Перевёртыш

      Напряжение словно повисло в воздухе над Семью Королевствами, оно чувствовалось в каждом шорохе, в каждом движении, в каждом робком луче зимнего солнца, в каждом взгляде и шаге, в каждом дуновении ветерка, который, казалось, тоже побаивался грядущих событий.       Все карты сыграны. Все размены сделаны. Все резервы введены в бой. Отгремели жестокие битвы, пролилась кровь тысяч людей. Несколько огромных регионов уже полностью разгромлены и обескровлены. Осталась только одна битва. Самая главная. И, словно чувствуя это, даже обычно шумный, наглый и нарочито весёлый Эурон Грейджой говорил тише и размереннее, чем обычно, когда в капитанской каюте «Молчаливой» шло обсуждение того, к чему они шли всю эту войну.       Обсуждение битвы за Королевскую Гавань.       — Как вы уже слышали, — мрачно начал обсуждение Теон, — дорнийцы проиграли битву. Мои люди смогли подобрать нескольких счастливчиков, сбежавших с той бойни. Мы впустую угробили одну из наших лучших армий.       — Ты угробил, — ядовито заметил Эурон.       «Я всего лишь выполнял приказ», — хотел сказать Теон, но вовремя одёрнул себя. Нельзя. Дядя явно не в духе. Если ему начать перечить, да ещё и на глазах Дейенерис, это может плохо кончиться.       — Виноват, — кивнул Теон. — Однако эти люди сообщили мне ценные сведения. Войско, которое их разгромило — это не армия Королевской Гавани. Эта армия, скорее всего, сидит и ждёт нашей атаки в городе. На дорнийцев же напали Золотые Мечи.       — Наёмники из Эссоса? — поднял брови Эурон. — Самые лучшие…       — Очевидно, у Серсеи нашлись на это деньги, — вздохнула Дейенерис. — Что ж, не только у нас теперь на службе есть люди из Эссоса. Но я верю в своих Безупречных, которым помогут дотракийцы.       — Дорнийцев разгромили, как детей, — сказал Теон. — У врагов конница и боевые слоны. Я видел дотракийцев, Ваша милость, но тут, судя по всему, нам будет противостоять намного более серьёзный враг, чем несколько тысяч усталых солдат Тарли. К тому же враг укроется в хорошо защищённом городе.       — Кстати, люди Тарли состоят теперь на моей службе и вместе с дотракийцами приближаются к Королевской Гавани, — улыбнулась Дейенерис. — Таким образом, у нас есть сотня тысяч лёгких дотракийских всадников и в сумме около двадцати тысяч пехоты, готовой осаждать город.       — Конница мало что сможет сделать при осаде, — заметил Эурон. — Меня больше интересует хорошо защищённая пехота. Почему так мало? Теончик, ты мне клятвенно обещал северян во главе с этим Джоном Сноу, так называемым «королём Севера», и его сестрицей Сансой, с которой ты якобы так дружен. Там не меньше пятнадцати тысяч копий и ещё несколько тысяч тяжёлых конников Долины. Близнецы пали, почему они все не пришли сюда? Куда же они подевались? Попёрлись в Риверран освобождать дядю Сансы? — Эурон сверлил племянника бешеными глазами.       «Психопат», — подумал Теон с неприязнью. По мере приближения к власти дядя становился всё более и более неприятным. Судя по всему, он на самом деле всегда был таким, но на первых порах просто сдерживал себя, пытаясь казаться разумным и циничным правителем. Теперь же он начал показывать свою истинную сущность, и она вызывала ужас. Ужас и сомнения в том, что рядом с этим человеком реально будет выжить.       — Ваш племянник не виноват, — улыбнулась Дейенерис. — Никто не пошёл ни в какой Риверран. Северяне передали мне письмо через Серого Червя. Они утверждают, что на них напали. С севера. Из-за Стены.       — Мне Джон нёс какой-то бред про какого-то врага на севере, каких-то там королей ночи, якобы Иные существуют и всё такое, — кисло заметил Эурон. — Они там что, ищут предлог, чтобы слинять из битвы? Мы, значит, сделали тут всю войну, а они два месяца штурмовали эти несчастные Близнецы и теперь решили пойти на попятный?       — Джон был лордом-командующим Ночного Дозора, — заметил Теон. — Я не утверждаю, дядя, Вам виднее, но это может быть и не враньём. Если вдруг он прав, опасность грозит нам всем.       — В Иных никто не верит, — задумчиво сказала Дейенерис. — В драконов тоже никто не верил, однако они вот, летают над флотом. Возможно…       — Возможно, — нетерпеливо перебил её Эурон, не обратив внимания на её явное неудовольствие от такого поведения, — опасность грозит Серсее Ланнистер и больше никому. Ах да, ещё её братцу. Мы находимся в нескольких лигах от Королевской Гавани. Нет северян? Плевать! Пойдём без них. Нападём с суши и с моря. У нас есть Железный флот. Теончик, я надеюсь, ты на сей-то раз всё сделаешь как надо?       — Да, дядя, — кивнул Теон. — Мы зайдём в Черноводный залив и атакуем город с моря.       — Очень хорошо! — сказал Эурон. — У нас маловато сил для штурма. Ничего! У Станниса было не больше, а ведь он почти взял город, говорят, только прибытие конницы Ланнистеров спасло тогда столицу. И потом, Ваша милость, у нас есть драконы, — улыбнулся он Дейенерис.       — Там много людей, — задумчиво сказала Дейенерис. — Несколько сотен тысяч. Если мои дети подожгут город, будет много жертв.       Теон поёжился, вспоминая ужасный пожар в Ланниспорте, но ничего не сказал. Пусть будет что будет, решил он.       — Если Ваши дети подожгут город, моя прекрасная королева, — елейным голосом произнёс Эурон, — то Вы вернёте себе трон, который принадлежит Вам по праву. Трон Вашего отца. Что же до этих сотен тысяч людей… Поверьте, они будут счастливы увидеть Вашу голову на пике — прямо рядом с моей. Они рукоплескали Серсее, а до этого её ублюдкам. А ещё раньше они приветствовали Роберта Баратеона, — он ядовито улыбнулся, глядя на Дейенерис.       Теон мрачно отметил, что Эурон добился желаемого. Если сначала королева явно не хотела устраивать жуткий пожар, то при упоминании Роберта Баратеона в её глазах разгорелось пламя безумной ненависти.       — Да, — произнесла она. — Я не буду специально жечь город. Надеюсь, что мы справимся. Если же нет, если они проявят упорство… что ж, даже Семеро их не спасут от праведного гнева!       Эурон довольно улыбнулся.       — Что будем делать с северянами? Мне видится, что они подняли бунт.       — Сейчас — ничего, — спокойно сказала Дейенерис. — Сначала мы возьмём Королевскую Гавань и сядем на Железный Трон. И тогда, милорд Эурон, мы уже как король и королева будем разбираться с внутренними делами Семи Королевств. В том числе и самого северного из них.       Улыбка Эурона стала ещё шире.       — Вы истинная королева, Дейенерис Бурерождённая! Теон, иди готовь флот. Я же пойду сопровождать нашу королеву. Скоро мы будем праздновать победу!       Теон поклонился и пошёл готовиться к грядущей битве, мрачно думая о недвусмысленных планах дяди насчёт Севера. Похоже, скоро его семья опять захочет заставить его сражаться против Старков. Перед глазами возникло лицо Сансы. «Я не дам упасть ни волоску с её головы». Санса исчезла, вместо неё теперь был Джон Сноу. Мрачный бастард, всегда недолюбливавший Теона, а после предательства и вовсе возненавидевший. И всё-таки сумевший если и не простить, то как минимум принять и довериться.       «Что ты сделаешь, Теон Грейджой?» — словно прошептал Джон.       Однако Джон и Санса далеко. А дядя — вот он рядом. Жестокий и страшный. Как не подчиниться ему? Дядино доверие — единственное, что у него есть на Железных Островах. Единственное, почему он ещё жив.       «Ты мне обязан жизнью, племянничек», — как будто хохотнул ему в ухо Эурон. Теон прогнал лишние мысли. Всё потом. Сейчас это неважно.       В Королевской Гавани засел враг, и с ним должно быть покончено.              В Королевской Гавани наступила зима.       Снег запорошил улицы, неся всем весть о тяжёлых временах. Холодный ветер задувал в Красный Замок, и даже камины в тронном зале не могли остановить неприятный сквозняк, бывший словно дыханием с севера, приветом от врагов, подошедших к столице.       Серсея Ланнистер, Королева Андалов и Первых людей, сидела на Железном Троне. Рядом с ней стояли самые доверенные лица — её десница Квиберн, её главный полководец и брат сир Джейме Ланнистер и командир Золотых Мечей Гарри Стрикленд. Ну и неизменно молчаливый сир Григор Клиган, всегда ни на шаг не отходивший от своей королевы.       — Город окружён, — начал Джейме. — Врагов больше. Мы смогли уничтожить часть наступавших на нас армий, но другая часть здесь, и они хотят нас убить.       — Да, с дорнийцами было непросто, — вздохнул Стрикленд. — Но мы справились.       — Что за войска идут на нас? — просила Серсея.       — Десятки тысяч дотракийских дикарей скачут с запада, — сказал Стрикленд. — Осаждать город они не смогут, но грабить и опустошать — вполне. И помогать пехоте. Мои слоны при небольшой поддержке могут хорошенько по ним ударить.       — Вы, как всегда, непревзойдённый тактик, — улыбнулась Серсея. — Сейчас Вы имеете редкий шанс защитить корону. Сражайтесь храбро, и Вы получите больше, чем могли когда-либо мечтать, сир Гарри Стрикленд, — она плотоядно улыбнулась ему. — Я не забыла Ваш подарок, этих шлюх Элларию и Тиену. О, я им устроила особую казнь. Даже если мы падём — они этого не увидят. Но пока что они живы. Они будут умирать долго, очень долго.       — Даже не буду спрашивать, что ты с ними сделала, — усмехнулся Джейме. — Я был рад отомстить за нашу дочь.       — Я не сир, Ваша милость королева Серсея, — одновременно с ним сказал Стрикленд. — Я не рыцарь.       Серсея проигнорировала реплику Джейме и посмотрела на Стрикленда горящим взглядом.       — Вы будете рыцарем, Гарри Стрикленд. Даю Вам слово королевы. Только разбейте наших врагов, — она протянула наёмнику руку для поцелуя.       На лице Джейме заходили желваки.       — Ещё к нам идут около двадцати тысяч пехоты, — сказал Стрикленд. — С севера. Безупречные. Это хорошие бойцы, я пару раз сталкивался с ними. Солдаты-евнухи из Астапора.       — Двадцать тысяч — это меньше, чем Золотых Мечей и гарнизона Королевской Гавани, — удивился Джейме. — А где северяне?       — По моим сведениям, — улыбнулась Серсея, — на северян напали. Ходят слухи, что с севера. Кажется, у нас есть отличные союзники, — она облизнула губы.       — Иные? За Стеной? — нахмурился Джейме. — Это какой-то бред! Это сказки!       — Сказки или нет, но проблема Севера нас пока не волнует, — заключила Серсея. — Нам следует приготовиться к обороне. Сир Гарри, — она снова тепло улыбнулась наёмнику. — Возглавите объединённые силы гарнизона и Золотых Мечей?       — Но я… — протестующе выдавил из себя ошарашенный Джейме. — Я…       — Ты пойдёшь защищать ворота с мечом в руках, — сказала Серсея. — Рубиться — это твоё призвание, так давай же, Джейме Ланнистер, удиви меня. Я слышала, ты хорошо разделал одну из Змеек — возможно, ты этим гостям укоротишь всё, что у них осталось?       — Серсея, — выдохнул Джейме. — Я не спрашиваю тебя о том, заслужил ли я быть на вторых ролях. Я буду всегда служить тебе, ты же знаешь. Но послушай, если речь об Иных… ты же не могла не читать. На Севере не идиоты. Если на них надвинулась такая угроза, что они забыли про войну с нами, то кто сказал, что эта угроза не придёт потом за нами?       — Эта угроза — наш союзник, — жёстким тоном отрезала Серсея. — Я знаю, что в книгах написано про белых ходоков. Пусть! Пусть все северяне замёрзнут насмерть. Пусть шлюха Санса и бастард Джон станут живыми мертвецами, а их вонючий Винтерфелл станет куском льда. Я согласна! Пусть они все сдохнут, это народ предателей и ничего больше! — она уже кричала вне себя от ярости.       — Ваша милость, — Квиберн подошёл к королеве, — мы ещё не обсудили угрозу с моря. Железный флот…       — Ты, конечно же, что-то придумал, Квиберн? — успокоилась Серсея, пока потрясённый Джейме ошалело смотрел на неё, словно увидев перед собой другого человека.       — Кое-какие задумки есть, — улыбнулся бывший мейстер. — И насчёт драконов… Дейенерис их использует. Они есть, их видели. У меня есть скорпионы, и с их помощью мы собьём драконов.       — Я надеюсь на тебя, мой десница, — улыбнулась Серсея. — Джейме, что ты стоишь как остолоп? Иди и готовь людей к бою! Сир Гарри, — она улыбнулась командиру наёмников самой лучезарной из своих улыбок, — я буду ждать Вас, мой будущий рыцарь.       Стрикленд поклонился и вышел. Джейме прошёл мимо него, бросив полный неприязни взгляд и не сказав ни слова.       Королевская Гавань была готова к встрече с врагом.