Запретный плод

      Как окончилась официальная часть собрания, всех попросили пройти в обеденный зал. Многие из студентов знали, куда идти, и сразу начали движение. Новоприбывшие несколько замялись, но многие решили поддаться этому сильному течению и следовать за старшими.       В этой толпе легко не только потеряться, но и особого труда не составит покалечиться — такой вывод сделал для себя Пак. Особенно если учесть, что он достаточно небольшого роста и сам по себе миниатюрный. Да, ангелы отличались своей прекрасной непорочной кожей, красивым станом. Но вышло так, что Чимин оказался женственнее своих сверстников. Из-за этого его, бывало, «по-доброму» дразнили.       Зал кажется просто огромным. Его стены полностью из мрамора и гранита. По всей видимости, вся школа разделена подобным образом, тем самым подчёркивая равенство между ангелами и демонами. Столы, предназначенные для демонов, сделаны из обсидиана и других тёмных драгоценных металлов. У ангелов же всё противоположно — всё сверкает и блестит в золоте и хрустале. На столах множество разных яств — от такого пира любой останется в восторге.       Чим поднимает голову и видит на потолке нечто восхитительное. Он словно наблюдает за историей сотворения мира, враждой между расами и совместной борьбой против некромантов. Всё это также искусно выполнено драгоценными металлами и камнями, каких сложно найти даже в самых глубоких шахтах горных гномов или легендарных эльфийских пещерах. Ангел так бы и остался стоять с откинутой головой, если бы Тэхён не потянул его за собой, не дав стать затоптанным более крупными сверстниками. За столом было шумно. Новоприбывшие ученики разглядывали всё вокруг, весело вели беседы, часто к ним присоединялись старшекурсники. Разговоры были на самые разные темы.       Чимин видит, как Ким быстро находит общий язык с окружающими. Парень может поддержать сразу несколько разговоров, без особых усилий переключаясь между новыми знакомыми и всех запоминая. Пак же сидит тихо, стараясь слиться со стенами. И вроде бы у него это получается, так как парень всё ещё бледен от сегодняшних угрызений и потрясений. Вроде бы ничего ужасного. Настал новый этап в жизни, очень увлекательный и захватывающий, а вокруг будет столько всего интересного. Но это же Пак Чимин. Ангел не может терпеть в себе эту слабость, но от такой формальности, как «бояться всегда и всего вокруг», избавиться не получается самому. Поэтому хочет изменить себя, стать проще и лучше. И именно это место должно помочь ему. Ну… Или точнее, ангел надеется на это.       И всё было бы хорошо, если бы Тэ не решился нарушить план парня — слиться с интерьером — и не обратил внимание окружающих на светловолосого «ангелочка-скромняшку». Ну, вот. К Паку уже привязалось первое в его жизни прозвище. Вроде, нужно радоваться приятной компании и новым знакомствам. Но ангел чувствует в первую очередь смущение и дикий дискомфорт.       Но больше всего Пака сейчас волнует это странное чувство. Ему кажется, что этот невидимый ему взгляд прожигает в нём дыру, досконально изучая в парне каждую мелочь, каждую деталь. Паку приходится скрывать, подавлять своё волнение. Кротко улыбаться окружающим, смущённо отводить взгляды, дабы не выдавать себя. Но долго так ангел не выдерживает, незаметно под столом тянет Кима за рукав, взглядом умоляя: «Прошу, закончи мою пытку, пойдём!». На это русый улыбается, дав понять, что ещё немного, и он закругляется — нужно со всеми попрощаться и пожелать кучу всего хорошего каждому новому знакомому.       Чимин же тихо встаёт из-за стола, прощается со всеми разом и быстренько спешит к выходу из зала, мысленно поклоняясь всем известным богам и слыша вслед множество: «Спокойной ночи, хорошо отдохни, милашка-скромняшка».       За окнами давно уже темно, а на небе раскинулось бесконечное множество звёзд. Пак идёт по одному из мраморных коридоров, не спеша, всё рассматривая и запоминая. Да и не хотелось бы заблудиться в первый же вечер. Так сменяется коридор за коридором, этаж за этажом. Чудо, что парень всё-таки ещё не заблудился, так как встречал несколько студентов, что подсказали, как добраться до комнат, выделенных первокурсникам.       Чимин полностью уходит в свои мысли, забывая обо всём окружающем, как вновь ощущает на себе это пугающее чувство. По телу пробегает холод, сердце бьётся чаще. На душе нарастает тревога. Парень ускоряет шаг, а через пару минут переходит на бег. Оборачиваться он боится. Седьмое чувство так и сигналит: «Беги, беги как можно скорее, не смей оборачиваться!». Пак никогда не уверен ни в себе, ни в своих действиях и поступках. Но в своём седьмом чувстве он уверен стопроцентно, полностью доверяя себя ему.       Парень просто влетает в комнату, на двери которой замечает в одном из двух имён своё. Быстро захлопывает дверь, прижимаясь к ней спиной. Чимин пытается восстановить сбитое дыхание и успокоиться. Всё хорошо. Он в своей комнате. Тут его никто не потревожит.       В комнате темно и тихо, от чего эта атмосфера успокаивает. Но стоит Паку только открыть глаза и чуть отойти от двери, как сердце уходит сразу в пятки. Он видит его. Эти ярко красные глаза. Этот тёмный силуэт, от которого исходит необузданная сила, это ненасытное желание, от которого всё сжимается внутри.       Демон. В этом ангел уверен. Он готов проклинать себя и отдать всё, лишь бы ошибаться. Но нет.       — Долго же ты бегал от меня, — звучит хриплый голос, который эхом отдаётся у парня в ушах, — но наконец-то я поймал тебя, мой ангелочек, — в этом пробирающем до ужаса голосе слышится усмешка. А ангел готов упасть на пол и притвориться мёртвым, но ему это вряд ли поможет.       — Н-нет… — Чимин не имеет сил даже на шёпот, он просто шевелит губами.       — О да, — слышится где-то отголосками в его голове. А тем временем силуэт становится всё ближе и ближе. Сердце бьётся через раз.       Пак Чимин чувствует, что обречён. Ему не выбраться из этих дьявольских сетей. Ему остаётся только одно — молиться, пока демон уже вжимает ангела в стену, не давая и шанса на спасение.       Ему следует молиться, в надежде, что он переживёт эту ночь.