Демон под маской ангела

Он захлопнул дверь и закрыл её на ключ, а я стала оглядывать место, куда меня посадили. Это комната, если это можно так назвать, стены её из бетона и полы тоже. На стенах не было даже краски, а пол сильно веял холодом, так как это подвал, да ещё полы из бетона. Посреди маленькой комнаты стояла кровать. Она была как в больнице. Матрас был очень грязный, казалось его вообще не стирали. Было маленькое окошко в основной зал. Там было стекло, и я наблюдала за происходящим в основной комнате. Размер его был примерно, как моя ладонь. В углу стоял что-то вроде столика, на котором, лежал чёрный маркер. С одной стороны стены были исписаны, с другой разрисованы. Когда я читала все надписи то замечала что-то вроде: «Я продержался 6 месяцев, а сколько сможешь ты?», «Меня не кормят уже 10 день, кажется, это мой последний день», «Жизнь не настолько мне важна, чтобы продолжать бороться за неё», «Мне всего 15, почему я здесь?» и так далее. Я встречала и стихи, в которых писали про цветок, который даже не успел распуститься, а его вырвали, поставили в вазу и заставили умирать медленно и мучительно. Ещё на столе были 3 книги. В них писалось про одиночество, про смерть и про жизнь, про депрессию и так далее. В другом углу был небольшой проход с дверью, там был туалет и раковина. Всё, что было вокруг меня давило на меня. Казалось, я умру от нехватки кислорода и света. В комнате была лампочка, которая совсем чуть-чуть освещала комнату. На одной из стен были часы и рядом с часами я заметила такие записи, которые отсчитывали время. Это было для того чтобы понять, какой сегодня день и число и сколько времени прошло. 5 часов меня никто не трогал, было 11 утра всё это время я думала, что можно придумать, как себя вести и так далее. Я понимала, что возможно они ещё не заметили моего отсутствия, хотя Чимин мог заметить, ну или же кольцо показало бы, что я не в институте. Я не думаю, что за меня будут беспокоиться, так как я была простой игрушкой и зачем им вообще думать обо мне, если я просто жила в доме, чтобы спасти подругу. Так же я беспокоилась за Ким, как она там, что с ней? Дверь отворилась и ко мне зашёл Юнги. Я испугалась и подвинулась максимально близко к стене. Он закрыл дверь на ключ. Подошёл ко мне, взял за волосы и поволок на кровать. Я села, и он положил свою руку на мою ногу. Распашонка, в которой я была, была достаточно выше колена и достаточно просвечивалась. Он сильно сжал мою обнажённую часть ноги, оставляя синяки, но заметив, что у меня есть синяки на ногах, он остановился. Синяки от Чимина всё ещё были видны, они обрели немного другой цвет, но не зажили. Юнги заметив это спросил: - Это Чимин сделал это с тобой? – На, что я просто кивнула. Он посмотрел на меня странным взглядом, очень странным. Его глаза были похожи на коктейль, в котором смешались сочувствие, алкоголь, ухмылку, жалость и интерес. - Ты ведь жила с ним, чтобы он выплатил долг за подругу, да? Я слышал это от некоторых людей. Жизнь так издевается над тобой. – Потом просто сидел и забыл про то, что говорил, перевёл тему. - Как тебе твой новый дом? Мне кажется он такой атмосферный, каждый, кто здесь был оставил отпечаток себя на этих стенах. Я знаю всех, кто здесь жил, лично. Девушки, которые были здесь имели со мной связь, а парни умирали. Некоторые, конечно, уходили живыми, но то, что они попали сюда, это уже значит, что я хочу таким образом их убить, понимаешь? Вот ты. Ты не причинила мне боль, ты не как не провинилась, и никто из твоих родственников не задолжал мне и не обидел меня, но ты здесь. Я всегда хорошо отношусь к девушкам, но если они попадают в эту комнату, то всё меняется. Вы в один миг перестаёте становиться для меня людьми, вы просто смертницы. Немногие выживают. Кто-то, буквально сразу убивает себя, кто-то старается до последнего, кого-то в итоге я убиваю, а кого-то в итоге я отпускаю. Ким, она была исключением из всех правил. Она запала мне в душу. Я даже отказался убивать её. Я не полюбил её, нет. Скорее, я воспринял её, как свою дочь, понимаешь? Знаешь, что тебе ещё следует знать. Я люблю играть. Это что-то вроде кошки мышки. Жертва просит о пощаде, убегает, а злой и страшный серый волк её ест или убивает. Ты в скором времени с этим познакомишься. Ах да, ещё кое-что. Еду тебе придётся заслужить. Если будешь выполнять, что скажу, то будешь есть, если нет, то как и Ким, будешь голодать и страдать, поняла? – я кивнула и заплакала, а он лишь очень сильно ударил меня по ноге, от чего я взвизгнула и нагнулась к ноге, а он взял меня волосы, а потом за подбородок и подтянул к себе. Своим прокуренным и хриплым голосом, он сказал мне прямо в лицо: «Терпеть не могу слёз, придётся разучиться плакать, милая.» после он вышел, оставив меня наедине с болью, одиночеством и несчастьем.