Шанс

Время шло, а участников беспорядков, творящихся в Хогвартсе, так и не нашли. Если усилия дружины не приносят должных результатов, то стоит сменить тактику. Исходя из этого, Амбридж высматривала подозрительных студентов и приглашала их на приватную беседу в своём кабинете. Дети терялись в розовой комнате, но не достаточно сильно, чтобы можно было подловить их на лжи. После нескольких таких бесед Амбридж обратилась к своему непосредственному начальству, попросив разрешение действовать по своему усмотрению. Несмотря на расплывчатую формулировку, Министр подписал прошение. Тогда в ход пошло зелье Веритасерум, что дети принимали без собственного ведома. Какое-то время Отряду везло. Амбридж приглашала к себе тех, кто выглядел подозрительно, поэтому в интересах бунтарей было вести себя тихо. Но гриффиндорцы просто не способны на смирение. Неуёмная энергия, что бурлит в... крови представителей этого факультета, не даёт им молча подчиняться правилам. Понимая, что внезапная покорность вызовет ещё большее подозрение, близнецы Уизли даже не пытались как-то изменить своё поведение. И это дало определённые результаты. Амбридж решила сначала разобраться с тайным войском Дамблдора, а уже потом приструнить этих надоедливых близнецов. В такое непростое время Гарри понял, насколько важны друзья. Поговорить по душам в гостиной или спальне мальчиков было невозможно. Сначала Гарри думал, что им стоит встретиться в Выручай-комнате, однако это было место встречи Отряда. Поэтому пропадать там было опасно. Более того, если кто-то из Отряда решит приватно поговорить, это вызовет некоторые проблемы. Хорошо обдумав ситуацию, Гарри решил, что не будет ничего плохого, если он приведёт друзей в обитель василиска. Договорившись о встрече у входа в подземелье, Гарри заручился поддержкой слизеринцев. Перекинуться парой слов с Драко во время совместных уроков не составило труда. Под прикрытием слизеринцев, единственных, кому позволено перемещать по Хогвартсу группами, трое друзей смогли незаметно пересечь замок и спуститься в подземелья. Гарри повёл друзей подальше от обитаемой части подземелья, чтобы через тайные хода пройти в Тайную комнату. - Гарри, ты точно знаешь дорогу? - обеспокоенно спросила Гермиона. - Да. Не беспокойся. Даже если мы потеряемся, то есть один союзник, который быстро нас найдёт и поможет. Это было правдой, однако Гарри не хотел бы так скоро знакомить друзей с василиском. И дело было не в том, что он не доверял друзьям или древнему змею. Просто вдруг подумал, что внезапное появление мифического чудовища - не лучшее начало откровенного разговора. Рон догадывался, кто может их найти здесь и пытался понять, кого же он боится сильнее - пауков или василиска. Учитывая, что василиска боятся даже пауки, змей уверенно поднимался всё выше в рейтинге страхов Рона. Конечно, Патронус Гарри принимал облик ужасного змея и это могло бы положительно повлиять на Рона, однако Патронус полностью подконтролен магу, чего нельзя сказать о настоящем василиске. Гермиона тоже не была дурой и понимала, кто может здесь прятаться. Как гриффиндорке и одной из лучших учениц школы, ей должно было бы быть любопытно. Но почему-то любопытство жадного до знаний человека оказалось слабее банального страха перед монстром. И пусть Гермиона не боялась жаб, ящериц, змей и пауков, но она уже достаточно узнала про магический мир, чтобы знать, каким опасным противником может быть василиск. - Мы почти пришли. Вот дверь, - отвлёк Гарри друзей от безрадостных мыслей. Все трое остановились перед массивной дверью с изображением змей. Гарри прошипел какие-то слова на змеином и дверь распахнулась. С благоговейным трепетом друзья вошли в покои одного из Основателей. То, что Слизерину была не чужда мания величия, было понятно и по первому посещению Поттером Тайной комнаты. Впрочем и другие Основатели любили поражать окружающих архитектурой. Доказательством этой слабости может служить первый день поступления в Хогвартс. Не зря же детей проводят по такому маршруту, внушая им величие замка и обитающих здесь магов. Даже место директора похоже на королевский трон, что создаёт правильный настрой у первокурсников. По подобному принципу создавалась обстановка в помещениях Тайной комнаты. Сводчатые потолки, величественные колонны, просторные залы и символы силы Салазара Слизерина. Никакого уюта. Лишь психологическое давление на каждого входящего. За то время, что Гарри бывал в Тайной комнате, он привык к обстановке и атмосфере этого места, не замечая их. Однако Рон и Гермиона не были готовы увидеть нечто подобное. Сколько бы они не настраивались, предполагая, что увидят. Готовыми они не были, поэтому и замерли на пороге. - Что-то не так? - спросил Гарри, начиная осознавать, в чём дело. - Простите... - Да ты крут, дружище! - Я бы так не сказал... - В чём-то Рон прав. Ты так спокоен, словно это обычное дело - приходить сюда. - Простите. Гарри и правда стало стыдно, что эта часть его жизни была тайной для его друзей. Сначала он не рассказал о встречах с василиском, потом и вовсе всё связанное с Тайной комнатой стало его персональным секретом. - Я бывал здесь... на третьем курсе... И потом иногда захаживал... Как и ожидалось, Гермиона не обрадовалась этой информации. Рон же отнёсся с большим пониманием, поскольку и сам хранил секрет от друзей. - Я хотел поговорить с вами... - С чего вдруг ты решил нам довериться? - зло проговорила Гермиона. - Я... Я виноват, что отдалился от вас. Я это понимаю и хочу исправить. Дело не в недоверии... Как бы объяснить... здесь до сих пор живёт василиск. Вы и сами знаете, насколько опасно с ним встречаться. Я... Мне повезло, что взгляд василиска не убьёт меня, но рисковать вами не хотел. Если бы было другое место, где бы мы могли поговорить, я не привёл бы вас сюда. - Из-за того, что мы бы захотели обследовать это место и встретились с василиском? - осторожно уточнила девушка. Гарри согласно кивнул. - Ясно. Так о чём ты хотел поговорить? - Много о чём... Том Реддл, пророчество, Амбридж... Много разного... Поначалу Гарри тщательно подбирал слова, но, чем больше он говорил, тем легче ему давалось признание. Он рассказал про "Орден Феникса", про пророчество, что подписало смертельный приговор его родителям, умолчав о роли Снейпа во всём этом. Так же он предупредил друзей, что Амбридж теперь не просто работник Министерства, но и слуга Волдеморта. Возможно эта информация им не пригодится, но может статься и так, что она убережёт их от опрометчивых поступков. Когда они уже собирались покидать Тайную комнату, Гарри вдруг вспомнил ещё кое о чём. - Гермиона, присмотрись внимательнее. Аристократы часто не такие, какими кажутся или они не те, кем кажутся. Девушка наградила друга долгим взглядом и согласно кивнула. Уже в спальне Рон решил выразить своё мнение. - Малфой - не лучший вариант для Гермионы. - Это не нам решать. - Тогда и тебе не стоило вмешиваться. - Я и не вмешивался. Я просто дал им шанс. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Гибель Отряду принесла невинная девушка. Мариэтта Эджком, подруга Чжоу Чанг и одна из участниц Отряда, попала в кабинет к Амбридж. Сдобренный Веритасерумом чай развязал девушке язык. Не осознавая собственных слов, Мариэтта рассказала про "Отряд Дамблдора" и место встречи. Естественно, Амбридж не смогла войти в Выручай-комнату через дверь, поэтому она превратила проблему в свой триумф. Узнав время следующей встречи, Долорес Амбридж собрала своих дружинников и разнесла стену Выручай-комнаты. На счастье на тот момент пришли на встречу далеко не все участники Отряда, что позволило некоторым трусливым личностям успешно делать вид, что они не имеют к Отряду никакого отношения. Конечно, никто не стремился вылететь из школы за участие в противозаконной организации. Однако и демонстративно выражать презрение тем, с кем вместе боролся против Амбридж, мало кто стал. За такое поведение члены Отряда невзлюбили Захарию Смита. Долго скрывать список участников Отряда не получилось. С самодовольным видом Амбридж предъявила директору Дамблдору пергамент, озаглавленный "Отряд Дамблдора". - Теперь Вы не сможете отрицать свои чудовищные планы по использованию учеников Хогвартса в восстании против Министерства Магии, - заявила она так, словно поймала директора во главе с учениками на месте преступления. - Смею выразить своё удивление, - улыбнулся Дамблдор. - Будете отрицать очевидное? - Отнюдь. Вы поймали меня. Что дальше делать будете? - Естественно, Вас арестуют. - Разумно. Вот только я не собираюсь смиренно ждать своей участи. Что имел ввиду директор, стало ясно, когда он исчез из школы. Поиски не дали результатов и бывший директор школы магии и волшебства Альбус Дамблдор пополнил список особо опасных разыскиваемых преступников, наряду со сбежавшими Пожирателями Смерти. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ С исчезновением Дамблдора, Хогвартс изменился до неузнаваемости. Пост директора заняла Амбридж, устанавливая свои порядки без каких-либо опасений. По новым школьным правилам всех участников Отряда должны были выгнать из школы. Однако, это были сильные и умные ученики. К тому же у них были родители, которые не пришли бы в восторг от подобных действий. Зато это могло стать рычагом давления на некоторые семьи волшебников. Пусть Амбридж и не понимала этого, но родители слишком дорожат своими детьми. И это было замечательно. Как средство манипуляции. Просмотрев имена участников Отряда, Амбридж увидела фамилию "Поттер". Неравнодушные к дальнейшему будущему страны люди предупреждали её, что стоит быть более внимательной к этому парню и были правы. Осознав эту простую истину, новый директор стала следить за Поттером. Самой ей было не престижно выслеживать по школе пятикурсника, поэтому она с чистой совестью доверила это важное задание своим верным дружинникам. Ни на миг не сомневаясь в преданности слизеринцев, Амбридж поручила им присматривать за Гарри. Слизеринцы, конечно, согласились, создавая впечатление собственной преданности Министерству и лично директору Амбридж. На самом же деле весь змеиный факультет уже заметил некоторую ценность Поттера для их декана. Слизеринцы уважали своего декана и против него бы ни за что не пошли. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Пока Амбридж всеми силами пыталась свергнуть Дамблдора с его поста, у Люпина появилась возможность встречаться с Сириусом и Нимфадорой. Встречаться в Хогвартсе всё же было рискованно, поэтому Ремус вечерами приходил в Блэк-хаус, оставаясь там до утра. Конечно же, это не означало, что и Нимфадора оставалась в доме Блэка до утра. Вечерами они втроём встречались в Блэк-хаусе, разговаривали и пытались сблизиться. Как бы девушка ни старалась, она не могла так быстро влиться в сложившуюся пару. Чаще всего её попытки казаться лучше, умнее и сексуальней, оборачивались полной катастрофой. Никому не хочется выглядеть жалким и никчёмным в глазах любимого человека, но именно такой она и представала перед Ремусом и Сириусом. Грациозность не её конёк, но Тонкс очень пыталась показать себя этакой леди, от которой теряют головы. И головы действительно чуть не были потеряны, когда Нимфадора непонятно обо что споткнулась и полетела на разговаривающих между собой мужчин. Упали все вместе, но, к счастью, обошлось без серьёзных травм. Хлопанье ресничками, покусывание губ и томные вздохи создавали впечатление о том, что девушка чем-то заболела. Несколько раз Сириус хотел прямо спросить у неё об этом, но вовремя вспоминал, что джентльмены так себя не ведут. Уроки этикета от Вальбурги Блэк не прошли даром и Сириус не обидел грубыми словами Нимфадору. Тонкс и сама понимала, что у неё ничего путнего не выходит, но всё равно пыталась показать мужчинам, что достойна быть любимой ими. - Дора, - мягко проговорил Ремус, - не стоит так стараться. Нас с Сири ты устраиваешь такой, какая ты есть. Поэтому нет нужды меняться. - Проф... Люп... Ремус... Вы просто слишком добры ко мне... - смущённо проговорила девушка отводя взгляд. Они наедине сидели в гостиной у камина, пока Сириус куда-то ушёл. - Ты не права, Дора. И я, и Сири оба так думаем. Сири всё не может понять, что с тобой происходит, а спросить не может, не желая тебя обидеть. Поверь мне, он не часто думает о чувствах окружающих. - Но... мне важно не только отношение Сириуса... - Я знаю, поэтому и говорю сейчас с тобой. Нимфадора кивнула, показывая, что поняла Ремуса. Оборотень встал со своего места и подсел вплотную к девушке. - И ещё кое-что. Зови меня просто Луни, как это делает наш Сири. - Но... - Мы ведь теперь вместе, Дора. Девушка улыбнулась и согласно кивнула. В этот момент она была действительно красивой и сексуальной без всяких уловок и ужимок. И Ремус, ведомый порывом, наклонился к Нимфадоре и поцеловал её. Губы робко коснулись других губ. Пусть девушка была удивлена поступком Ремуса, однако упускать такой шанс было глупо. Уста раскрылись навстречу другим устам. Язык скользнул в рот девушки, нежно играя с её языком. Чувственный поцелуй прервали слова Сириуса. - Я приказал Крич... А чем это вы тут занимаетесь без меня? - Ничем таким, - смущённо проговорила Тонкс. - Тебя слишком долго не было, но мы не будем против, если ты присоединишься. - Обожаю, когда ты такой, - коварно улыбнулся Сириус, подходя к паре плавной походкой воина. - А я думал, что нравлюсь тебе не только таким. - И ты был прав. Сириус остановился между Ремусом и Нимфадорой, поставив одно колено между ними, приобнял обоих, склоняясь к ним. - Ты мне любым нравишься, - прошептал Сириус, жёстко целуя оборотня. Потом он повернул голову к Нимфадоре: - И ты тоже, - проговорил Сириус в губы девушки и осторожно поцеловал её в зацелованные Ремусом губы. Казалось, что они достигли понимания только сейчас. Но мужчины не торопились переходить к чему-то большему. Нимфадора же не знала, чего она хочет. Хотелось побыстрее перешагнуть неловкость, что возникает до первой близости, когда ты полностью открываешься партнёру. При этом ей было страшно лечь в постель сразу с двумя мужчинами. Было стыдно за свою неопытность, страшно, что они разочаруются в ней, осознав с каким ещё ребёнком, по сравнению с собой, связались. Сомнения и противоречия боролись в душе девушки и она решилась. Если в ближайшие дни Сириус и Ремус не возьмут инициативу в свои руки, то она сама покажет им, что не ребёнок, а очень даже опытная женщина! ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Как-то тоскливо стало в Хогвартсе без Дамблдора. Ученики словно утратили нечто ценное и уныло выполняли каждодневные дела. Даже близнецы внезапно присмирели, оставив свои шуточки. Учителя тоже ходили какие-то грустные. Казалось, что исчезновение директора Дамблдора никоим образом не коснулось слизеринцев и их декана профессора Снейпа. Даже погруженные в учебу пятикурсники в преддверии СОВ не остались равнодушными к школьным проблемам. Собственно, сдача СОВ тоже стала казаться немного невозможной. Если ученики и рассчитывали, что Дамблдор сможет вернуть уволенных учителей на их должности, то теперь это стало невозможным. А ведь некоторые студенты всерьёз собирались сдавать прорицание и УЗМС, а теперь не знали, что делать. Несмотря на довольно странную политику, что проводила Амбридж, из Министерства пришли инструкции по проведению СОВ. И среди списков экзаменов прорицание и УЗМС всё так же значились, а действия временного директора получили одобрение. Возмущенные таким откровенным лицемерием, студенты были вынуждены самостоятельно осваивать материал, что они должны были изучать на исчезнувших из расписания уроках. С фанатичным блеском в глазах, Гермиона заставила друзей всё свободное время учиться. Она поняла намёк Гарри на возможные отношения с Драко, однако не спешила предпринимать какие-либо шаги в этом направлении. Разве что слизеринский принц тоже частенько бывал теперь в библиотеке и девушка могла незаметно наблюдать за ним. Вот она и наблюдала, иногда на время забывая о цели своего визита сюда. Рон был недоволен таким положением дел, но не вмешивался, памятуя слова Гарри. А Гарри, казалось, ничего не замечал за книгами. Но так только казалось, на самом деле Поттер переживал за подругу не меньше, чем Рон, просто вёл себя осторожнее друга. Что касается зелий, то дополнительные занятия со Снейпом продолжались. Требовательный к себе и другим, он учил Гарри готовить идеальные зелья, за которые ему было бы не стыдно поставить высокий балл. Так и не разобравшись самостоятельно с трансфигурацией, Гарри пошёл на маленькую хитрость. Ничего криминального. Он просто захватил с собой эссе по трансфигурации на занятия со Снейпом. Ему было интересно, станет ли зельевар давать ему советы в своей излюбленной манере или проигнорирует провокацию. Снейп эссе по трансфигурации заметил сразу, но ничего не сказал. Гарри даже подумал, что зельевар проигнорирует его жалкую попытку. Но профессор его удивил тем, что на прощание вручил несколько тонких книг. - Не забудьте вернуть, мистер Поттер. Стоит ли мне упоминать, что за своё имущество я не поленюсь серьёзно наказать Вас? - Нет, сэр. Спасибо, сэр. Снейп величественно кивнул, принимая благодарность. А через несколько минут Гарри уже открывал и просматривал книги. Это были пособия по трансфигурации, которые более подробно и, что немаловажно, понятно раскрывали вопросы, освещённые в эссе. Так и повелось, что Гарри не напрямую задавал Снейпу вопросы, а тот давал книги, в которых были ответы на них. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Экзамены для пятых и седьмых курсов неумолимо приближались. Им больше не давали домашних заданий, а все уроки были посвящены повторению вопросов, которые, по мнению преподавателей, должны были встретиться на экзаменах. В атмосфере лихорадочной, сосредоточенной подготовки Гарри забыл почти обо всем на свете, кроме СОВ. Остальные заботы отошли на второй план. Но и это долго не продлилось и на одном из уроков трансфигурации гриффиндорцы получили расписание экзаменов и ознакомились с правилами их проведения. Сдача экзаменов должна была продлиться две недели: утренние часы отведены под письменные работы, послеобеденные - под проверку практических навыков, лишь практический экзамен по астрономии будет проходить ночью. На экзаменационные принадлежности наложены Антиобманные заклятия. Использование любых видов шпаргалок, естественно, запрещено. О результах экзаменов будет известно только в июле, когда совы доставят письма с оценками. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Первый экзамен, по теории заклинаний, был назначен на утро понедельника. Но уже в воскресенье экзаменаторы из Министерства прибыли в Хогвартс. Гарри слышал, что комиссию возглавляет профессор Марчбэнкс. Говорили, что это весьма строгая дама, так что обманывать её себе дороже. Впрочем, вся комиссия состояла из очень древних на вид магов и волшебниц, перед которыми Амбридж заметно нервничала. Наутро, за завтраком, пятикурсники почти не разговаривали между собой. Все волновались, не зная чего следует ожидать от экзамена. Когда завтрак кончился, пяти- и семикурсники остались слоняться в вестибюле, а прочие ученики разошлись по аудиториям. Затем, в половине десятого, оставшихся начали класс за классом приглашать обратно в Большой Зал. Четыре факультетских стола убрали, заменив их множеством парт, обращенных к концу Зала, где находился стол для преподавателей. За ним стояла профессор МакГонагалл. Когда все расселись по местам и успокоились, она сказала: "Итак, начали", - и перевернула огромные песочные часы. Рядом с ними были разложены и расставлены запасные перья, баночки с чернилами и свитки пергамента. Гарри всё никак не мог успокоиться, ведь к этому он так долго готовился. Сделав глубокий вдох и выдох, Гарри принялся писать ответы на попавшиеся ему вопросы. Сначала казалось, что он ничего не знает и не помнит, но стоило успокоиться, как в памяти всплыли правильные ответы. Для обеда Зал вернули в прежнее состояние и пятикурсники пообедали вместе со всеми остальными. Затем настала очередь устного экзамена. Для этого пятикурсники перешли в небольшую комнатку рядом с Большим Залом, откуда их должны были пригласить на экзамен. Вскоре их начали вызывать маленькими группами в алфавитном порядке. Первой из троих друзей отправилась Гермиона. Прошедшие экзамен не возвращались обратно, поэтому и расспросить их было невозможно. И вот профессор Флитвик назвал имя Поттера. Гарри прошел в Большой Зал, крепко, до дрожи сжимая в руке палочку. - Профессор Тофти свободен, Поттер, - проговорил Флитвик, показывая Гарри на маленький столик в дальнем углу, за которым сидел, наверное, самый древний и самый лысый из всех экзаменаторов. Вопреки его ожиданиям профессор Тофти оказался человеком понимающим и дал студенту время успокоиться. За соседним столом сидел Малфой, демонстрируя свои умения в левитации. В целом Гарри, как ему показалось, выступил весьма неплохо. И пусть он один раз ошибся, но сам же и исправил свою ошибку. Следующий экзамен был по трансфигурации. Утром, на письменном экзамене, Гарри мысленно поблагодарил Снейпа за книги, благодаря которым легко вспомнил ответы на вопросы. Да и с практическим экзаменом он неплохо справился. Во всяком случае, он сумел заставить свою игуану исчезнуть полностью. В среду они сдали экзамен по травологии, а на четверг был назначен экзамен по Защите от Темных искусств. Поскольку это был один из его любимых предметов, да и преподавал его Ремус Люпин, который и во время каникул мог помочь с освоением материала, то здесь у Гарри не было никаких проблем. Он без труда ответил на все письменные вопросы, а на устном экзамене применял все требуемые Щитовые чары. И снова ему выпало сдавать профессору Тофти, который внезапно предложил Гарри дополнительный вопрос. - Я слышал от одного своего друга, что Вы можете вызвать Патронуса… Не угодно ли продемонстрировать? Конечно, за дополнительные баллы… Гарри захотелось расспросить у мага, что это за друг такой, который слишком много знает. Он посмотрел в глаза профессору, потом посмотрел в ту сторону, где стоял Люпин, и решился. - Экспекто патронум! Из его палочки появился серебряный змей, в котором все желающие без труда смогли определить василиска. Змей грациозно пересёк комнату и обратился в серебристую дымку. Профессор Тофти восторженно зааплодировал своими жилистыми, узловатыми ручками. А когда Гарри уходил, пожилой маг шепнул ему всего пару слов: "Люциус Малфой". Видимо, это и был тот таинственный друг профессора Тофти. В пятницу сдавали древние руны. Этот предмет был удивительно сложным, но Гарри знал, что иногда руны эффективней чар, а в ритуалах так вообще применяются повсеместно. Поэтому к экзамену он отнёсся со всей серьёзностью. Ответить на всё без ошибок не получилось, но он надеялся, что получит проходной балл, без которого его не допустят к дальнейшему изучению этого предмета. Вторая неделя началась с зелий. Вот где Гарри выпал шанс проверить себя. Письменное задание оказалось довольно трудным, однако Снейп не зря тратил своё время на пояснение материала. На каждый вопрос у Гарри в голове звучал язвительный комментарий Снейпа, обращающий внимание на тот или иной аспект. Конспекты, эссе и практические занятия целиком и полностью охватывали все вопросы экзамена. После обеда на практическом экзамене Гарри и вовсе расслабился. Его не пугала возможность приготовить какое-то зелье, после совместной работы с Мастером. Полностью сосредоточившись на зелье, Гарри не обращал внимание на то, что происходит рядом с ним. А отходя от котла и закупоривая бутылочку с образцом, он вдруг подумал, что Снейп бы смог по достоинству оценить его работу. На вторник назначили экзамен по Уходу за магическими существами. Несмотря на отсутствие этого предмета в расписании учеников, Гарри был уверен, что все должным образом подготовились к нему. Ведь как иначе? Разве могли они подставить своим незнанием Хагрида? Практические испытания проходили на зеленой поляне у опушки Запретного леса. Ничего особо опасного от учеников не требовали и, сколько бы Амбридж не кривила губы, экзамен прошёл успешно. Письменный экзамен по астрономии в среду утром прошел без неприятных сюрпризов. Практическая астрономия должна была начаться вечером, а послеобеденное время отвели под прорицания и нумерологию. Рон ушёл открывать в себе дар пророка, а Гарри и Гермиона отправились на нумерологию. Субъективно Гарри считал, что нигде не напутал с цифрами и успешно сдал экзамен. В одиннадцать, поднявшись на верхушку Астрономической башни, студенты убедились, что ночь для наблюдений за звездами выдалась идеальная - тихая и безоблачная. Окрестности замка купались в серебристом лунном свете, воздух был прохладный, бодрящий. Они настроили телескопы и по команде профессора Марчбэнкс принялись заполнять пустые карты, которые им раздали. Профессора Марчбэнкс и Тофти ходили среди них, наблюдая. Дело продвигалось лучше, чем на письменном экзамене. По сигналу студенты сдали свои работы и побрели спать. Самым сложным Гарри посчитал заключительный экзамен, по истории магии. Несмотря на то, что сдавали его после обеда, Гарри плохо вспоминал даты и события истории магического мира. Повторение только сильнее запутало его во всех этих восстаниях гоблинов, войнах и магическом прогрессе. Изучая свой билет, Гарри понимал, что ему совершенно нечего написать. Но вот он вспомнил одно из имён фигурирующих в вопросе и начал писать. Следом за именем он вспомнил и некоторые события того периода истории. Так постепенно его пергамент заполнялся фактами, событиями, датами и даже собственными рассуждениями. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Окончание экзаменов ознаменовалось праздничным фейерверком. Конечно, Амбридж не одобрила бы эту затею, если бы знала о ней. Но Амбридж была слишком занята тем, чтобы экзамены прошли без происшествий, что не следила за близнецами Уизли. Те и рады были стараться, запустив фейерверки прямо в Большом во время ужина. В знак своей особой любви к временному директору, Фред и Джордж натравили огненных созданий из фейерверков на Амбридж. Под тактичные смешки, замаскированные под кашель, преподаватели и члены экзаменационной комиссии следили за тем, как Амбридж лихорадочно отбивается от фантомной опасности. - Невероятно талантливые мальчики, - светским тоном подметила профессор Марчбэнкс, когда представление было окончено. Амбридж зло посмотрела на старую волшебницу, но не решилась что-либо возразить. А стоило комиссии уехать, как близнецов в тот же день отчислили из Хогвартса, не дав им окончить школу. Особой беды в этом не было. Фред и Джордж знали на что шли, делая свой выбор. Они решили, что и без полного образования смогут открыть свой магазин приколов. Неожиданностью стало письмо из Министерства, в котором сообщалось, что мистеры Уизли приглашаются на сдачу выпускных экзаменов в Министерство Магии. Если они решатся и пойдут туда, то перед ними откроются более широкие перспективы. Здравый смысл говорил, что от такой возможности глупо отказываться. А осторожность шептала, что это может быть ловушкой.