.       Девочка заворочалась услышав посторонний голос, и словно ища тепла принялась ворочаться. Прилег рядом и прижал ее к себе, поглаживая по голове. Медленно проводил по коротким волосам девушки, нашептывая какую-то чушь. Девушка с силой прижалась к моему плечу, а ее пальчики цепко и намертво вцепились в рубашку на груди. Продолжаю поглаживать девушку по волосам, и укрываю нас обоих одеялом, понимая, что дрожь проходящая по ее телу скорее психологическая, чем от холода. А еще мне как на зло ничего не лезло в голову.       И я не нашел ничего лучше как тихо, безумно фальшивя запеть. Пел первое что пришло в голову. Это была какая-то патриотическая песенка, услышанная мною в детстве. Я признаться, даже в ее смысл и слова не вслушивался, просто пел. Пока в один момент не осознал, то пою песенку не на родном английском, а на русском языке.       Как это не удивительно, но девушка, услышав пение, начала успокаиваться. Думаю ей совершенно не важен текст и прочее. Для нее главное непосредственно песня и близость кого-то живого. Более чем уверен, песня это так, нечто, что служит своеобразным катализатором. Просто она так прижимается к моему телу, что невольно возникает ассоциация с загнанным зверем. Почему и сам не пойму.       В какой-то момент девушка успокоилась и уснула, так и не расцепив пальчиков, и не сдвинувшись с моего плеча. Дрожать она перестала, как и кого-то звать. Сейчас она просто и беззаботно спала, словно обычная девушка. Без страхов, без переживаний, все они временно ушли, вымытые моим присутствием рядом с ней. А затем, я и сам уснул.

***

      Табаса была уверена, что в скором времени у нее начнутся проблемы. Слишком хорошо она знала тот взгляд, коим ее одарила учитель. Слишком часто видела его у якобы заботливого дяди. Дяди, по воле которого она стала наемницей в девять лет. И ладно бы, она работала на себя. Нет, почти все заработанные деньги уходили дяде, что отказывался бесплатно содержать маму.       Она незаметно смахнула выступившие слезы, замаскировав сие действие за взятием кота на руки. Воспоминания о матери причиняли физическую боль. Табаса была уверена, еще год, может два, и дядя потребует от нее брака с тем, на кого он укажет. И ей придется смириться и подчиниться, раздвинуть ноги перед какой-нибудь зело полезной государству личностью. Она хоть и не имела пока физической близости, воспитание не позволяло, но за время своих скитаний видела очень многое. Если бы не магия, то её бы ждала незавидная участь. А так, Бримир миловал, и ей не довелось побывать изнасилованной, в отличие от многих ее коллег по данному бизнесу.       Дабы прогнать все непрошенные мысли из головы, она решилась попробовать пройти подобие боевого слаживания со своими подручными. С котом на руках она возвратилась в свою комнату, где переоделась в свою форму наемника. В ней она чувствовала себя более защищенной, нежели в зачарованной школьной форме. Переодевшись, она вернулась к загонам.       — Здравствуй Сильфа, девочка моя хорошая. — Она подошла к дракону, и начала гладить его морду. — Ну что полетаем, посмотрим как будем вместе взаимодействовать. — Она невольно улыбнулась.       Первые минуты, Сильфа слушалась плохо и не выполняла команды. Приходилось при помощи ветра поправлять ее полет. В последствии драконица слышала человеческую речь, и чувствовала поток ветра, направляющий ее в необходимую сторону. Затем были просто команды, без потока ветра. Затем команды сокращались, до условных жестов. Сильфа училась довольно быстро. А ее способность удерживать магией своих наездников помогала чувствовать себя свободно и не ощущать дискомфорта от ветра, бьющего в лицо, или иных факторов.       — Молодец Сильфа. — Похвалила девушка дракона, за очередной маневр.       Она летала до самого позднего вечера, едва не пропустив ужин. Хорошо, что приведение драконы в порядок после полета и кормежка да с помощью магии не занимает много времени. Заодно и кота покормила. Правда он смотрел на нее таким взглядом, словно Табаса давала ему не мясо, а протухший сыр.       По итогу, вечер проходил привычно за очередной книгой по высшей магии. Мало кто знал, что являясь треугольником ветра, Табаса владела еще какой-то неизвестной даже ей самой силой. Она была непонятна и нестабильна. И каждое ее использование это как игра в рулетку. Слишком мало зачерпнул сил, и ничего не будет, только больше сил потратишь зря. Зачерпнешь слишком много, и, напротив, результат будет не предсказуем. А вот попасть на тот небольшой промежуток, где силы в самый раз, требует филигранного контроля и не дюжего мастерства. Она уже отработала до автоматизма простейшие заклинания с использованием этой силы. А вот использовать ее в высших заклинаниях, Табаса откровенно опасалась. Но любопытство было слишком сильным, вот она и изучала высшую магию.       Зная себя, Табаса предварительно разделась, взяла книгу по высшим заклинаниям ветра и принялась за их разбор. Описание высших заклинаний, доступных для треугольника воздуха, занимали по несколько страниц, а вот сама формула и движение палочкой как и фраза активатор всего одну единственную страничку. Причем описание было настолько архаичным, что даже ее, обожающую читать, от всего этого клонило в сон.       В какой-то момент она и уснула. Ей опять снилась мама. Мама, какой она была много лет назад, в далеком детстве, сейчас кажущемся нереальным сном, нежели прошлым. Во сне она звала маму, но та никак не реагировала, прямо как и в реальности. Казалось она бежит за ней, но ничего не происходит. Как неожиданно она почувствовала тепло, то тепло, что может подарить кто-то родной. Ей стало так хорошо и уютно. Она всем телом прижалась к этому нечто, в бесплодной надежде никогда не отпускать.       Впервые в жизни, она просыпалась полностью отдохнувшей и выспавшейся. Ей было невероятно хорошо. Казалось, мужское плечо, в которое она уткнулась носом, было столь надежным, что ограждало ее от всего плохого случившегося в ее жизни. Она решительно открыла глаза, на корню разрушая момент, мечты не помогут, необходимо реально смотреть на вещи. Кот, это был всего лишь кот. Но, этот кот был тем самым теплом, что дарил ей успокоение и защиту, на ее лице невольно расцвела слабая улыбка.       — Ох, Черный, спасибо тебе. — Прошептала Табаса. — Давно так хорошо не высыпалась. Пусть ты не магическое создание, как Сильфа, но за один только спокойный сон, тебя уже следует холить и лелеять. — Пока она говорила, гладила кота, от чего тот блаженно щурился, и даже подавал признаки мурчания. Но вот его какой-то странный взгляд разноцветных глаз, направленный на нее, немного настораживал.       Впервые за долгие годы, ей не хотелось вставать с кровати. В теле была некая нега, расслабленность, леность, что не мешала, но в то же время, не позволяла стать более активной. Читать не хотелось. Наоборот, хотелось лежать и ничего не делать, уткнувшись в загривок угольно черного кота, и медленно почесывать того за ушком. Наслаждаться прекрасным утренним днем, тихим урчанием и теплом. Вот только, нельзя расслабляться, нельзя. Пересилив себя, Табаса встала с кровати и направилась в ванную комнату. Кот проводил ее взглядом, продолжая валяться на кровати.       Душ, какое потрясающее изобретение. Да, для его применения необходима магия, и простым смертным он не доступен. Да, по стоимости изготовления подобные артефакты доступны только самым богатым семьям дворян. Остальные вынуждены довольствоваться бадьями или рекой.       Девушка позволила себе несколько долгих минут расслабленности. Она нежилась в деревянной ванне, наполненной горячей водой. Казалось, что лучше и быть не может. Невольно проскользнула мысль, что как было бы замечательно, если бы в воде плавали лепестки цветов. Но, к сожалению Табасы, подобное можно было устроить дома, а вот в школьном общежитии это вызовет слишком много ненужных вопросов. Особенно у тех, кто с первого курса мечтал поставить грязную выскочку на место.       — Ну вот, опять сама себе настроение испортила. — Констатировала очевидный факт девушка. — Надо будет перечитать высшие заклинания воздуха.       Девушка вышла из ванной в благодушном настроении, и принялась неторопливо одеваться. Её в какой-то мере даже забавлял пристальный взгляд разноцветных кошачьих глаз. Настроение было какое-то игривое и хотелось ребячиться. Остановившись на середине пути, и так и не одев свои белоснежные трусики, она повернулась лицом к коту, и внимательно посмотрев ему в глаза заговорила:       — Черный, какой же ты бесстыжий. Видишь же что переодеваюсь, нет бы отвернуться. Зачем так пристально смотреть. Или тебе понравилось мое тело? — Прозвучало иронично и с каким-то сарказмом. Она и сама в это не верила. Кому она может понравиться? Груди нет, попа плоская, рост не велик, да еще и волос на голове практически нет. — Да, с этим я, похоже, погорячилась. Да отвернись ты. — Она толкнула морду кота в сторону и одним движением одела трусики до конца.       Кот недовольно мяукнул, и так и не отвернул морду от одевающейся девушки. Табаса недовольно поморщилась, но на этот раз промолчала. Одевшись в школьную форму, она принялась искать свою книгу по высшим заклинаниям ветра. И к своему ужасу, не могла ее найти.       Нервничая, она начала буквально разбрасывать вещи, прощупывая каждую складочку. У неё начиналась настоящая паника. Как она будет без этой книги? В ней же полно высших заклинаний! Где же она?!       Возмущенный мявк кота был проигнорирован. А на повторный, она без лишних разговоров выставила кота за дверь, дабы тот не мешал поискам. Слишком важной была эта книга, чтобы отвлекаться на какого-то кота. Слишком ценной. Ведь эту книгу ей подарила матушка, прежде чем слегла с расстройством психики. Это единственная материальная память, сохранившаяся у нее, а также в книге полно заклинаний, причем зачастую не стандартных.

***

      Мне снился замечательный сон, яркий и красочный. Единственный минус этого сна, это то, что он был воспоминанием. Воспоминанием о том, как я угодил в Арку Смерти. Вроде ничего особенного. Да, только в ней меня догнали посмертные проклятья, и все то, что я завязал на свою тушку, ну и плюс откаты. И мое тело разорвало в буквальном смысле на две не равные части. Точнее не так. Это было похоже на разрыв, но не совсем он. Словно из одного тела, сделали два.       Моя душа отделилась от души Сириуса. Это было удивительно и невероятно. И вот это отделение собственно и породило то самое разделение. Смотреть, как твою душу облегает плоть, видеть, как тот, кого ты долгое время считал отцом, с ужасом глядит на тебя. А ты смотришь на него, и видишь, как твое прошлое вместилище умирает. Как его буквально пожирают проклятья и откаты. Как душа того, кого ты изначально считал отцом, буквально разлагается. Это страшно, до безумия страшно. Ужас был отражен на обоих наших лицах. Ужас и непонимание.       Ты смотришь в глаза того кто долгое время был частью тебя, точнее того, частью кого был ты. И плевать, что, как оказалось у вас разные души. Плевать, что кто-то из вас был паразитом, хотя скорее у вас был симбиоз. И вот сейчас ты смотришь, как тело, которое еще каких-то пару минут назад было общим, неожиданно поглощают проклятья и смерть. Ты видишь чужую душу, и она отвратительна. Тот, кем ты раньше был, потерял возможность переродиться разумным, на долгие тысячелетия. А вот тебе, как бы это банально и дико не звучало, дали второй шанс…       Неожиданно почувствовал, как просыпается моя «хозяйка», пришлось срочно принимать облик крупного кота. Но, что-то я сомневаюсь, что моя анимагическая форма — простой домашний кот, слишком крупный. Может, какая разновидность? Черт его знает. После получения второго шанса, у меня мозги набекрень. Слишком все было неожиданно. Плюс ко всему из-за разделения почти слившихся ядер души, у меня, судя по всему, пробудились воспоминания из прошлых воплощений. А может это просто мои беспочвенные подозрения. Но, вот то, что я даже в этом мире остался Блэком, факт. Причем, что удивительно, я вновь глава рода, хотя за те два дня, снял с себя этот титул и передал регентские полномочия дочери.       Моя «хозяйка», черт как же это непривычно называть так девушку. Не могу я ее так без сарказма называть. Хотя нам остаток жизни предстоит провести вместе, значит, могу смело называть ее невестой. Невольно усмехаюсь подобным мыслям. Но пока лучше называть её девушкой, рано еще ей переходить в разряд невест.       Девушка удалилась в ванную комнату, и мне стало скучно. Перевернувшись на спину, потянулся. И тут мой взгляд наткнулся на книгу, что вчера перед сном читала девушка. Вот не нравится мне она. А это уже повод для беспокойства. Я вырос в доме Блэков, а там проклятых, зачарованных, или просто опасных вещей столько, что ты либо вырабатывал на все это многообразие чутьё, либо учился диагностическим чарам, и постоянно, каждую секунду раскидывал их. Почему собственно Нарцисса и не любила посещать главный дом Блэков. У нее просто не было этого самого чутья. Из-за чего бедная девочка, в последствии и лишилась права на звездное имя, но от этого она не перестала считаться Блэком.       Оглядываюсь на дверь, и решаюсь на дальнейшие действия. Принимаю человеческую форму, быстро извлекаю палочку и накладываю целый каскад чар на дверь в ванную комнату. Мир другой, не все чары могут сработать, лучше перестраховаться. Теперь, разворачиваюсь к книге и одно за другим накладываю на неё диагностические чары.       — Так и знал. — Удрученно произношу, шепча слова себе под нос. — Так, что тут у нас. Расширение пространства, добавление страниц, чары невнимания и еще куча всего остального. — Как же медленно работают эти гребанные диагностические заклинания. Нервно оглядываюсь на дверь, вроде никто не идет. — Так проклятье вытягивания сил, проклятье подавления. Ну, ни хрена себе! Вот этого и этого я не знаю. О, а это я помню, меня тогда им неплохо приложило. Точнее не меня, Сириуса. Еле сбросил эту мерзость, и то без Регулуса и Беллы не справился бы. Так, а вот эту мерзость необходимо будет развеять в ближайшее время. Мда-а, такое ощущение, что в родной дом попал, такую стоящую вещь испоганили ур-роды. — Под конец не выдержал и рыкнул. — Черт, от половины этой хрени будет тяжело избавиться. Что делать?       Как таковой вопрос не стоял, надо спасать свою будущую невесту. Да только, я не знаю, как снимать проклятье привыкания. Никогда с таким не сталкивался. Надо будет подумать. Много и долго. С чем-то я могу справиться благодаря собственному знанию и опыту. Но я был всего лишь побочным сознанием, и моих знаний не так уж и много. А вот опыта к сожалению полно. В детстве часто приходилось скидывать со своего тела кучу проклятий, что Сириус по собственной глупости навешивал на себя.       — Ох, надеюсь, старик положил мне что-нибудь на подобный случай. — Вновь оглядываюсь на дверь в ванную, направляю палочку на один из своих карманов. — Акцио перчатки из драконьей кожи. Акцкио, штаны из драконьей кожи. — Получив все заказанное, я надел перчатки, и обмотал книгу штанами. — Надо будет проверить, что вообще у меня в карманах есть. А то я когда собирался, толком и не смотрел, что старик притаскивал. — Вновь смотрю на дверь. — Прости, но придется тебе немного помучиться, а я постараюсь снять проклятья. Если повезет, потом и с тебя их скину.       Убираю обернутую в штаны книгу, в карман. Затем снимаю все заклинания наложенные на дверь в ванную и обращаюсь в кота. Делаю вид, что все в порядке и так и должно быть. Проходит минута, вторая, и я понимаю, что поспешил, но переигрывать назад уже поздно, девушка может в любой момент выйти.       Угу, в любой момент. Вышла она из ванной через полчаса. Успел бы разобраться со знакомыми проклятьями, наложенными на книгу. Снять не снял бы, зато подавить или перенаправить запросто. В доме Блэков, подобному учишься быстро, и в последствии это едва ли не рефлекс, прежде чем взять предмет, проверь.       Мне вспомнился случай из далекого детства.       Был довольно мерзкий зимний день. Мерзким он был от того, что за окном стояла просто невероятно отвратительная погода. Дождь со снегом, плюс туман, а небо затянуто тучами. Ко всему прочему из-за сырости было невероятно промозгло и холодно. От холода не спасала даже теплая одежда, а от сырости она становилась еще мокрой и липла к телу, из-за чего было невероятно холодно. Камины не спасали, ведь огонь прогревал лишь ту часть комнаты, в которой горел, оставляя другую во власти влаги и холода.       Сириусу тогда едва исполнилось шесть лет. Он сильно вымотался, безобразничая и намеренно саботируя уроки наставника, которого нанял Орион, отец Сириуса. Собственно мне это было на руку, ведь каждый раз, как Сириус морально выматывался, его место мог занять я. И для меня каждый подобный случай был величайшей радостью.       Так вот, в тот день телом управлял я, а не уставший Сириус. Я с большим интересом слушал как наставник рассказывает о магии. Какие примеры приводит. По моему личному мнению, наставник, несмотря на то, что хороший человек, не создан для обучения детей. Наставнику было бы лучше давать свои уроки более взрослой публике. Его рассказы хоть и полезны, но вот заинтересовать ребенка, как таковые, не в состоянии.       Мне лично, было интересно слушать уроки наставника, просто потому, что мне интересно все. Любой мелочи, на которую в обычной жизни Сириус не обращает внимания, я рад. Я безумно счастлив, когда мне удается позаниматься и неважно чем, расчетами для астрономии, ритуалов, рун или же упражнениями с клинком. Мне все было интересно, и все эти уроки я с огромной радостью посещал. Для меня было большой трагедией, что в сутках всего двадцать четыре часа.       Сегодня наставник рассказывал о проклятьях. Он описывал самые знаменитые проклятья. Как их определить, как замедлить и как с ними бороться или снимать. А так же он приводил примеры так называемых светлых проклятий. Удивительно, но я бы никогда не подумал, что подобное существует. Как можно проклясть так, то это больше напоминает благословение? И, тем не менее, наставник описывал примеры таких проклятий. Он как раз приводил один из примеров, и описывал все положительные и отрицательные стороны такого положения проклятья в данном, конкретном примере, когда к нам в гости пришли Друэла, Сигнус и их дочки, Беллатрикс, Андромеда и Ахернар, впоследствии названая Нарциссой.       Друэла оставив дочерей на наставника, ушла совместно с Вальпургой. Регулус, которого мать так от себя и не отпустила, и чаще всего обучала самостоятельно, в этот раз остался с нами. Сигнус же не последовал примеру своей жены и решил остаться с младшим поколением, и присмотреть за детьми, тем самым помогая наставнику.       — Ригель, — подошла ко мне Белка, — если и дальше так внимательно будешь слушать наставника, то вскоре не только я пойму, что что-то тут не так. — Зашептала она мне на ухо.       — Но ведь интересно же. — С каким-то отчаяньем во взгляде посмотрел на нее я.       — Дурак. — Она улыбнулась и обняла меня, незаметно чмокнув в щеку. — Интересно ему. Если кто-нибудь поймет, что ты не Сириус, то могут начаться проблемы.       — Белка, не нагнетай. — Отмахнулся от неё. — Тебя в такие моменты так и тянет назвать «мамочкой», хотя на Вальпургу ты не очень-то похожа.       — Щас как дам в глаз. — Пообещала девочка. А затем, заговорщицки оглядевшись, наклонилась и шепнула мне в ухо. — Мне сегодня палочку купили.       — Так рано же еще. — Удивился я, глядя в ее бездонно синие глаза. — Тебе же только десять.       Вместо ответа она показала мне язык, а затем, развеселившись, толкнула в плечо. Белка всегда была непоседой и задирой. Удивляюсь, как только смог найти с ней общий язык два года назад. Кстати, она единственная, кто вообще заметил, что с Сириусом что-то не так. И да, это именно она дала мне имя. В какой-то мере это даже забавно. Особенно в том, что Сириус ее на дух не переносит. Он вообще не любит свою семью и при любом удобном случае создает конфликтные ситуации. Я же, его противоположность, правда не такая уж сильная. Я люблю свою семью, но не всех ее представителей.       — Чего такой хмурый? Пойдем лучше после лекции в тренировочный зал. — Её глаза буквально загорелись в предвкушении.       — Белка, вот чего тебе неймется? Каждый раз одно и то же. Хорошо ещё, что теперь тебе палочку просить не придется. — Недовольно бурчу, а на самом деле безумно счастлив. Белка умная, знает множество заклинаний и обучает меня им, объясняя все, что сама знает. А иногда, особенно если взрослые точно не видят, разрешает пользоваться палочкой. — Опять же до вечера там застрянем, давай хоть книги возьмем в библиотеке?       — Зануда. — Делано надулась она. А затем картинно застеснялась, и даже ножкой шаркнула. — Еще я Андромеде обещала дать попользоваться палочкой.       Я только и мог что рассмеяться.       В этот момент, скучающая Ахернар, решила, что лучше будет, если она поиграет вот с этой вещью, что Вальпурга оставила на столе. Девочка не придумала ничего умнее, как взять непонятную вещицу в руки. А вот все Блэки, что находились в этот момент рядом, словно по единой команде отпрыгнули в сторону. Мы, дети еще даже не осознавали, что собственно происходит, и почему мы так поступили. Причем руководствуясь какими-то низменными инстинктами, мы с Белкой оказались плечом к плечу, прикрывая собой Андромеду и с ужасом смотря на проклятую Ахернард.       Сигнус же, быстро просчитал ситуацию, и да, он в этот момент прикрывал нас. Затем начал накладывать диагностические чары. Наставник прервавший свою лекцию принялся ему в этом помогать. Работали они так, словно всю жизнь были в едином симбиозе.       — Белла, бери Анди и Сири, и марш отсюда. — Скомандовал Сигнус.       — Мы в тренировочный зал. — Хватая нас за руки прощебетала Белка и побежала вон из помещения.       Этот случай с проклятьем мне запомнился на всю жизнь. Как я позже узнал от Белки, в свои шесть лет, её испытали похожим образом. Тот проклятый предмет предназначался мне, а не Ахернард. Отныне, в моей жизни проклятые вещи встречались на каждом углу, а порой таковыми становились мои личные вещи. У вас когда-нибудь были проклятые вашей собственной матушкой трусы? А у меня прокляли весь гардероб на кануне дня рождения Андромеды, отчего встал выбор, одеть проклятые вещи или остаться в доме и лишить себя праздника, а затем еще и быть наказанным.       Таково семейство Блэков. Нас с самого детства обучают и растят в обстановке не приспособленной для нормальных людей. Любое неверное движение и выбор ведет к проблемам. Нас заставляют решать, выбирая между плохим и плохим, не оставляя выбора. С самого детства приучают быть осторожными, хитрыми, изворотливыми, а так же думать и решать, принимая решения быстро и без компромиссов.       Пока синеволосая судорожно обыскивала спальню, я неторопливо направлялся в сторону загонов, где осталась дракон. Там достаточно места, чтобы я смог разобраться с вещами. А так же там закрытое от посторонних глаз пространство. Ну, и надо же мне проверить, все ли мои заклинания работают так, как необходимо, или что-то не так.