Тощее недоразумение

Холодное, уже совсем привычное одиночество встречает Игоря нежно, тепло, как родная мать. Укутывает того в себя, будто пытаясь стать с ним единым целом, но от всех попыток на теле парня оставались лишь ожоги льда. Нежный голос бесполой черной массы, от которой в последнее время начало веять уютом, потянул за собой в пропасть. Игорь послушно следует за ним и падает. Падает в то, чего совсем не понимает, но он совершенно спокоен. Секунда полета растягивается в час, затем два, три, четыре. Мимо парня пролетели сутки, как неожиданно все его тело поработило тепло. Весь мрачный холод исчез так, будто и не появлялся, и теперь, вместо обычного льда, его прижимали к матрасу нежные прикосновения. Холодная ладонь скользила по спине и шее, а тонкие пальцы рисовали узоры на торсе, и от этого Игорю становилось до дикости жарко. В комнате, что раньше была пугающей пропастью, было душно. Тяжелые вздохи, попытки вырваться из чьей-то ласки и секундные прорывы во времени сменялись одним за другой, пока Игорю вновь не вернулось зрение, которое появилось так же неожиданно, как и исчезло. — Ебать тебя в рот... На сильном теле Лаврова лежало тощее недоразумение. От него веяло теплом, но сами его прикосновения были холодными. — Стас, блять, ты что делаешь?-Пытался выговорить Игорь, но тяжелое дыхание сбивало того раз за разом, и эту фразу он растягивал секунд двадцать. Ком в горле мешал говорить вообще, и вместо обычного, его заменял тот самый — Босса. Конченков спокойно лежит на Игоре и "играет" с его телом. В помещении абсолютно тихо, да и сам Стас молчит, но в ушах Лаврова звенит громкая музыка, а вокруг неоновые, слишком яркие(для него противные) пятна. Все происходит слишком быстро и резко. Игорю в какой-то степени становится до ужаса плохо. Голова кружится, ему хочется блевать, и каждый глоток воздуха кажется ему высокоградусным алкоголем. Он, кажется, пьян, и совсем скоро потеряет рассудок, но Стас не дает ему сойти с ума и держит в руках так же, как и тело. "Пиздец, что происходит".- Пролетает у Игоря в голове и Стас, будто прочев его мысли, кокетливо улыбается и чмокает того в горячий лоб. — Все под контролем.- последнее, что услышал Лавров, прежде чем в голову ударило горькое осознание того, что это сон. Пот стекал по горячему телу, а сам парень пытался отдышаться. — Ахуеть не встать..- прошептал он, а после осмотрел комнату. Все было как всегда: вещи разбросаны по разным углам, форточка приоткрыта, а за Стасом осталась лишь аккуратно заправленная кровать. На кухне кто-то шумел и брякал посудой, из чего Лавров сделал вывод, что Конченков готовит завтрак. Тяжелый вздох сопровождает падение на подушку. Игорю становится легче, но в голове продолжают мелькать мразотно яркие блики и громкая музыка. Он уже было хотел вновь погрузиться в сон, как входная дверь открывается, и кто-то заходит в квартиру. Лавров никого не ждал, и поэтому все посторонние мысли сняло как рукой. Гостей он не ждал. Парень лениво встает, и протирая глаза хочет открыть дверь, но в этом его опережает Стас. Щеки и нос горели, из чего Игорь сделал вывод, что Конченков и есть тот самый нежданный гость. — О, ты уже проснулся?- Тихий, немного нервный голос заставляет Лаврова вновь загореться ярко красным цветом, и не дождавшись ответа на вопрос, Стас сразу же кидается на друга.- Игорь, ты горишь, блять! Быстро в кровать! Лавров же замечает, что шум на кухне продолжается и заставляет отвлечься от беседы с другом.- А кто у нас? — Игорь!- высокий голосок встречает ахуевшее лицо парня и обнимает своей маленькой тушей.- Привет, дорогой! — Диана?

***

Все трое сидят за столом и кушают приготовленную Дианой стрепню, ну, кроме самой Дианы, что балаболит о своей жизни, что она делала эти два месяца, куда съездила и т.п., а Игорь то слушает ее ну совсем не интересные рассказы, то поглядывает на притихшего Стаса. На самом деле между Дианой и Стасом давно образовался конфликт. Уже сами не помнили из-за чего он, и вообще забыли про него, так-то. Эти двое ненавидели друг друга из-за Игоря. А если быть точнее, из-за престола "тот, кто нужен Лаврову". Диане он нужен был как добытчик денег и кукла, на которой можно сорваться в тяжелый день. Стасу же нужна была просто любовь и внимание со стороны любимого. И несмотря на то, что у Конченкова до умиления простые требования, он видел в Диане соперницу. Хотя бы потому, что она девушка. Ну и потому, что у нее было то, что могло привлечь внимание глупенького Игоря. Но Манахова не видела Стаса никем, кроме как букашкой, что мешается под ногами, пусть и прекрасно знала, что тот ужасно любит Игоря. Ей было все равно. Она была убеждена тем, что этот жалкий дрыщ и в подметки не годится ей—королеве. Лавров же вел себя как малое дитя, что дальше своих пяток ничего не видел, ничего не слышал. Хотя последние два года начал замечать, что все-таки они ну никак не ладят. И ему становилось обидно. Все-таки Стас его лучший друг, а Диана—девушка. Но как бы Игорь не старался выведать причину их конфликта, от каждого слышал то "не важно", " не твое дело", ну или старое доброе Стасино "ебать тебя не должно". — Алло, Игорь? Раздраженный голос Манаховы заставил Лаврова вынырнуть из своих мыслей обратно. — Ты вообще меня слушал? — Да-да.- кашлянул парень и неловко перевел взгляд от тихо сидящего парня на против на девушку.- Ты там отдыхала, Катюха женилась и прочая хуйня — Сам ты хуйня. Ничего не понимаешь просто.- Диана недовольно цокнула и встала с места.- Давай пей лекарства и собирайся. Стас удивленно поднял на Манахову свои огромные глаза и захлопал ресницами.- В смысле собираться? Он еще болеет, вообще-то, и никуда не пойдет, пока не выздоровеет. — А куда?- Игорь начал мотать головой то на друга, то на девушку, которая проигнорировала его вопрос. — Ты то куда лезешь? Ему уже лучше, и поэтому мы поедем в ресторан, отмечать мое возвращение. — Нет. Ты, блять, видела его утром? Ему нихуя не лучше и ему еще нужно лечиться. А если он сейчас пойдет с тобой, то может заболеть сильнее. — Тебя это не должно ебать, он мой парень, и я должна думать о нем, ясно? — Но ты вообще не думаешь о нем, шлюха! — Это мой парень, а не твой, и я сама буду следить за его здоровьем! Обстановка продолжала накаляться. Между Стасом и Дианой становилось все жарче и жарче. От обоих несло гневом, и только Игорь сидел за столом и просто наблюдал, не пытаясь как-либо вмешаться. Лавров уже проходил через это, и запомнил, что пока они ссорятся, лучше не встревать. — Сейчас он болен и ему нельзя выходить на улицу! Если тебя это не ебет, то меня ебет, и я пытаюсь ему помочь! — Засунь в пизду свое "я пытаюсь ему помочь"! Ты ему никто, ебаный глист! Резко стало тихо. Настолько, что уши от этого резало. Лаврову стало не по себе. Глаза забегали по всей кухне, пока не наткнулись на разбитого Стаса, который после слов Манаховой был полностью уничтожен. Ее слова будто ножи впились в сердце, и как бы Конченков не пытался их вынуть — не мог. — Так, Диана..- Все-таки Игорь решается встрять, ибо смотреть на потерянного Стаса сил нет.- Ты уже перегнула палку.. — Что я перегнула? Я только правду сказала! — Нет, Ди, ты не права. Иди пока оденься.- Парень встал и как можно спокойнее показал жест рукой, направляющий в комнату. — Что "нет"? Ты уже заебал! Все время с этим ебланом время проводишь, а меня как-будто вообще нет! Если ты забыл, то я твоя девушка! — Блять, хватит мне мозги ебать! Сама скачешь по хуям туда и сюда, а потом ко мне за деньгами прешься, шалава! — Ах, так я по хуям скачу, да?- Диана до дикости взбесилась и уже готова была рвать все на своем пути.- Я, блять, ради тебя приперлась в эту залупу! А ты вот так, да?.- Девушка быстрыми злобными шажками направилась в зал, взяла сумку, одела куртку и громко хлопнула дверью. — Сука! Игорь пнул стул и раздраженно вздохнул. — Ну и вали к чертям собачьим! Опять тихо. Все зло выветрилось и оставило за собой лишь обиду. Горькую, досадную обиду. — Блять...- Стас повернул голову в сторону Лаврова и услышал тихий всхлип.- Как же она заебала, пиздец.. Несокрушимый Босс, что не нуждается ни в деньгах, ни в бабах, сглотнул подступающий к горлу ком, вытирая слезы крепко сжатым кулаком. Несокрушимый Босс, который минуту назад готов был горы свернуть, превратился в потерявшегося котенка. — Игорь...- Стас подскочил с места и как можно крепче обнял друга.- Чел, успокойся, все будет хорошо, окей? Изящными движениями рук Конченков гладил Лаврова по спине и успокаивал теплом своего голоса. — Да она в край ебнулась... — Я знаю, брат, я знаю.. Еще один глоток воздуха и Игорь прижимает Стаса к себе, заставив того уткнуться носом в свои широкие плечи. Последний, наполненный нежной обидой и облегчением, чувством безопасности вздох. — Спасибо..