Тощее недоразумение

— Ну еб твою мать, Игорь!- Кричит Стас и подбегает к Лаврову, который в очередной раз пролил лекарство на одеяло.- Будь аккуратнее! Тот лишь развел руками.- Я не могу контролировать свои чихи.- Секунда недовольного взгляда друга, как Игорь уже опустил свои глаза и готов признавать свою вину. Стас убирает от Лаврова нивчем не виноватое одеяло, заменяя его на небольшой пледик. — Это последний. Если испоганишь, то нечем будет укрываться. Понял? Игорь кивает, а Конченков плюхается рядом с ним и выдает усталое.- Вот надо было тебе отдавать свою куртку. Я бы потерпел. — Ты долбаеб? Ты бы простыл!- Прокричал Лавров, давясь кашлем. — Ну я хоть дома сижу, а ты работаешь! Парень недовольно цокает и хочет закатить глаза, ведь тем вечером он просто хотел сделать приятное Стасу, как тот резко подскакивает и с криком "Блять, суп!" бежит на кухню. Игоря смешит эта ситуация. Ему приятно, что Стас заботится о нем, и делает это очень мило. Возвращается он спустя пару минут с тарелкой горячего супа, ложкой и салфетками. — Так. Сейчас ты это ешь, потом ложишься спать, - Тот кивает и берет в руки поднос.- а я пока схожу в магазин и куплю еще лекарства, потому что кое-кто вылил остатки на последнее одеяло.- Конченков слегка улыбается и делает акцент над последними словами. Неловкий смешок Игоря провожает Стаса. — Я скоро.- Дверь закрывается и в квартире повисла гробовая тишина. Стало как-то тревожно и одиноко, но Лавров привык неделями находиться в объятиях тоски. Еще минута раздумий и Игорь приступает к трапезе. Он пытается все съесть быстро, но суп горячий и сильно обжигает тому язык. И так проходит минут 10. Стаса все нет, а Лавров только все доел и положил пустую тарелку в раковину.- Поспать, что ли?- Парень вздыхает и соглашается с самим с собой. Лениво потянувшись Игорь заходит в спальню, удобно ложится на кровать и погружается в свои мысли, а уходя из реального мира сказал человеку, которого, кажется, в этот момент любил больше всего: "Спасибо, что заботишься обо мне"

***

С самого детства Игорю трудно удавалось заболевать как бы он не пытался, дабы пропустить нелюбимую школу в период контрольных и самостоятельных. Он, казалось, делал для этого все: ел снег, сосульки, пил только холодное, открывал окно, ложился спать с мокрой головой и т.п. Но все было насмарку. Ему приходилось идти в "шарагу" и на отъебись все это делать. Игорь, конечно, не тупой, очень даже умный, но для хороших оценок ему не хватало только силы воли. По закону подлости он умудрялся простывать или ломать себе что-нибудь именно тогда, когда ему ну никак нельзя было пропускать что-то, как эта напасть сваливалась на его широкие плечи. Лаврову, если честно, было слегка обидно от этого, но сделать он ничего не мог. Больше всего ему было печально от того, что во время болезни он сильно страдал. То насморк, то головная боль, то горло, то еще чего-нибудь.(Хотя Игорь считал это довольно логично: болеть редко, да так, что не забудешь.) Но были и некие плюсы. Игорь всегда нуждался в чьей-либо ласке и заботе, а когда это можно получить больше, как не болезнь? Все начинали его жалеть, приносить то, что он хочет, говорить приятные вещи и пытаться помочь. Он наслаждался этим, пока не понял, что то время прошло и теперь пожалеть его может только Стас. Но сейчас ему было достаточно его. Нет, ему нужен был только он. Конченков заботится о нем как ни о ком другом. Все так же жалеет, все так же дает то, что хочет Игорь, говорит приятные вещи и отдает заботу. Но все это так отличается от его родственников и друзей. Стас отдавал это с тройной силой нежности и с двойным теплом. Подобно солнышку он светит на Лаврова, а тот лишь греется под его лучиками. Игорю уютно находиться наедине со своими мыслями, но амесу приходит конец. В какой-то момент эту разрастающуюся волну мыслей заставил испариться звук открывшейся двери. Стас зашел, разделся, положил таблетки и жидкое лекарство на стол, заглянул в комнату(тихо, дабы не разбудить друга) и растворился то в мягкой улыбке, то во взгляде "я тебе что говорил?". —Спишь?- Спросил он шепотом, надеясь, что тот все таки реально сейчас спит. —Не-а —А хули не спишь?- Шепот сменился на обычный голос, но чуть грубее.- Я же говорил спать. —Ну я не люблю спать днем~ .- выдал Игорь с долгим зевком, после чего перевернулся на бок лицом к Стасу, который только что недовольно отвел взгляд и ушел на кухню со словами: — Лан, сейчас таблетки принесу. Парень вернулся в спальню с таблетками и баночкой с сиропом в руках. Положил все на мини-столик рядом с кроватью и стал открывать баночку.- Ща, - Налил в ложечку жидкое лекарство и поднес к помятому лицу Игоря.- Рот открой. — Так я сам могу.- тот лишь закатил глаза и дал напомнить о сегодняшнем утре. — Ага, да. Это последний плед, и если ты его запачкаешь, то не сможешь ничем укрыться.- Игорь покраснел от осознания того, насколько это мило со стороны Стаса.-Рот, говорю, открой. Лавров приоткрывает рот и смотрит на друга. На его руки, в которых он держит несчастную ложечку с лекарством и ждет. Конченков подносит ее ко рту Игоря, как тот в самый неподходящий момент роняет злощастный чих и заставляет парня нормально так испугаться и дернуть руку, от чего сироп разбрызгивается по пледу. — Да блять, Игорь!- Стас устало простонал и изъял из рук Лаврова плед.- Ну ебаный в рот, ты заебал! Я что тебе говорил? Виноватое "прости" и Стас уходит в ванную стирать очередную вещь за Игорем. После он самостоятельно пьет лекарство, запивает таблетки и ложится обратно в кровать, прокручивая момент, когда руки Стаса были неприлично близко к губам Игоря. Эти мысли заставляют его волей-неволей покраснеть. Еще пара минут сердитого бурканья, что доносились из ванной комнаты, и мысли об этом медленно утаскивают Игоря в мир снов.

***

Лавров просыпается к вечеру. За окном тихо и не видно ничего, кроме снега. В комнате темно, и лишь из проема двери парень замечает лучик света. Он так нехотя встает, лениво потягивается, и только после этого слышит шум воды в душе. Конченков моется. Это идеальный шанс помочь ему в чем-то. Например...элементарно помыть посуду или погладить пару вещичек. Как только тот выйдет из ванной, то увидит приятный сюрприз от Игоря. Лавров хотел ему как-то помочь, ведь все это время Стас помогал ему, и теперь его время отдавать долг. Спустя какое-то время Стас выходит из ванны в спортивках, полотенцем на голове и голым торсом. Игорь поворачивает голову на звук и не успевая подумать о чем-либо залипает. Смотрит на капельки холодной воды, которые катятся с кончиков волос по его ключицам, плечам и спине. Ребра выпирает совсем немного и это выглядит чертовски красиво и привлекательно. Чем-то они похожи на клавиши пианино и Лавров еле сдерживает себя, чтобы не сыграть несколько нот на его произведении искусства. — А, ты уже проснулся? Эти слова заставляют Игоря вернуться в реальность и дать красный свет. Щеки покрылись алым румянцем, сердце стучит как бешеное, и в голову бьет осознание того, что он мог спалиться. -Да, недавно..- Отчего-то в горле запершило и "да" Игорь произнес голосом Босса. Парень пытается как-либо отвернуться или закрыть лицо, дабы скрыть свой стыд, который пробивается через кожу, но Стас не тупой и замечает что Игорь как помидор. Он подлетает к нему, трогает лоб и будто обжегся откидывает руку со словами "Да ты горишь!" — Блять, Игорь, ты схуяли с кровати встал, придурок! Ты пиздец горячий!- Холодные прикосновения Стаса, которые пытаются затолкать его в комнату, заставляют устроить марафон мурашек на теле Игоря и привести в чувство, одновременно опьяняя. Лавров плюхается на кровать и, на свое удивление, оказывается довольно сонный. И так спустя пару секунд Игорь сладко посапывает, а Стас роняет на него взгляд, на котором было написано "Такое большое дитя", берет футболку и идет на кухню, закрывая за собой дверь. " Ох уж этот Лавров....- Доносится у Конченкова в голове.- Ну вот что с ним делать..." Парня распирает изнутри то удивление, то умиление, то облегчение от одного вида помытой посуды, давая Стасу понять, что под "помытая посуда" имеется ввиду "Спасибо"

***

Проходит время. На часах стоит 02:38, а Конченков только собирается спать. Аккуратно приоткрыв дверь он мелкими шажками заходит в комнату и останавливается прямо на против кровати Игоря и просто не может сопротивляться самому себе. Трогает лоб — горячий. Трогает руки — холодный. Недолго думая, Конченков решает лечь рядом и немного погреть его, но позже без своего ведома засыпает в обнимку с Игорем.