История одного романа

10.00 am. Раннее утро. Утро начинается не с кофе, это точно. Например, у молодого человека Пак Джинена сегодня все завертелось с того, что как только он встал с кровати, то споткнулся об мягкие плюшевые игрушки, валяющиеся на полу и упал, больно ударившись рукой об комод с вещами. Весело однако, по другому и не скажешь. Джинен хмыкает, пиная розового поросёнка, что мило смотрел на него и плетётся в ванную, желая поскорее очутиться под струями холодной воды. Отрегулировав температуру, парень закрывает глаза, отдаваясь мыслям и планам на предстоящий день. Сегодня его главная мечта, то к чему он так долго шёл последние три года наконец сможет осуществиться. Когда с ванными процедурами было закончено Пак одевает светлые джинсы, белую футболку (простая классика) и укладывает волосы на левый пробор. Он никогда в жизни не красился, потому что кожа его лица была светлой, не нуждающейся в отбеливании, а прыщиков слава богу не имелось, единственное, что смущало во внешнем виде так это то, что от вечного недосыпания у молодого писателя под глазами были синяки. Пришлось припудрить их немного, и он надеялся, что его мать не прибьёт потом за то, что он воспользовался дорогой Chanel. 11.10 am. Джинен едет в автобусе, держа в руках самое драгоценное — толстую чёрную папку с вшитыми внутри неё листами будущего романа. Маленькая девочка, которая сидела напротив и смотрела в окно переключила своё внимание на эту папку и заулыбалась, обнажая свои идеально ровные белоснежные зубы. «Что она улыбается мне? И куда ты вообще смотришь, мелкая?», — испугался Пак Джинен. — Оппа, ты такой симпатичный, может когда я подрасту начнём встречаться, ммм?, — спросила это мелкое исчадие ада. Джинен крепче сжал папку. Он не любил детей. — Ты ещё слишком мелкая для отношений, детка. Девочка недовольно вертит головой и начинает смешно дуть свои пухлые розовые губки. Она решив, что оппа в ней не заинтересован от слова совсем пересаживается на другое сиденье и достаёт из сумки Tетрис, мать его. Честно говоря Джинен давно не видел такие игры, только если в детстве и наивно полагал, что современные дети играют сейчас в планшетах с телефонами. Доехав до нужной остановки парень выходя машет ей и даёт в руки конфету. Нужно же иногда делать людей счастливыми. И писатель за свои двадцать лет понимал, что в жизни все возвращается бумерангом, то бишь ты делаешь хорошие вещи — они возвращаются тебе обратно, делаешь плохие — получаешь боль и страдания в ответ. И казалось бы в такой день его воодушевленный романтический настрой ничего не должно было испортить, но как назло, когда подходил к читательскому изданию его образгала проехавшая машина. — Черт! , — выкрикнул Джинен, пугая окружающих людей, — да за что мне это все?, — и с грустью позже стоя осматривал себя в зеркале туалета. Его светлые джинсы теперь были в грязных потертостях, а футболка не была идеально белоснежной. Он попытался оттереть верх, но сделал только хуже, потому что та стала мокрой и нуждалась в сушке. До его встречи с главным редактором осталось каких-то полчаса и Пак судорожно метался из стороны в сторону размышляя что делать. Он не мог появиться в престижном месте в таком виде. О нем подумают что он либо: А) бомж; Б) обычный бедный студент; В) ему пофиг на внешний вид, потому что все своё свободное время он тратит на написание романов. И последний вариант больше походил на правду: парень тратил все силы на редактирование, исправление сюжета, печатания на клавиатуре днями на пролёт до мозолей на пальцах текстов и на поиски литературной музы для создания очередных шедевров. Как он стал писателем? В детстве Пак увлёкся детскими сказками Андерсона, затем взахлёб стал читать Шарля Перро, а когда пошёл в третий класс , набрал в старой школьной библиотеке романы Пушкина, Достоевского и Гоголя. Эти русские писатели по истине были гениями, сумевшими покорить весь мир своими историями и ему хотелось брать с тех пример. Мама с отцом видели стремление мальчика и его тягу к чтению и перевели в школу искусств и народного творчества. Так Джинен стал посещать после уроков секцию «Молодых дарований» и написал первые сочинения на тему любви в двенадцать лет. Для такого возраста его навыки в писательстве были довольны хороши, его работы получили первые места на конкурсе. Родители поддержали выбор сына, когда в семнадцать лет он высказал своё желание поступить на журналистку, съезжая из дома и знакомясь с новыми людьми, которые впоследствии стали для него лучшими друзьями. Но о них немного позже. Телефон завибрировал и Пак хлопая себя по лбу молился небесам, чтобы звонившим оказался Марк Туан. — Алло, Марк? Слава богу это ты! — Что, теперь когда я буду звонить тебе ты будешь обращаться к Всевышнему? Спасибо конечно, но я и так в курсе, что очень красивая модель, — ответил он. — Туан, шутки у тебя тупые, как … как в КВН, вот, понятно? Ладно, друг, мне нужна срочно твоя помощь, выручай. Джинен попросил привести ему чистую футболку. В туалет зашёл мужчина средних лет, брезгливо поглядывая на «грязного» парня, и скрылся в кабинке. Туан молчал пару минут, тот болтал с кем-то на заднем фоне, а затем Джинен услышал ещё и музыку. — Ладно, пиши адрес, я подъеду через десять минут. 12.00 am. Писатель нервно пил кофе в торговом центре, поглядывая на часы и осознал, что все конечно. Он труп. Мало того, что опоздал на собеседование и первое чтение с Им Джебомом, так ещё и масло в огонь подливали разрываемые звонки незнакомого номера, кажется звонили из "Лиры". И Туан, вечно не пунктуальный парень, что всегда опаздывал. Когда они встретились счастливый Марк с накрашенными глазами поцеловал в щеки Пака и пожелал ему ни пуха ни пера. Оценив его стройную задницу в обтягивающих чёрных джинсах Джинен ответил "к черту", и поднялся на лифте в главное здание. Здесь он находился не впервые, приходилось пару раз приезжать для курсов истории литературоведения, а ещё для встречи с Пак Минсу, его главным кумиром и любимым писателем детства. На ресепшене его встретила молодая симпатичная блондинка с голубыми глазами (хотя возможно та была в линзах) и поздоровалась. — Здравствуйте, а вы кто?, — спросила она. — Пак Джинен, приехал для встречи с главным редактором. Скажите пожалуйста, что он на месте. Девушка набрала пару кнопок на телефоне и кивнула. — Да конечно, Им Джебом уже ждёт вас, проходите туда. Джинен сглотнул, посмотрев на белую лакированную дверь, за которой что-то скоро произойдет и с трясущимися ногами отправился к ней. — Да не бойтесь вы так, Джебом хороший человек, вас не укусит, — послышалось из-за спины, от чего писатель улыбнулся и с облегчением выдохнул. Постучавшись и услышав громкое «войдите», Джинен зашёл внутрь. Перед ним предстал человек в серебряных серьгах звездочках, наклонившийся над бумагами и пиша что-то. "Вот мудак. Даже голову свою не может поднять." И здесь как будто услышав чужие мысли мужчина поднимает свои глаза на вошедшего и осматривает его с ног до головы. "Симпатичный мудак, однако", — решает Джинен, широко улыбаясь. На вид этому Джебому лет тридцать, поэтому наверняка их общение будет на уровне рабочего вежливого стиля — главного и подчиненного. — Привет, я думаю ты знаешь моё имя, поэтому не нуждаешься в представлении, а тебя кажется зовут… — начинает говорить он, открывая папку, — Джинен, верно? Приятно познакомиться. — Взаимно, и если ты хочешь конечно, можем начать говорить не формально. — Хочу, — согласился редактор, а Пак словил дежавю, видя в нем что-то похожее на его секретаршу. — Хорошо, я приехал с законченным романом, которому посвятил последние пару лет, и нуждаюсь в оценке со стороны. Желательно с твоей стороны, конечно. Джейби спрашивает, почему Джинен выбрал их издательство во всем городе и почему приехал именно к нему на что пришлось ответить честно. Им работал пять лет в "Лире", начиная с низов и работы обычным стажёром в обязанности которого входили: отправка писем, записи на собедование, разноска кофе писателям, а затем он получал повышение за повешением, и наконец, дорос до главного редактора. Ходили слухи, что ему помогла подняться богатая мамочка, что спала с бывшим директором, но по факту Джейби все отрицал и не имел никакого общения с ней из-за ее плохой репутации. В своем интервью он говорил, что работал самостоятельно и ему стоило немало трудов заработать на квартиру с машиной, а позже выкупить издательство у самого же бывшего директора. Однако Джейби понимал, что совмещать две должности довольно затруднительно он договорился с матерью о том , что вести бизнес они будут вдвоём. Но самая главная причина это то, что все любимые писатели Пака выпускали книги в данном издательстве и становились популярными. Джейби устало сложил руки на груди раскачиваясь на кресле, потёр воспалённые красные глаза и протянул ладонь Паку. — Хорошо, я тебя понял. Давай мне свой роман и я его прочту. Только учти, что если мне он не понравится, то публиковать мы его не станем. — Я уверен, что понравится. Сюжет отличный. — Этого мало для истории, но ладно. Мне понадобится всего день, чтобы оценить твои рукописи. Джинен с замиранием сердца отдаёт на критику ему толстую папку и выходит за дверь, встречаясь с парой любопытных глаз, что уставились на него и выжидающе смотрели. Пак смотрел тоже, но в пол, ощущая как кровь подходит к лицу, а его щеки краснеют из-за нервов. Дорвался. Ему нужен был отдых после сегодняшнего насыщенного дня и пара кружек свежесваренного ароматного кофе.